"- Нет, Володя точно ничего не говорил о золоте, я хорошо это помню. Потому что он вообще никогда не говорил мне о своей работе, картах и прочем. Да, что-то изучал, часами сидел, но… Знаете, наш брак давно дал трещину, наверное, даже с самого начала, только я её не замечала..."
НАЧАЛО.
Глава 49.
- Нет, я не знала, что здесь фигурирует ещё и золото, - ответила Лёля, - Хотя было понятно, что они там в сторожке засели не просто так, а по какой-то причине. Но ни от них, ни от кого-либо из участников этого… приключения я ни слова не слышала о золоте.
- Вы правы. Освободившись из тюрьмы, люди спешат вернуться домой, уехать в родные места… и уж никак не стремятся сидеть в лесу, мёрзнуть в старой сторожке. Этому была веская причина, и как мы подозреваем, история эта началась давно. Надеюсь, что сейчас нам удастся её распутать до конца. Прошу вас… Лёля, вы разрешите мне вас так называть? А меня можно просто Сергеем… Всё же удобнее общаться.
- Да, конечно, я не против. Чаю хотите?
- Не откажусь, - приятно улыбнулся Сергей, - Лёля, вы только меня правильно поймите и не обижайтесь. Ваш бывший муж… он ничего такого не говорил? Ну, про золотодобычу, или может быть находку интересную? Может быть догадки, гипотезы? Даже сказанное мельком слово может оказаться тем самым ключиком.
- Нет, Володя точно ничего не говорил о золоте, я хорошо это помню. Потому что он вообще никогда не говорил мне о своей работе, картах и прочем. Да, что-то изучал, часами сидел, но… Знаете, наш брак давно дал трещину, наверное, даже с самого начала, только я её не замечала. Мы не много говорили друг с другом. Ещё и эта Марина… её незримое присутствие я только теперь поняла, а тогда не хотела ничего замечать. Кстати, как она? Как Кержанов, им помогли?
- Да, ваш бывший муж в больнице, у него серьёзные проблемы. Ему нужно было не прятаться, а сразу в больницу ехать. А Маслова… её мы не нашли пока. Кержанов сказал, что не знает, где она. Якобы проснулся – а в доме пусто, ни Марины, ни её вещей. Он кое-как дошёл до лесозаготовки, оттуда вездеход шёл в Селино, там вот он уже к медикам попал. Экстренно отправили в областную больницу, состояние тяжёлое. Маслову ищем, но ведь здесь как водится – посёлок маленький, а когда нужно, никто ничего и никого не видел. Сыча видели, а её нет. Теперь мои коллеги ждут, когда врачи разрешат с Кержановым поговорить подробнее обо всём этом.
- Даже не знаю, чем я могу вам помочь в этом вопросе…, - задумалась Лёлька, - Давайте, я вам расскажу всё с самого начала, как мы с Димой Моховым на заимку пошли, а вы уж сами решайте, что из этого вам нужно.
Лёля постаралась вспомнить даже самые мелкие подробности, но всё равно ничего похожего хоть на какую-то зацепку в своём рассказе не увидела. Но Гришин слушал её очень внимательно, не перебивал и иногда что-то записывал в свой блокнот.
- А скажите…, - спросила Лёлька и передёрнула плечами, словно озябнув, - Этого… глухонемого нашли? Он утонул?
- Вызвали водолазов, сегодня ведутся работы. Мохов нам указал особенности течения в тех местах. Надеюсь, что найдём. Потому что с завтрашнего дня синоптики дали неблагоприятный прогноз – мороз усилится, и работать в воде будет невозможно. Сейчас и то с трудом, надеемся, что успеем. Вы боитесь?
- Ну, как сказать… опасаюсь. Страшный человек, жуткий… Гаврилова нет, Сыч исчез, да он слишком труслив для этого, а вот этот…
- Его фамилия Сивцов, Николай Сивцов. Он Гаврилову дальний родственник, и в эти края приехал, когда Гаврилова посадили. Жил в лесопосёлке, оттуда до колонии рукой подать, работал на заготовке, а недавно уволился. Ну, я тоже надеюсь, что мы его найдём, живым или мёртвым. Хотелось бы, конечно, живым… хотя пояснить он нам всё равно ничего не сможет. Вот что, давайте, я вам сейчас расскажу предысторию всего этого дела, и, может быть, по ходу моего рассказа вы что-то вспомните, найдёте какую-либо ниточку, за которую можно будет потянуть.
Чай был разлит по чашкам, варенье переливалось в вазочке малиновым оттенком, Лёлька слушала рассказ гостя.
- История эта давняя, как вы поняли, - говорил Гришин, - Когда-то в этих местах старатель один золотишко нашёл и решил, что сдавать его государству он не станет. Попытался сбыть самостоятельно, но по всей видимости у него ничего не получилось. Тогда он спрятал самородки где-то, в одному ему известном месте, а кроме того, ещё и скрыл место, где их обнаружил. Собирался видимо ещё там покопать, но здесь ведь как – все на виду, не утаишь. Он и отступился. Отложил до лучших времен, как говорится. Уехал в родное село к родителям, на работу устроился. Стал «за воротник» закладывать, вот и проговорился с пьяных глаз товарищу по работе. А товарищем этим был Захар Гаврилов. Гаврилов пытался разговорить старателя и вызнать подробности, но тот вовремя прикусил свой нетрезвый язык. Наверное, с того самого дня и поселилась в голове Гаврилова эта идея лёгкого обогащения. Стал он регулярно подпаивать старателя, всё сильнее наседая. А ведь всем известно – никого ещё горькая до добра не доводила, вот и подрались приятели во время очередной пьянки. Гаврилов вышел из себя и забил до смерти своего собутыльника, ну и попал в места, как говориться, не столь отдалённые. Его жена Марина приехала сюда, поближе к мужу, как «декабристка», так сказать. А Гаврилов, оказавшись в изоляции стал обдумывать всё, что услышал от старателя, компанию себе подобрал – Сивцова и Мочалова, которого вы знаете под именем «Сыч». Пытались найти друга убитого старателя, чтобы у него разузнать не слышал ли тот чего про золото это, будь оно не ладно. Нашли, да только его уже не было в живых, а фамилия его вам знакома – Метель. Это был муж Глафиры Трифоновны, и к этому времени его уже не было в живых. Всего и сталось у Гаврилова в распоряжении – обрывки пьяных разговоров, приметы кое-какие, понятные только геологам. Тут и подвернулся Владимир Кержанов, который увлёкся Мариной, вот и решила честная компания его использовать в своих целях. Конечно, это только моя гипотеза пока что, нужно ещё с самим Кержановым говорить, чтобы он пояснил, как он попал в оборот. Сыграли ли на его увлечении Мариной, или на его алчности, я сомневаюсь, что и сам он правду расскажет. Но золото, по-видимому, нашли именно с его помощью, если нашли. Здесь ещё лесник убитый, я думаю, он тоже из их компании был, чего-то не поделили, не договорились между собой. Сейчас мы ищем Мочалова, то есть Сыча, потому что скорее всего он с золотом и ушёл. Маслову тоже ищем, конечно, возможно, что и она не с пустыми руками уехала, оставив умирать ставшего ненужным Кержанова. Вот такая картина у нас вырисовывается. Может быть, вы что-то замечали, что-то проскальзывало в разговорах мужа? Попытайтесь вспомнить, нам очень нужны хоть какие-то, даже самые незначительные детали.
Лёлька задумчиво мешала ложечкой чай, пытаясь вспомнить хоть что-то, хоть какой-то намёк… Но Володя никогда ни единым словом не обмолвился с ней, что и не удивительно, как она теперь понимала.
- Вы знаете, Сергей… как мне ни горько это осознавать, но это правда. Я была для мужа лишь прикрытием, как я теперь понимаю. Он пытался таким вот странным образом жить обычной жизнью обычного человека, а я для этого была очень удобна…, - Лёлька хотела было добавить, какой удобной, всё понимающей и ни о чём не спрашивающей дурочкой она была, но сдержала свои обиды, - Ни разу он и намёком не сказал мне не просто о его интересе к какому-то золоту, но и вообще о драгоценных металлах. А о его связи с Мариной я узнала уже на грани развода. Он постоянно сидел над картами местности, я считала это его увлечением и не мешала ему…
- Понятно… мне жаль, что своими расспросами я задел неприятную для вас тему, простите. Но вот давайте про карты поговорим подробнее. Вы помните, какие места он просматривал чаще всего? Может быть, какие-то приметы или названия помните, может он какие-нибудь пометки делал?
- Карты были разные, я бы не сказала, что одно и то же место разглядывал, - задумчиво проговорила Лёля, - Да и я не особенно приглядывалась, считала, что муж готовится к экспедиции. Пометки были какие-то, но… боюсь, что и здесь я вам не смогу помочь. Я тогда была в таком состоянии после… после потери ребёнка… что ничего в мире не видела.
- Простите меня еще раз, - покачал головой Сергей, - Я таких подробностей не знал…
- Знаете, может быть если карты увидеть, - Лёлька пыталась припомнить, в голове всплывали какие-то места на Володиных картах, отмеченные крестиками или обведённые кружком, - Если есть карты районов этой местности, может быть я что-то вспомню…
- Что ж, давайте так и поступим. Я раздобуду карты, и мы с вами еще раз поговорим. Когда можно будет вас навестить снова? Я понимаю, что вам сейчас нелегко. Ещё в себя не пришли после всего этого…
- Ничего, я нормально себя чувствую. Приходите в любое время, как вам удобно. И ещё… можно вас попросить?
- Да, конечно, чем могу быть полезен?
- Вы сказали, что работают водолазы… если они… ну, найдут Сивцова, нельзя ли мне об этом сообщить? Я… спать не могу нормально думая, что он может быть жив и бродит где-то в окрестных лесах… Жуткий человек!
- Конечно, я распоряжусь, - понимающе кивнул Гришин, - А вы, если вдруг что-либо вспомните, приходите в местный «Красный уголок», у нас там всегда кто-то есть из группы, дежурный. И если вам помощь какая-то нужна будет, приходите, сделаем всё, что сможем. Честно говоря, когда я шёл сюда, уж никак не ожидал увидеть перед собой хрупкую девушку! Представлял вас этакой… спортсменкой по троеборью, или чего-то такого.
Гришин рассмеялся, и Лёльке тоже стало смешно от его представлений о ней самой. Этот человек был явно на своём месте – он располагал к разговору и вызывал доверие. Проводив гостя, Лёлька задумалась. Рассказанная Сергеем история всколыхнула её… вспомнилась и Глафира Трифоновна, и её, Лёлькина, прежняя жизнь…
Но теперь ей нужно было припомнить всё то, что она так старательно забывала всё последнее время.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.