Он завернул ее в одеяло. Когда взял на руки, она показалась ему легкой, почти невесомой. Его лицо исказилось, губы задрожали, но он сжал их плотнее и понес свою поклажу, крепко прижимая к себе, каждый его шаг вниз по лестнице откладывался камнем в груди, никогда он не мог представить, что так встретиться с матерью. Пока он думал, что мать жива, глубоко внутри еще теплилась мысль, что она его примет и простит, но сегодня его последняя надежда сдохла. Он почувствовал себя абсолютно одиноким, никому не нужным, даже самому себе. Глеб добрался до пустыря за домами, где когда-то со стайкой таких же подростков, как и он, жарил на костре картошку и соски, пил пиво и рассуждал, что скоро выберется из этой дыры и станет круче всех. Он рухнул на стылую землю, бережно придерживая мать, ее рука выпросталась из- под одеяла и холодные пальцы задели его лицо. Глеб прижал ее тонкую ладонь к щеке, раскачивая клетчатый байковый сверток на коленях, шум ветра заглушал его низкий вой. Он не хотел отпускать
«Держись, Глеб»-глава восемьдесят седьмая, роман "Бездна"
23 апреля 202323 апр 2023
87
3 мин