Глава 31
Вите было крайне неприятно осознавать это, поскольку он всегда считал себя человеком не подлым, но… Никак не удавалось избавиться от этой мысли. Она звенела в мозгу, как назойливый комар посреди душной летней ночи, когда воздух даже не шелохнётся. Звучала эта мысль так: послушная, скромная, добрая Катя ему просто… надоела. Возможно, потому что именно такой и была, соглашаясь на все предложения и идеи мужа, какими бы дерзкими или очевидно бессмысленными они ни были.
Однажды Витя пытался повесить полку. Намучившись с ручной старой дрелью, которую откопал в кладовке, – сверлить такой бетон было явно делом бесполезным, – решил пойти прямо сейчас в гипермаркет строительных материалов и купить новую. Только вот с деньгами было у молодой семьи напряженно. Но Витя сказал: «Мне надо», пошел и купил, отдав последнее. Удовлетворил своё мужское «Я».
Полку-то он повесил, конечно. Кате же пришлось занимать у родителей. Но ни словом, ни жестом, ни даже взглядом она не выразила недовольство по поводу недальновидного поступка мужа. Довольно эгоистичного к тому же. Другая сказала бы на ее месте: денег нет, с ума не сходи, сделай старой дрелью или одолжи у соседей. Или ты не мужик? Но Катя была воспитана иначе: мужчина в доме – глава, хозяин, ему и решать.
Это Витю и избаловало. До рождения ребёнка она не замечала, что всё домашнее хозяйство лежит на её плечах. А когда появился Андрейка, Кате пришлось и дальше тянуть этот воз, который стал намного тяжелее. То есть стирать, готовить, убирать, ухаживать за малышом, а Витя только и делал, что иногда ходил в магазин да выносил мусор. Еще его хватало на то, чтобы немного повозиться с Андрейкой. Но стоило малышу начать хныкать, папаша тут же сплавлял его матери. А уж чтобы обмаранные пелёнки постирать – ни за что, фу, гадость какая!
Внешне отношения отца с маленьким сыном выглядели вполне благополучно. Когда они приходили в гости, то даже ни у кого сомнений не было в преданной любви отца к своему ребенку. И некоторое время она была, эта любовь. Но потом словно растворилась в воздухе. Не совсем, конечно. Вите по-прежнему очень льстило, что жена родила ему сына, а не дочь. Только это чувство не означало, будто молодой отец готов возиться с ребёнком: одевать, купать, гулять, пеленать, менять подгузники и так далее.
Витя после рождения малыша ощутил вдруг, что… не любит свою жену. Слишком много проблем доставляло ему, привыкшему к жизни ради самого себя, наличие супруги с ребёнком. Но даже себе парень не желал признаваться в отсутствии чувства. Зато внешне это стало очевидно: с некоторых пор отношение к Кате со стороны мужа стало определяться словами «нравится» и «хочу», а малыш… Да, Вите нравилось ощущать себя отцом. Но лишь до той степени, когда на него с Андрейкой на руках смотрели родственники и знакомые и восхищались обоими.
Стоило Андрейке начать доставлять неудобства, как Витя становился нервным, пытался избавиться от его общества. То есть никогда не оставлял его в комнате одного, зная как это может быть опасно в таком юном возрасте. Но если готовился к занятиям, то просил Катю утихомирить ребенка, чтобы тот не мешал. Или вовсе уходил из дома.
Другой бы на его месте был счастлив: сын, наследник! И Витя радовался. Недолго. Потом стал к этому обстоятельству равнодушен. Рождение малыша трудно оценить по достоинству, когда папаша сам едва-едва вышел из детского возраста. В 20 лет то есть кто может в полной мере понять, что он – отец? А узнать, как правильно воспитывать ребенка? Тем более если ты только и видел в своей жизни, что вечно пьяного собственного папашу.
Этот отрицательный опыт и сыграл свою роль. Витя, сам того не сознавая, вел себя по отношению к Андрейке так же, как его собственный отец когда-то вел себя с ним. То есть несколько отстраненно. Словно давая понять: ты нежеланный, твоего появления на свет никто не ожидал.
Катя замечала это, конечно.
Только она, привыкшая терпеть и молчать, надеялась, что это пройдет. В конце концов, ведь даже у недавно родивших женщин бывает чувство отторжения к собственному малышу. Из-за стресса. Девушка искренне верила, что когда-нибудь Витя изменит своё отношение, и они с Андрейкой станут настоящими папой и сыном. Будут, возможно, даже дружить. У Кати перед глазами был живой пример: её отношения с собственной матерью. Порой они садились на кухне и, под бутылочку винца, сплетничали, как лучшие подружки. Ощущали себя так же, а не как мать и дочь, когда одна другой объясняет правила жизни, а вторая брыкается.
Но время шло, а в отношениях Вити и Андрейки ничего не менялось. Но Катя по-прежнему верила, что всё будет хорошо. Пока не случилась эта история с Юлей.