- Мать, но ты скоро там? Уже полчаса жду, а ты все «иду».
- Паша, ты бы не командовал, а пошел и помог матери, - не вытерпела я.
- Пусть еще спасибо скажет, что Томка отпустила меня, а то бы ждала своего любимого зятька недели две.
- Это ты зря сказал, не в обиду тебе, но Егор всегда помогает ей спускаться по ступеням.
- Если для нее крыльцо высокое, пусть сидит дома. Еще вчера предупредил, чтоб к восьми ждала меня уже у ворот.
Пришлось мне прийти на помощь старушке. Поликарповна уже преодолевала предпоследнюю ступеньку, крепко держась за перила.
- Свет, я бы дома сидела, да внучка позвонила, что Сенька у нее заболел, не с кем оставить.
- Чем же ты ей можешь помочь? За тобой самой смотреть надо.
- Ничего справлюсь, он у нас небалованный, слушается, кто же ей поможет, Валя на работе, родители зятя тоже работают…
- Слышишь, мать, если сейчас не выйдешь, развернусь и уеду.
- Идем, Паша, чуть осталось, что ты такой нетерпеливый…
Жалко мне старушку. Всю жизнь прожила ради детей. Во всем себе отказывала, лишь бы детям было хорошо.
Время молодости пролетело быстро. О том, что Поликарповна и ее муж стоят на пороге старости, они поняли только тогда, когда Афанасий слег с инфарктом. Ему пришлось уйти с работы за полгода до выхода на пенсию. Первое время вообще она не отходила от кровати любимого: и кормила его, и мыла, и выводила на улицу прогуляться. Через месяц ему стало хуже, и он умер.
Вот с тех пор Поликарповна живет одна. В основном к ней наведываются дочка с зятем, живущие в городе. Валя с Егором - ее надежда и опора. О таком зяте она и не мечтала. Он, как только есть свободное время, спешит к теще. Сначала Поликарповне казалось, что его привлекает рыбалка, их лесное озеро богато рыбой в любое время года. Но потом поняла, что там он отдыхает от работ по ее не совсем уже добротному дому.
Мне через обветшалый штакетник хорошо видно, как Егор что-то мастерит, ремонтирует, заливает цементным раствором разрушенные под воздействием мороза и дождя дорожки. Перед самым крыльцом выложил плитку.
- Егорушка, зачем же ты тратишь силы, деньги и время, мне осталось жить немного, после смерти все разворуют.
- Мама, о смерти думать вам еще рано, хочу, чтобы вы наслаждались жизнью, ни о чем не думали…
Поликарповна мне не раз говорила, что ей стыдно перед зятем за своего сына.
- Света, от Пашки уже давно никакой помощи не жду, так он еще месяцами глаз не кажет, хотя живет на соседней улице.
- Тетя Маша, он же в своем доме живет, где работ полон рот, еще же и работает, в конце концов семья…
- Не уговаривай меня, там всем заправляет сноха, властная эгоистка. Сынок, как будто опылился ей. Слова доброго давно уже не слышу, о здоровье моем никогда не поинтересуется.
- Не накручивай себя, Поликарповна, Тамара, всем известно, женщина с характером, но не может она запретить Павлу навещать свою мать. Уж пять-то минут можно выкроить каждый день, чтобы справиться о твоем здоровье.
- Светочка, так я не только сына, но и внуков почти не вижу. Им-то что сделала плохого? С каждой пенсии покупала гостинцы, несла им, так сноха все это у меня выхватывала, а меня выпроваживала.
- Нечего вам здесь делать. Опять пришли помощи просить. У Павла своих дел невпроворот, у вас зять есть, пусть со всем и управляется.
- Наверное, есть причина, что они так ревностно относятся к зятю.
- За всю жизнь никогда не делила детей, Вале и Пашке все всегда было поровну. Вале-то свадьбу не играли, студентами они с Егором были, когда решили пожениться. Сами отказались от торжества, съездили на море в качестве свадебного путешествия, и все. А Паше на свадьбу все сбережения выложили. Будущая невестка требовала, чтобы все прошло на высшем уровне. Вот с тех пор и манипулирует моим сынком.
- Поликарповна, может, и поблагодарить Тамару надо, что она крепко в руках держит мужа, его ровесники давно спились, а он у тебя не пьет и не курит.
- Валя в своей семье не командует, а Егор тоже не пьет и не курит…
Увез Павел свою мать в город, а я стою, уже не любуюсь красотой летнего утра, а размышляю, как у такой доброй уважительной пожилой женщины вырос такой неблагодарной сын. Хорошо помню и Афанасия, отца Павла, худого слова от него никто не слышал.
Пришла к мысли: вероятно, виновато воспитание. С детства у мальчика, видать, была зависть к Вале, поэтому и сейчас ревнует свою мать к сестре и зятю.