Следователь Андрей Пирожков не верил в чертовщину. Как и в то, что придумавший подобную муть персонал значительно отличается от бедных психов, так что день обещал быть по максимуму идиотский. Отмазаться от якобы необъяснимого с точки зрения физики исчезновения не удалось — начальству виднее, кому ехать. Пирожков же у нас самый главный эксперт по части сверхъестественного, раз однажды единственный из всех согласился лезть подвал к окочурившейся старушке, славящейся продажей амулетов из сушёных лапок неведомых животных. Местные боялись туда нос совать даже тогда, когда запах уже стоял на всю улицу. Надо было тоже отказываться, хотя на проверку — ничего особенного. Кроме вонищи. Небось наследники год проветривали дачу или сожгли целиком. Чтобы не сглазили, ага.
Из сумбурного звонка озадаченного главврача получалась совсем уж бессмыслица — девица испарилась в двухместной палате, а соседка то ли мирно лежала на своей койке, то ли вовсе спала. И видеозапись есть, что удивительно. И вот теперь езжай и проверяй, как это из палаты девочки испаряются, и смех и грех.
Заведующая сухо поздоровалась с полицией и без обиняков приступила:
— Будете смотреть запись? Мы вам приготовили файлы.
— Буду, — легко согласился следователь, внутренне удивившись, что начали не с проникновенного оханья и аханья, а сразу с козырей. Эдак оно пойдёт быстрее, — и родителей пропавшей надо вызвать, приготовьте все её личные данные.
— Мы подумали… рано их звать.
— Засомневались в самом факте пропажи? — повеселевший Андрей уже посмеивался.
Не дружи с этой девочкой (начало, назад)
— В этом как раз сомнений нет, — с нажимом отрезала женщина, — но вдруг… ещё найдётся девочка. Вторая тоже пропадала, а потом нашлась.
— Вторая — это соседка?
— Да. Поступила с острым душевным расстройством сразу после двухдневного побега из дома. Есть эпизоды агрессивного поведения, но на записи… сами увидите.
— Да, было бы замечательно. Пойдёмте?
Вихляя бёдрами, заведующая добралась до техников и велела проиграть ещё раз «то самое». Прыщавый очкарик как-то странно посмотрели на следователя и молча протянул наушники.
— Даже звук есть? — уважительно хмыкнул Пирожков.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Нет. Звук записали случайно, из коридора. Марина с поста писала голосовое… Вы послушайте, я вам включу синхронно. Без звука не тот эффект.
У очкарика нездорово блеснули глаза и Пирожков отметил в блокноте — проверить на вещества. Больно энергичный тип.
На первой камере медсестра взяла из ящика телефон и принялась томно вещать в микрофон:
— Максик, я сегодня допоздна, но ты можешь встретить меня у…
На второй камере была только палата. Слева очень спокойно лежала девочка и смотрела куда-то под висящей над дверью глазок, а справа пышка нехорошо подёргивала конечностями, будто кто-то придавил её грудную клетку.
Медсестра прервала послание и взволнованно задышала — вдалеке явно шумели, но очень слабо, на грани слышимости. Она судорожно проверила мониторы этажа и уронила телефон на стол, побежав к палате четыреста шесть. Запись продолжалась, так что можно было разобрать не пойми откуда взявшийся жуткий собачий вой.
Пышка ходила ходуном, чуть не выламывая сетку матраса, а соседка так и не шевелилась. Смотрела в одну точку отрешённо и неподвижно. Даже веки не сомкнула, словно ничего особенно или страшного не происходило.
Медсестра отперла замок и рванула дверь, но пышка… Она исчезла. Когда медсестра ворвалась в палату, девочка слева приподнялась на локтях, а потом лениво откинулась назад.
Вой стих.
— Ещё раз прокрути, — скомандовал Пирожков.
Он проверил раз десять, но девочка исчезала до того, как открывалась дверь. За пару секунд до того.
— Твоих рук дело? — миролюбиво начал Андрей, поворачиваясь к технику.
Тот побледнел.
— Вы чего, как я мог? Я же здесь, а они там, — тычок в потолок.
— А видео ты смонтировал? Вообразил себя великим режиссёром?
— Нет! — у очкарика задрожала губа. — Нет! Я не монтировал, оно само!
— Что — само?
— Записи подлинные, — прошептал очкарик, — в том-то и дело.
Заведующая с вызовом оглядела следователя и резюмировала:
— Запись вы можете изъять, разумеется. С кого начнёте допрос? Марина не в лучшей форме, но говорить сможет. Я уже распорядилась никому ничего не болтать, со своей стороны настоятельно прошу не выносить этот инцидент за пределы больницы. По возможности. Не хотим пугать родителей и детей, да и персонал…
— Боитесь, что все разбегутся из-за такого? Наоборот, журналисты повалят, но нам это тоже ни к чему, так что по рукам. Давайте сюда вашу Марину.