Глава 50
Случилось это как-то внезапно. Костик даже сам не особо понял, как вышло. Возились они, целовались, а потом раз… Марина только нервно прошептала ему в ухо: «Всё. Теперь я женщина». «Ты и раньше мужчиной не была, – глупо пошутил Костик. Подумав, добавил. – И я не был. Теперь стал, оказывается». И… ничего. Оба не ощутили чего-то подобного, что в кино показывают и в книгах рассказывают. Не было яркой вспышки в мозгу, ощущения огромного счастья, выросших крыльев за спиной. Тускло, обыденно.
Они продолжали встречаться так несколько месяцев. Но оба понимали: это безумно скучно. Их объединяло, как выяснилось, только взаимное половое притяжение. Общаясь с Мариной, Костик понял жуткую вещь, которая стала отталкивать его от девушки: она круглая отличница не потому, что прекрасно разбирается в том, что учит. А потому, что самая настоящая зубрила.
Сказали сделать конспект – перепишет всю статью в тетрадку. Сказали выучить параграф – сядет и станет повторять, пока не запомнит практически наизусть. Кино Марина смотреть не любила, книги читала только те, которые задавали, но не понимала в них ничего, а мнение о прочитанном черпала из научной литературы. Её о чём ни спроси, – станет ссылаться на какого-нибудь учёного. Словом, с ней было невыносимо тоскливо даже такому, как Костик.
Потому, промучившись полгода и не сумев понять, зачем им продолжать встречаться, они расстались. Просто, без скандалов и даже эмоций. Случилось это в университете. Марина подошла к нему и предложила разойтись. Костик ответил «ладно» и ушел. Так закончились первые в его жизни отношения с девушкой.
Вот и теперь, не слушая его болтовню, Витя вспомнил о первом опыте общения его приятеля с девушкой и решил: пусть говорит, что угодно. Не авторитет ни разу, но надо же дать другу возможность высказаться. Раз уж он так воспылал однажды симпатией к его жене, теперь можно. Ревности не будет. Да её и прежде не возникало: Витя спокойно относился, если кто-нибудь в его присутствии говорил Кате комплименты или смотрел с интересом. На пляже, например. Другой бы на его месте приревновал, но Вите было всё равно.
***
Через несколько дней после того, как Катя с Андрейкой уехала к родителям, рано утром в субботу в квартиру, где Витя был теперь единоличным хозяином (пусть и не формально), позвонили. На вопрос «Кто там?» последовал ответ «Мы». Это были тесть с тещей, а за ними – двое мужчин, одетых в рабочие комбинезоны.
Витя удивленно открыл им дверь. «Мы за вещами», – сказала теща, даже не став говорить теперь уже почти бывшему зятю «Здравствуй». Тесть молча пожал руку и проговорил: «Пойдем на кухню, разговор есть». Витя молча последовал за ним. От чая или кофе тесть отказался. Кивнул головой: присядь.
– У нас с Катюшей был разговор. Серьезный, как ты понимаешь. Сразу скажу, чтобы ты понял меня: я тебя не осуждаю. Если у тебя с той, другой девушкой действительно любовь, то бесполезно пытаться тебя пытаться убедить, уговорить и так далее. Сердцу не прикажешь, а жить с человеком, который в другую сторону смотрит – это не жизнь, а каторга. Я такого для своей дочери и внука не хочу.
Тесть замолчал. Увидев на столе пепельницу (Витя теперь, поскольку один остался, курил на кухне, и квартира быстро пропахла табачным дымом, который он не замечал), достал сигареты, зажег одну и выпустил струю дыма в потолок.
– Так вот. Насчет имущества. Насколько я знаю наши законы, вам, поскольку есть маленький ребенок, придется разводиться по суду. Это понятно. Но у нас к тебе предложение: мы заберем мебель, которую вам подарили на свадьбу, и бытовую технику. Насколько я помню, там холодильник, телевизор с микроволновкой и машинка стиральная. Наше участие в покупке этой квартиры было небольшим, вполне уложится в стоимость этого… – тесть грустно вздохнул вдруг добавил со злостью, – этого барахла.
Он нервно затушил сигарету, буквально затыкал её в пепельницу, роняя искры и пепел. Провел рукой по небритому лицу. За эти несколько дней, что прошли с момента расставания Вити с Катей, тесть словно резко постарел. Сказывалось волнение о судьбе дочери.
– Так вот. Мы сейчас, если ты согласишься, все заберем, и тогда в суде вам придется только решать вопрос, с кем останется Андрейка. Что скажешь?
Вообще-то Витя не мог решать такое. Потому что большую часть стоимости квартиры выплатили его мать с отчимом. Потому она и была оформлена на них, а не на сына. Как чувствовали, что возможен развод. Подумав об этом, парень здраво рассудил: такой вариант их бы совершенно устроил. Поскольку он остается пусть и в пустой, но зато своей квартире, а не возвращается к ним, становясь тем самым натуральным нахлебником.