- Покойники – мужчина и женщина? – торопливо уточнил Иван Иванович у дежурного.
- Да нет, вроде бы два мужика…
У Рязанцева немного отлегло от сердца. Хоть Тамара жива… Видимо, погибли Вадим и телохранитель. Тот самый, хваленый. Рязанцев видел его рядом с Соколовским. Пал смертью храбрых с выражением надменности на лице…
А он не пал… У Ивана Ивановича челюсть отпала, когда он увидел Игната сидящим на ступеньках лестничной клетки. Правда, лицо у него было теперь другое, жалкое, растерянное. Просто испуганный мальчишка с трясущимися губами. Никакой не супермен.
В квартире на кухне лежали Качок и Толстый. Рязанцев узнал их по описанию. Они уже не дышали. Над трупами колдовал судмедэксперт.
- Иваныч, - сказал он. – У одного пуля в сердце. У второго, кажется, шея сломана. Точнее скажу после вскрытия. Это кем надо быть, чтобы такому орку шею свернуть? Николаем Валуевым или Федором Емельяненко?
- Николаич, твой Валуев на лестнице сидит, - невесело усмехнулся следователь.
Игорь Николаевич внимательно посмотрел на Рязанцева. «Надеюсь, ты пошутил?» - говорил его взгляд. «Нет, - также глазами ответил Иван Иванович. – Это он. Внешность бывает обманчива».
Следователь вышел на лестницу, и столкнулся с Максом Литвиненко.
- Товарищ майор, эти двое дежурили на пятом этаже, - сообщил Макс. – Чердак открыт, собирались через него уходить.
Картина стала проясняться. Толстый и Качок ждали, когда Игнат выйдет из квартиры, чтобы напасть на Тамару.
- Дверь не взломана, - вспомнил Рязанцев. – У бандитов был ключ?
– Да, кустарный дубликат.
- Надо проверить ключи семейства Соколовских. Узнать, с какого была сделана копия.
- Я тоже об этом подумал.
Иван Иванович стал рядом с охранником.
- Ну, как так, Игнат? Хоть одного надо было оставить в живых. Ты же спец, мастер… У кого я теперь спрошу про заказчика? Как все произошло?
- Я…, - Ивану Ивановичу показалось, что телохранитель сейчас разревется. – Я… Я растерялся…, - видимо, парень до сих пор не мог поверить в то, что он, великий, могучий и непобедимый Игнат, способен растеряться, как самый обычный человек. - Я был в магазине, когда женщина закричала. Как оказался в квартире, не помню. Действовал на автомате. Одного пристрелил, а второй напал из боковой двери. Сбил с ног, навалился сверху. Кабан! Было такое ощущение, что меня привалила каменная глыба. Пистолет выпал, но руки были свободными. И я… А надо было просто оглушить…
- Понятно. А где Тамара Федоровна?
- В больнице. Но она не пострадала. Вадим Вадимович на всякий случай увез ее. Мне еще не приходилось убивать. В меня стреляли, даже ранили один раз, еле выжил. Но самому… И сразу двоих… Одного голыми руками… Иван Иванович, меня посадят?
Рязанцеву стало жалко Игната. Конечно, из-за его оплошности к заказчику теперь будет подобраться стократ сложнее. Если вообще получится его вычислить. Но главное-то он сделал, женщину спас, рискуя жизнью. При этом сам уцелел. И даже не ранен. Не лежит сейчас в коме, как Костя. У Ивана Ивановича сердце заныло, едва он вспомнил о сыне.
- Да не дрейфь, Игнат! – он толкнул его в плечо. – Ты сейчас 20 тысяч евро заработал на адвоката! Можешь выбрать самого крутого защитника! «Мушкетер» все связи задействует. Отмажут тебя. Ты думай о том, что побил свой рекорд! Сегодня четвертый раз во время покушения клиента спас. Шеф твой сказал: «Такого в жизни не бывает, а у Игната – было». Было, и продолжается дальше. Кто же героя за решетку отправит? Теперь расценки на твои услуги вырастут, как минимум, вдвое. Народ будет к тебе ломиться! О, Игнат, ты – лучший телохранитель всех времен и народов, возьми нас под свою защиту!
Несмотря на трагизм ситуации, Игнат улыбнулся.