Сказать, что Иван Иванович был ошарашен, значит, ничего не сказать. Он отвернулся от Василия Николаевича и долго, сосредоточенно размышлял, словно позабыв про собеседника. Когда пауза затянулась, и молчание стало неловким, его нарушил хирург.
- Вашему сыну повезло, что он высокий. Если бы Константин был пониже, удар пришелся бы на то место, где у младенца расположен «родничок». В этом случае железка раскроила бы парню черепную коробку. Смерть наступила бы мгновенно.
- Василий Николаевич, вот вы говорите «железка». То есть, у вас есть уверенность, что удар нанесен металлическим предметом?
- Послушайте, я не эксперт… Смешные у вас в полиции формулировки: «Потерпевший получил рану от предмета, похожего на нож». «Достал из кармана предмет, напоминающий пистолет». Проводя аналогию, я говорю: «Рязанцева ударили по голове предметом, похожим на кастет». Но у меня есть практически стопроцентная уверенность, что это был именно кастет. Уж поверьте на слово, в подобных ранах я разбираюсь. Пациенты с такими повреждениями, как у вашего Константина, поступают ко мне в отделение регулярно. Я научился понимать, где удар нанесен камнем, где обрезком металлической трубы, а где кастетом.
- Но если Костя не ожидал удара, значит, он хорошо знал того, кто напал на него? Значит, доверял ему? Получается, это был или его друг, или хороший знакомый.
- Может быть, так… или кто-то, кого Рязанцев не воспринимал, как опасного противника. Человек маленького роста и скромного телосложения. Например, вас ведь частенько всерьез не воспринимают, недооценивают, не так ли? И понимают свою ошибку слишком поздно. Это мог быть кто-то намного моложе Константина. Людям кажется, что те, кто сильно младше их, не представляют угрозы. Или инвалид. Или…
«В этой херне есть что-то бабское», - всплыла в голове у Ивана Ивановича фраза Зенцова.
- …или женщина, - завершил он фразу хирурга.
- Или девушка, - согласился Василий Николаевич. – Об этом я подумал в первую очередь, но не решился озвучить такое предположение. Ведь женщина – это слабое хрупкое существо, это мать, любимая… Мне трудно было представить тварь, которая безжалостно и расчетливо ударила кастетом по живой человеческой голове…
- Это вам трудно, а мне как раз легко, - пробурчал Иван Иванович. – Уверяю вас, доктор, такие твари есть, и их намного больше, чем вы думаете!
- Я вам чем-нибудь помог? – поинтересовался Василий Николаевич.
- Да, благодаря вам я очень далеко продвинулся! Теперь возьму его… или ее… обязательно! Этой гадине придется ответить за то, что она сделала с Костей! Я не позволю инопланетянину утащить его в свою летающую тарелку, обрублю его тонкие хищные щупальца, - заметив, что после странной фразы у хирурга брови удивленно поползли вверх, Иван Иванович сделал жест рукой, мол, не обращайте внимания, это так, мысли из подсознания. – Василий Николаевич, у меня, к сожалению, нет визитки, но я напишу вам на бумаге свой номер мобильника. Если состояние Кости изменится, без разницы, в лучшую или худшую сторону, хочу об этом знать.
- Я обязательно позвоню вам, - пообещал хирург.