На темном морозном небосклоне, звезды кажутся особенно яркими. В их тусклом свете, проступают очертания разрушенной деревни - Александровская Колония. На окраине у дороги, несколько рядов из березовых крестов с промерзшими касками, - последний приют фашистов в этих глухих заснеженных местах. На другом краю деревни, от лесной опушки в глубину леса, тянутся огни нескольких десятков костров. У огня в наспех сооруженных шалашах, а то и просто на снегу, устланным лапником, отдыхают бойцы отдельного 44- го лыжного батальона. У одного из костров сидит дневальный, совсем еще молоденький боец, - красноармеец Дурных Иван. Задумчиво глядит на огонь, в памяти всплывают недавние события. – Пошел уже четвертый месяц, как Ивана призвали. Почти пять суток, эшелон с призывниками, шел со станции Черемхово на Урал. В городе Челябинске, в 26-ом запасном лыжном полку, расположенном в Красных казармах, два месяца готовили военному делу. Все бойцы в полку были уроженцами Дальнего Востока, Сибири и Урала. Молодые, здоровые, выносливые, много было среди них охотников, рабочих с сибирских шахт, уральских заводов. Отбор был жесткий, слабых в лыжные батальоны не брали. В ночь на десятое декабря первый батальон полка, получил номер 44, и был отправлен на фронт. Иван и еще несколько бойцов из второго батальона, были зачислены в маршевый батальон в последние часы перед отправкой. Заменив больных и не прошедших отбора бойцов. Ехали в пульмановских вагонах, оборудованных чугунными печками и двухъярусными нарами. Утром одиннадцатого декабря прибыли в Свердловск, затем в пути были уже длительные остановки. В Ярославле простояли трое суток. Получили оружие, боеприпасы и новое теплое обмундирование. Затем эшелон уже без остановок шел на Ленинград. Природа в этих местах была уже не та, что в Сибири. Леса в основном еловые, темные, сырые, много речек, ручьев, болотин. Особенно поразило то, что даже березы были покрыты мхом. Дни стояли короткие, сумеречные, все вокруг было уныло, серо. Тридцатого декабря эшелон поставили в тупик, на станции Малая Вишера. Быстро как по тревоге, буквально за пятнадцать минут, батальон покинул эшелон и скрылся в ближайшем лесу. И вовремя, в воздухе появились немецкая авиация, началась бомбежка. К вечеру добрались до деревни Глужино, там и новый год встретили. Все последующие дни жили в лесах, трижды меняли места стоянок. Передвигаясь по ночам, шли к фронту. Прошлым утром, в батальоне было проведено партийно-комсомольское собрание. Бойцам батальона было зачитано «Обращение ленинградцев, к войнам Волховского фронта, о помощи осажденному городу». Сегодня утром, впервые предстоит идти в бой. Страха не было, настораживала грядущая неизвестность, прогоняя сон. Костер уже прогорал, поднявшись, Иван подбросил сучьев в огонь. Подвесил над огнем ведра, заранее набитые снегом и льдом. До подъема оставалось еще более часа. Костер тихо потрескивал, блики пламени выхватывали из темноты мохнатые заснеженные лапы елей. Опять нахлынули воспоминания. Вспомнился родительски дом в далеком сибирском селе Тангуй. Как за столом, собиралось все большое семейство. Как отец во главе стола, резал большими ломтями, душистый каравай свежеиспеченного хлеба. Мать доставала из русской печи, ведерный чугун ароматных щей. Братья и сестры тихо сидели за столом, ожидая трапезы. Запах хлеба, щей, запах дома, заполнил сознание. Не сразу Иван услышал, как подошел взводный, присел у костра, протянув руки к огню. - « О чем задумался боец? » - спросил взводный. – « Да так, дом вспомнил » - вздохнул Иван. – « Не страшно перед боем?» - « Нет, тревожно только » - ответил Иван. Командир взвода, сержант, на вид лет двадцати, как и большинство взводных в батальоне. Офицерские звания присвоить им не успели. После окончания училища, отправили на фронт сержантами. – « Выше нос боец, утром фашиста бить будем » - бодро сказал взводный. Затем встал и, скрипя снегом, пошел к следующему костру. Звезды на небосводе стали бледнеть, близился рассвет. Объявили подъем. Вскоре у костров, плотными кольцами собрались бойцы. Позевывая и потягиваясь, прогоняли остатки сна. Многие испытывая волнение, не спали перед предстоящим боем. В ведрах уже закипал кипяток, у огня оттаивали замерзшие сухари. После завтрака, объявили построение личного состава. Командир батальона, младший лейтенант Валовой и политрук Носов, поставили боевую задачу батальону, по прорыву линии обороны противника. Были произнесены последние слова напутствия перед боем. - Батальону предстояло под огнем противника, по льду форсировать реку Волхов. Прорвать позиции немцев, и занять плацдарм в районе села Красный Поселок. Тем самым обеспечить переправу 327-й стрелковой дивизии, и в ее боевых порядках завершить прорыв немецкой обороны. Встав на лыжи, батальон ротными колоннами, выдвинулся на исходную позицию. Первыми подняться в атаку предстояло первой и второй лыжной роте. Третья лыжная рота, минометная рота и хозяйственный взвод были в резерве. Наступал рассвет 13 января 1942 года. Находясь в составе третьей роты, залегшей на берегу, Иван разглядывал местность и вражеские позиции. В предрассветной мгле, на противоположном высоком берегу, притаилось небольшое село Красный Поселок. Река Волхов была покрыта льдом под снежным покровом. Крутой берег у села был укреплен большими связками прутьев, (фашинами), обсыпанных снегом и залитых водой. Берег был превращен в ледяную гору-крепость, на вершине которой находились фашисты. Слева от деревни находился бетонный дзот, справа возвышалась силосная башня. Стало совсем светло, медленно поднималось зимнее солнце. Бойцы первой и второй лыжной роты пошли в атаку. Густыми цепями, лыжники устремились к противоположному берегу. Роты уже достигли середины реки, когда тишину разорвали первые разрывы. Фашисты открыли ураганный ружейно -пулеметный огонь. Усугубляли положение лыжников и десятки ледяных глыб, поднятых разрывами мин. Осколки этих глыб, разлетаясь увечили бойцов, фашисты безнаказанно, почти в упор расстреливали наших бойцов из укрытии. Атакующие цепи залегли под плотным огнем. Командиры рот, младший лейтенант Коровин и лейтенант Сафин, вновь и вновь, безуспешно поднимали бойцов в атаку. Но враг, каждый раз огнем, прижимал лыжников ко льду, не давая поднять голову. Многие остались лежать, обагрив лед кровью. С каждой атакой, бойцов становилось все меньше и меньше. Иван смотрел на это побоище с бессильной злобой. На глазах погибали товарищи, не нанося никакого урона фашистам. Страха не было, только злоба и ненависть наполняли сердце. Наконец комбат поднял в атаку резервные роты. Атаковали чуть правее, небольшой изгиб реки и речной нанос, немного скрывал бойцов от огня. Лед был вспахан взрывами, глыбы льда мешали идти на лыжах. Основной части наступающих, все же удалось быстро преодолеть реку и выйти на ровный участок, покрытый глубоким снегом. Иван бежал в цепи своего взвода, добежал до противоположного берега, лыжи стали проваливаться в глубоком рыхлом снегу. Поступила команда ротного, снять лыжи. Медленно, увязая в снегу по пояс, под прикрытием бугра, бойцы третьей роты стали обходить позиции немцев. Враг прекратил огонь, считая, что атака наших лыжников выдохлась. Сгруппировавшись бойцы атаковали врага внезапно, ворвались в траншею, смяли, заставили отступить. Иван действовал хладнокровно. Стреляя на ходу, преследовал врага, не обращая внимания на свистящие пули, разрывы гранат. В горячке боя не сразу заметил кровь на руке, сочившуюся из глубокой царапины. Ворвались на улицы Красного Поселка, но сопротивления там не встретили. Поступила команда, занять оборону на окраине села. От реки, подошли уцелевшие бойцы первой и второй роты. Батальон занял оборону на позициях, с которых только что выбили немцев. Минут через сорок, фашисты пошли в атаку, с целью вернуть прежние позиции. В течении часа они непрерывно атаковали, вновь и вновь поднимаясь в атаки. Но лыжники стояли насмерть, не отступив ни на шаг. В это время бойцы 327 стрелковой дивизии начали переходить Волхов, на занятый лыжниками плацдарм. Оттеснили фашистов ко второй линий обороны, прорвали ее, продолжив развивать наступление. Бойцы лыжного батальона продвигались вперед, в боевых порядках 327 дивизии. Короткий зимний день клонился к закату. Враг отступал, оказывая ожесточенное сопротивление. Вскоре наступила темнота и бой затих. Батальон поставленную командованием задачу выполнил. - Так закончился первый бой Ивана, восемнадцатилетнего парня из далекого сибирского села Тангуй. Впереди батальону еще предстояли жестокие бой за хутора; Мясной Бор, Спасская Полисть, Ольховские хутора, бои в районе Красной Горки. Лыжников бросали на самые сложные участки, в самое пекло. 14 марта 1942 года, 44 лыжный батальон, второй ударной армии был расформирован. Уцелевший личный состав батальона, был передан другим стрелковым частям. Иван продолжил службу в 357 стрелковой дивизии, был ранен. Затем в 346 стрелковой дивизии, в 414 разведроте. Участвовал в Сталинградской битве, освобождал Украину. За мужество и героизм, награжден медалью « За отвагу». В 1944 году был тяжело ранен, комиссован. Вернулся домой в родное село Тангуй. После войны жил и работал плотником в селе Покосное, Братского района Иркутской области.
Если вам понравился рассказ, подписывайтесь на канал, ближайшее время будет много интересного материала.
С уважением Дурных В.В.