Когда из музея, где работал Петров, позвонили, он долго думал, отвечать на этот звонок, или не отвечать. Но телефон всё звонил и звонил, и Петров поднёс телефон к уху.
- Петров, ты где? - Директор уже был на взводе. - Опять в пробке сидишь? Мы здесь все собрались, и только тебя ждём!
- Прямо, все-все собрались? Все, кто были записаны?
- Да, все! Я спрашиваю, где ты!? Сколько ещё тебя ждать? Без тебя мы совещание не начнём!
- Я дома, Виталий Константинович, - признался Петров. – Я вчера перед уходом зашёл в бухгалтерию, и оставил заявление на отгул. На сегодняшний день. Так что, меня сегодня не будет.
- Что?! - закричал директор. - Как - не будет?! Ты что творишь, Петров? Я тебе никакого заявления не подписывал! Быстро вызывай такси, и чтобы через пять минут был на совещании.
- Нет, Виталий Константинович, я не приеду! – твёрдо сказал Петров. – Я болею.
- Какая ещё болезнь? Что ты придумываешь? Сегодня у нас очень важное совещание! Ты забыл? Я тебя вчера утром сам лично предупреждал!
- Ну, да, вы предупреждали. Но я всё равно не приеду.
- Петров, ты что, саботируешь мои приказы? - В голосе директора засквозила угроза. - Ты ведь только из-за этого совещания взял отгул, да? Ведь так?!
- Так, - опять признался Петров. – Вы, Виталий Константинович, наверное забыли, что сегодня пятница, тринадцатое?
- Ты что, Петров, пьяный, что ли?! – насторожился директор.
- Нет, я не пьяный. Но сегодня пятница, тринадцатое число. Сегодня проводить совещания нельзя. Я это точно знаю.
- Ах, ты... - Виталий Константинович задохнулся от своих ругательств. - Ты, Петров совсем уже того?! Сегодня вечером в министерстве я должен защищать наш проект, а ты заявляешь, что нам нельзя проводить совещание? Да ты должен был первым прибежать сюда, потому что ты отвечаешь за финансовое обоснование проекта!
- Ну, да, - хмуро ответил Петров. - Отвечаю. Но я вам честно хочу сказать - этот ваш проект реализовать, конечно, можно, но реализовывать его нельзя. Он социально опасный. Поэтому, его не только в министерстве, его вообще никому показывать нельзя. Такой проект придумать мог только сумасшедший.
- А вот это Петров, не твое дело! - закричал директор в трубку. - Точнее – дело твоё, но не твоё дело! Быстро бери такси, и дуй сюда! Я приказываю тебе!
- Я уже сказал, я не приеду! - воскликнул решительно Петров. - И делаю я так только исключительно ради вас. Если хотите, проводите это совещание без меня. И тогда, может быть, с вами ничего не случится.
- Что? – завопил директор. - А если ты не приедешь, Петров, тогда считай, что ты уволен!
- Ах, так? – с обидой в голосе воскликнул и Петров. - Тогда, Виталий Константинович, я хочу вас сейчас кое о чем предупредить. Если я на совещание приеду, вас самого уволят.
-Ты в своём уме, Петров? - Директор даже обалдел от такой наглости подчинённого. - Ты мне, что, угрожаешь? Ты, вообще, что ли с дуба рухнул? Да я же тебя в порошок сотру.
- Я вам не угрожаю, Виталий Константинович, - попытался смягчить ситуацию Петров. - Но всё получится именно так, как я говорю. И я могу сказать - почему.
- Ну, и почему?
- А потому что я вчера посмотрел список, кто будет присутствовать на нашем совещании. Вместе с вами нас будет тринадцать человек, правильно?
- Ну, правильно.
- Нет, это не правильно, Виталий Константинович . Вы разве не понимаете, чем это грозит?
- Не понимаю и понимать не хочу! - гаркнул директор. - Чего ты мне пургу какую-то несёшь?
- Эх, Виталий Константинович. Печально, что вы не понимаете моих намёков. А ведь вы, наверное, в институте изучали историю. Вы разве не помните, что на тайной вечере у Христа тоже присутствовало тринадцать человек. И после этого Христа предали, а затем распяли.
- Петров, ты точно трезвый? – насторожился директор. - У тебя с головой все нормально?
- У меня-то всё нормально, Виталий Константинович. А вот у вас... Сейчас вас там двенадцать человек. Правильно?
- И что?
- А то, что если я появлюсь, станет ровно тринадцать. И тогда вас распнут... Точнее, уволят.
- Нет, Петров, меня не распнут! – опять пришёл в ярость директор. - Я нераспинаемый! У меня в высоких кабинетах связи! А вот если тебя через пять минут не будет в моём кабинете, я тебя сам лично... Своими руками...
- Эх, Виталий Константинович, - сдавшись, тяжело вздохнул Петров. - Тогда ладно... Если вы ничего не боитесь, я приеду. Но имейте в виду, я вас предупреждал.
Через пятнадцать минут Петров вошёл в кабинет директора, и совещание, наконец-то, началось.
А ровно через неделю - в следующую пятницу, Виталия Константиновича с треском уволили с поста директора национального музея. Потому что, его идею - устроить в музее экспозицию, посвящённую истории развития народной кустарной алкогольной продукции - да ещё и с активной её дегустацией, в министерстве посчитали безответственной, безнравственной, и опасной для духовного здоровья нации и всего общества.