Не многие сейчас могут позволить себе съездить в Италию. А полюбоваться великолепными итальянскими палаццо хочется. Или хотя бы представить, как выглядят дворцы итальянской знати, каких-нибудь Медичи или Форнезе, или даже Монтекки с Капулетти.
Такой палаццо можно найти, даже не выезжая из Москвы, на улице Спиридоновка. Заказчиком строительства дворца в духе итальянского Возрождения стал армяно-черкесский купец из Екатеринославля, обосновавшийся в Москве, Гавриил Асланович Тарасов. Конечно, фамилия была русифицирована со сменой жительства, и пятеро братьев Тарасян к началу прошлого века превратились в Тарасовых.
В Москве их коммерция пошла в гору, позволив приобрести мануфактуру и организовать семейное товарищество. Один из них, Гавриил, решил вложить прибыль в, видимо, доходный дом. Вряд ли Гавриил Асланович собирался жить здесь только своей семьёй. Это итальянская знать могла позволить себе строить такие дворцы только для себя, учитывая, что семьи были большие, итальянские князья имели собственный большой двор, множество родни, челяди и приживалов, значительный отряд охраны. Вряд ли покои таких дворцов пустовали.
А Тарасов был купцом, для которого любое вложение должно окупаться. К тому же в Москве начала ХХ века строится большое количество подобных доходных домов, которые по затейливости архитектурного замысла и декора не уступали дворцу на Спиридоновке.
Для воплощения желаний нанят был уже довольно известный архитектор Иван Жолтовский, которому была дана полная свобода в плане выбора архитектурного дизайна и внутреннего декора.
Так на Спиридоновке появилось итальянское палаццо. Но Жолтовский вдохновлялся не только своей фантазией. Дом Тарасова оказался поразительно похож на палаццо Тьене из итальянского города Виченца. Посмотрите на эти две фотографии ниже и сравните.
А ещё покажем несколько снимков внутреннего убранства дворца Тарасова. Здесь тоже не обошлось без вдохновляющего влияния Ренессанса. Особенно это заметно по потолкам, оформленным в излюбленной манере итальянских дворцов позднего итальянского Средневековья, когда потолочная лепнина изготавливалась из гипса или дерева, а затем золотилась. Так появлялся эффект объёмности.
Жолтовского потом обвинили в слепом копировании чужого творения. Тем не менее, палаццо называли «сказкой». Действительно, внутреннее убранство было воистину сказочным по своей красоте. Хотя, всё же, дом уже был приспособлен к техническим запросам времени: здесь был лифт, в том числе грузовой, проведено электричество, водопровод и прочие удобства.
Строительство дворца началось в 1909 году и длилось до 1912 года. Но заказчик свой дом уже не увидел. В 1911 году Гавриил Тарасов скончался, а его двум сыновьям пришлось расплачиваться за размах отцовского замысла. Налог на наследство был огромен. И хотя наследники доказывали, что материалы при строительстве использовались дешёвые, и внутренняя отделка де небогата, но красота палаццо и роскошь его декора были, как говорится, налицо.
Сколько лет пришлось Георгию и Саркису судиться с городскими властями неизвестно, но революция октября 1917 года в любом случае поставила точку в этой тяжбе. Тарасовым пришлось эмигрировать, а дом стал жить своей жизнью, вполне благополучной, потому что разные «квартиранты» вели себя культурно, сохранив в большинстве своём имеющиеся интерьеры.
Здесь был и Верховный суд СССР, и даже посольство Германии, которое въехало сюда незадолго до начала 2-й Мировой войны. После войны здесь уже было посольство Польши, а с 1979 года и по сей день располагается институт Африки РАН. Поэтому на фотографиях можно видеть в роскошных залах весьма научную обстановку, шкафы с книгами и разными экспонатами, зал научных заседаний.
И интересный исторический момент, уже не имеющий отношение к дому: бежав через юг России от революции вместе со своими семьями Тарасовы были вынуждены снова стать Тарасянами, т.к., оказывается, в Константинополе турки разрешали высаживаться на берег только русским армянам (запоздалый акт милосердия к «недорезанным» армянам?), а русских беженцев отправляли на Кипр. Уже возникшее армянское диппредставительство помогло восстановить армянскую фамилию и сойти на берег Константинополя.
После семья перебралась в Париж, а с ними и маленький Лев, правнук Гавриила Аслановича, который позже вырос до крупного французского писателя Анри Труайя. Ему было всего восемь лет, когда его вывезли из России, но именно по его произведениям изучают историю и культуру России во всём мире (так выдал Интернет). Теперь надо бы почитать что-нибудь из его произведений, чтобы понять, что мог писать о России армяно-черкесско-русский эмигрант, глядя из парижского окна.
А вы читали что-нибудь из произведений Труайя?