Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
НАЧАЛО
Накормив и отправив Петьку на работу, я занялась обычными делами. Сначала я перемыла всю посуду, затем принялась за плиту, стол. Потом мне не понравилась форма стульев и я слепила из них подобие венских. Благо интернет всегда был под рукой. Затем, я принялась за столы и стулья, которые мы убрали в дальний угол столовой, и из трёх столов изобразила довольно – таки неплохой стол, а из множества стульев сообразила пару кресел и диванчик на улицу, мне показалось, что эта мебель будет полностью соответствовать Петькиной мечте о зоне отдыха. Мне очень нравилась работа с деревом, она меня успокаивала, особенно, когда стало хорошо получаться. Я так увлеклась работой, что забыла обо всём. Но как только я закончила своё творчество, и отнесла всё сотворённое мной поближе к порогу, то снова нахлынули тревожные мысли. Ну, во-первых, у меня не было иллюзий, что приснившийся мне сон, это всего лишь сон. Я чётко поняла линию сюжета, ну, если, конечно, можно так сказать относительно сна, и кто такая эта Варвара. Хоть я и не видела её лица, но голос – то я её узнала! Да, он немного постарел, и стал от старости дребезжащим, но это была именно она. И я прекрасно понимала, что этот сон приснился мне не просто так, это было предостережение. Во-вторых, я поняла, что и Марья, по своей сути не виновата. Судьба нашего рода чётко кем – то отслеживалась и специально насильно корёжилась. А если ей всё рассказать? Нет, это, конечно понятно, что белой ведуньи из некроманта не сделать, поздновато, но, насколько я поняла, на самом деле некроманты совершенно не те, кем их нам теперь преподносят. На самом деле они совершенно нейтральные. Просто они занимаются ведовским делом, советуясь с душами умерших, в отличии от нас. Да и с нами ещё ничего не понятно, откуда у нас появляются все эти таланты и, так сказать, данные? А ещё меня смущали некоторые фразы в разговоре двух ведуний, вот, что это значит: "Они под нашим покровительством, и мы в какой – то степени зависим от них."? И что это за сила такая? А пейзаж, или пейзажи? Очень похоже на нашу фантастику, на зал релаксации с видами, напоминающими родной дом. Всё в этом сне было настолько странным, что закралась одна мысль, а не инопланетяне ли они? Такая мысль уже мелькала в моей голове не единожды, и если всё увиденное мной, разложить по полочкам, то ответ, однозначно, будет положительный. Но, нет... В инопланетян я не верю, я верю в ведовство...
Все эти странные мысли, в итоге привели меня к тому, что я обязательно должна прочитать о несчастной судьбе королевы ведуньи. Снова заняв своё место у книжного шкафа, я выбрала нужную книгу, и углубилась в чтение...
Григорий соизволил выйти из опочивальни только в полдень, когда я, как раз дочитывала книгу. Увидев меня на том же месте, да ещё и читающей, он очень удивился:
-Марин, да ты что, с ума сошла, ну нельзя же читать безвылазно.
- Это ты спишь непробудным сном, а я уже кучу дел переделала и даже одну любопытную версию проверила, – фыркнула я, и потрясла книгой перед его носом, - вот, скажи мне, ты же умер в эпоху когда мечтали о космосе?
- Ну, - протянул мой собеседник, - если уж очень обобщить, то да.
- Хорошо, тогда другой вопрос. Скажи, а ты никогда не задумывался о том, что наши предки были инопланетяне?
- Ого, куда тебя понесло, - удивился ведун.
- Да, я и сама в это не верю, но понимаешь, выглядит всё очень странно, как будто мы совершенно другая раса, ничего общего не имеющая с обычными людьми, вот и легенда о королеве, как будто это подтверждает.
- А что если мы действительно более древняя раса, ты не подумала? - хитро посмотрел на меня ведун, - а что если мы из века в век живём и наблюдаем за людьми и направляем их в правильное русло, ну, например для того, чтобы они не повторили наших ошибок?
- Ты намекаешь на Атлантиду? - усмехнулась я, - не, не получается. Да и моя версия плоха тоже, ведь у нас есть один фактор, который всё, всё, всё с ног на голову переворачивает, это наш переходящий дар. Он переходит от ведуна к прямому наследнику. Хотя нет... Моя версия тогда, выходит, правильная, ну про инопланетян, да и сон это подтверждает, похоже...
- Ничего не правильная, что за вздор, - закипел Григорий, - глупая твоя версия. Никаких инопланетян не существует. Ну, по крайней мере, я точно не от них произошел, погоди... Какой сон? - вдруг встрепенулся он.
И пришлось мне рассказывать всё, что я увидела и успела запомнить.
- Вот и выходит, что наставница наша не так уж и проста. С ней так уж легко справится. А мы, глупые, нахрапом полезли, дразнить её начали, а она...
А что она? Если всё, что ты видела, правда, то она искусно притворяется немощной старухой. И ещё бы немного, и мы бы попали в ловушку. Да уж.. - задумчиво произнес ведун, - уж что - что, а вот об этом я даже не догадывался. Выходит, это ей я должен быть благодарен за свое счастливое детство... Но что за странный разговор... И говоришь, за триста лет её голос сильно изменился? Значит, за эти годы она сдала, так что же могло её так изменить?
Злость, - выпалила я, - злость и ненависть. Если отталкиваться от сна, то всю свою злобу она обрушила на совершенно невинных наследников Яги... Да, и саму Ягу она убила ни за что... Ведь никто из этих людей и ведунов не имел никакого отношения к смерти её сына. И как я поняла, по справедливости, он был наказан за убийство тысячи людей.
-Тысячи, матушка сказала тысячи людей, – поправил меня ведун.
-А тысячи это может и полторы тысячи и девятьсот... - задумалась я, – слушай, если это было давным давно, намного больше, чем триста лет назад, то людей на земле было не так – то и много. Это же выходит грандиозных масштабов преступление. Что же это могло быть?
-Может потоп? – предположил ведун.
-Ты сам – то понял, что сказал? – фыркнула я, – потоп, это же ПОТОП, – я воздела к небу руки, - и точно, какой – то там ведун совершенно ни причём. Там наоборот Бог людей наказал за грехи, да и масштаб был намного глобальнее.
-Да, шут его знает, чего там было, тьфу, – плюнул с досады Григорий, – вот, что триста лет назад было я тебе могу рассказать, а что раньше творилось, то мне неведомо. Вся история переписана в угоду всяким... Знаешь, что я тебе скажу, дорогая, не лезь ты в эти исторические дебри, они скрыты за семью печатями и до них нам не добраться. А вот, изыскания всякие, могут и в нехорошую сторону увести. Давай брать за основу то, что твой сон это просто предупреждение. Но, всё же, это так интересно, что же там такое было... Ну, мы обедать – то будем, нет? – совершенно невероятным способом закончил мой наставник разговор.
Во время обеда мы не стали трогать только что обсуждаемую тему, и решили всё – таки пройтись по дому полностью, проверить все комнаты и, наконец – то, после моих длительных упрёков, учиться бытовому ведовству. У старого ведуна не проснулась совесть, вовсе нет, просто сработала женская смекалка. Я применила маленькую хитрость, намекнув ему на то, что нам, конечно же по делу, нужно пригласить Риту в гости, а у нас, ну, просто дико загаженный дом. К тому же, я не разрешу Григорию спуститься в подвал, пока мы там весь хлам и грязь не уберём.
На этот раз мы пошли пешком, и я почти сразу поняла, что Григорий, на самом деле, не так уж и молод. Пройдя за мной по лестнице всего два пролёта, ведун остановился на лестничной площадке и согнулся пополам, пытаясь отдышаться.
-Уф, – сказал он, – как-то тяжеловато мне, что – то сегодня со мной не так.
-Может, ты просто ещё не восстановился полностью? – с тревогой спросила я.
-Всё может быть, – ответил Григорий, – у меня же нет такого опыта постоянно умирать, а потом оживать.
-А может, тебе стоит купаться в бассейне каждый вечер, как это делала Лагач? – предположила я.
-Может быть и стоит, – согласился ведун, – всё, полегчало, пошли дальше.
И мы пошли по широкому коридору, в котором, по обе стороны, находилось несколько дверей, а посередине, с правой стороны, судя по яркому свету, располагалось фойе.
-Чем – то на общагу коридорного типа похоже, – заметила я, идя по коридору и разглядывая дорогущие золотые ручки на белых дверях, – ну, только, конечно, коридор пошире, и понтов побольше.
-Угу, – буркнул Гриша, ему явно, было нехорошо.
-Интересно, а они тоже как унитаз? – я не удержалась и ткнула пальцем в одну из ручек.
-Нет смысла ставить золотые, – ответил, тяжело дыша, ведун, – иначе гости всё растащат.
-Так что же они, дураки, что ли, так позорится, – фыркнула я.
-В том – то и дело, что не дураки, – ухмыльнулся Гриша, – они же не свою потащат, а стырят у соседа.
-Ну, да, а сосед у тебя, и так дальше по кругу, – подвела я итоги.
Глядя на состояние ведуна, мы не стали заглядывать в каждую дверь, а сразу дошли до богато обставленного фойё, и я с облегчением усадила наставника на диван. Но тут же зацепившись рукой за стоящий рядом столик, заметила на руке жирный пыльный след.
-Да, что же это такое, – возмутилась я, – она что, теперь повсюду будет преследовать меня?
-Ты чего там возмущаешься? – спросил меня наставник, – кто там обидел тебя?
Я показала ему руку со следом от пыли.
-Вон, смотри какая пылища, – я снова начала заводиться.
-Да она тут везде, – спокойно ответил ведун, – на всём этаже. Судя по всему, тут как всё построили, мебель расставили и больше сюда никто не заходил.
-Вообще не вижу смысла на такие траты, – хмыкнула я, разглядывая белые стены с позолоченными украшениями, и дорогую, но очень пыльную мебель.
-Ну, это ты не видишь, – ответил мне ведун, – а он, наверное, на что – то рассчитывал. Ты, вот что, детка, давай-ка вставай на середину комнаты, будем учиться, - без всяких споров я послушалась его, – а теперь поставь вот так руку, – он показал, что ладонь должна быть строго параллельно пола, – ну, а теперь просто представь, как волна чистоты прошлась по комнате, и веди рукой вот так, – он показал движение, похожее на взлёт самолёта.
-Такая легкотня, и всё? – удивлённо спросила я.
-Может, и легкотня, только даётся она далеко не всем, но мне кажется, что у тебя обязательно получится.
Я не стала спрашивать почему, признаться честно, учитель меня заинтриговал. Поставив ладонь как мне сказали, я закружила по комнате, поднимая руку вверх, а Григорий тут же, что – то тихо зашептал. Сначала по полу, а затем и по стенам прошлась волна золотых искр, похожих на искры моего волшебного огня, и всё действительно очистилось. Но, я – то поняла, что Григорий меня надул, уставилась на него, поставив руки в боки, и топнув ногой, приказала:
-Ну-ка, быстро мне заклинание сказал. Это не честно, – завопила я, – ты мне обещал, – ведун, увидев мою возмущённую рожицу, засмеялся, – ну, Гриша, так не честно, – принялась канючить я, – ты обещал меня учить. Ты обещал меня научить бытовым заклинаниям.
-Ладно, ладно, – принялся успокаивать меня ведун, – не сердись, раз обещал, научу. Только если честно, то, иногда, ты пугаешь меня. Силой дара своей пугаешь, целеустремлённость, лёгкостью с какой ты осваиваешь заклинания. Не бывает так, понимаешь? Хорошие ведуны десятилетиями учатся, да, что там... иногда и столетия не хватает, а ты схватишь заклинание, ручку раз так, поставишь и всё сразу у тебя получается. А так не бывает, – ведун развёл руками,- может, Марья тоже этого испугалась. Вот, ты говорила про инопланетян, так ты и есть та самая инопланетянка. Не среди людей, конечно, а среди нас, ведунов. Может, именно поэтому тебя корона и выбрала...
-Гриш, ну, ты чего сегодня, – я почувствовала себя крайне неловко, – плохо спал?
-Да, если честно, что – то плохо мне сегодня, – признался Григорий, – так плохо, что почему – то кажется, что я умираю.
-Э,э,э, аллё, ты чего?- запаниковала я, – слушай, может, тебе врача вызвать, или притащить Марью? – ведун улыбнулся, – не, а чего, я могу. Щас как рассержусь, да как наеду на неё, и она всё быстро сделает.
-Не, надо, – он махнул рукой, – ничего не нужно, это я так... расчувствовался, что ли. Ты заклинание просила, так слушай: "Уйдите прочь, из моего дома, все трясовицы, исполохи, переполохи. Уйдите в чисто поле, за темный лес, на гнилое болото, под серый камень – там вертитесь, там тряситесь, там свихнитесь, переполошитесь, а моего дома не троньте! В доме моем мир да покой, да все вещички по своим местечкам лежат, с местечек убегать не хотят". Всё запомнила?
Угу, – кивнула я, – и, повторила заклинание.
Ну, вот и замечательно, – улыбнулся ведун, – а теперь иди, и на какой – нибудь комнате попробуй, – я ещё раз кивнула и кинулась к ближайшей комнате,- постой, – остановил Григорий меня, – открой мне, пожалуйста, дверь на балкон.
Я с готовностью кинулась открывать шикарные двойные двери, ведущие на широкий балкон с красивыми белыми столбиками. В комнату ворвался теплый, пахнущий лесом ветер.
-Ммм, – промычала я, – а-бал-деть, какой тут воздух, - и вздохнув полной грудью, махнула наставнику, – ну, я пошла, – и отправилась по уже намеченному маршруту, – оп -па, мальчуковая, – крикнула я, как только распахнула дверь, и, стоя на пороге, принялась внимательно осматривать обстановку.
-С чего ты взяла, что это мальчуковая? – услышала я голос Григория.
-Ну, тёмно голубые обои обычно делают для мальчиков, – пояснила я, чуть повысив голос, – постель голубоватая, к тому же кровать застелена таким специфическим покрывалом, явно намекая на мужественность, – я немного покривила душой, ну не могла же я сказать взрослому мужику, что тут позы из одной взрослой индийской книжки. Мне говорить об этом было неудобно.
-Чего – чего? – услышала я у самого уха, – на что оно тут намекает? – ведун уже стоял рядом со мной, – ох, Бог ты мой, какая мерзость, – охнул он и закрыл мне ладошкой глаза, – а ну, не смотри на это...
- Да, ладно тебе, - я отвела руку, - чего я там не видела. У нас это мерзость теперь на каждом шагу. Ходим мимо и уже даже не замечаем. Ты чего подскочил? Возвращайся на диван, сам же говорил, что тебе плоховато.
- Да, я подумал, мало ли чего здесь...
- Так, ты же, вроде проверял, - сказала я.
- Ну, проверял, так что же, сколько времени уже прошло, а вдруг я чего не заметил.
Я посмотрела на него, и мне показалось, что он бледноват, но настаивать ни на чём не стала. Взрослый человек, ведун, наверное он чувствует, что ему лучше, а что нет. А может, это просто спёртый воздух закрытого помещения на него так действовал. Ведь не просто так же он попросил открыть балконные двери. Возможно ему нужно просто отлежаться на свежем воздухе
- Хорошо, я ещё раз всё проверю, - заверила я его, - а ты, всё таки иди, приляг.
-Хорошо, хорошо, только дай-ка я уберу эту гадость, - сказал он и снова провел рукой. Но на этот раз это был другой жест, вертикальный, и он не изменил чистоту в комнате, он изменил рисунок покрывала. После небольших манипуляций оно стало синим с огромными фиолетовыми цветами.
- Ух ты, как красиво, - ахнула я, - вот это ведовство.
- Вот это, как раз не ведовство, а практически фокус, простая манипуляция.
-Фига себе, просто, – улыбнулась я, – да это же умопомрачительная магия. Научишь?
-Конечно, только потом, а то, что-то я... Пойду лучше прилягу. Но, если что, кричи...
- Я лучше буду с тобой разговаривать, - ответила я, и, проводив глазами ведуна до дивана, принялась наводить частоту в комнате.
При первом же применении заклинания, оказалось, что бытовое ведовство работает только на определенном участке, от стены до стены, только в одном определённом помещении, и если к этой комнате прилегает ещё одна, то туда тоже придется идти и отдельно наводить чистоту. Но это было совершенно неважно. Я рассудила, что руками водить, это не драить сортир ершиком и не отмывать порог от налипшей грязи, так что, это супер легкий труд и грех жаловаться на некоторые ограничения.
Такое наведение порядка показалось для меня достаточно забавным, и я, напевая весёлую мелодию из старого фильма "Золушка", прошла одну, другую, третью комнаты, играючи применяя заклинания.
Я переходила от одной двери к другой, рассматривала убранство комнат, убирала их, и иногда переговаривалась с Григорием. Комнаты были довольно-таки интересно обставлены и мебель в каждой из них, представляла что-то особенное, индивидуальное, и нигде не повторялась. Лагач, если, конечно это был он, не поскупился на элементы интерьера. В каждой комнате был свой цвет обоев и тщательно подобранной к ним обивки мебели. К каждой спальне прилагалась своя ванная комната, цвет кафеля тоже перекликался с цветом обоев. Невольно возникало ощущение, что это были гостиничные номера очень дорогого отеля, и каждый из номеров был предназначен конкретному человеку, и не обязательно мужчине. Полагаю, что в розовый и желтый номера, предназначались для проживания женщин. Вот только гости, которых так ждали, и приготовили комнаты, так и не приехали.
Не знаю почему, но чем дальше я отходила от фойе, где лежал на диване Григорий, тем тревожнее мне становилось и чем ближе к нему приближалась, тем спокойнее себя чувствовала. Я проверила и убрала сначала одну половину этажа и принялась за другую, то и дело комментируя что-то интересное. Григорий мне всё время, посмеиваясь, что-то отвечал. Но, в один прекрасный момент он не ответил, и мне показалось, что этаж погрузился в звенящую тишину. Сначала я не поняла, чтобы это могло значить, пока не услышала испуганный рев медведя:
-Гррышааа, вставай.
В этом крике было страха и отчаянья, что я тут же, не задумываясь переместилась в фойе и увидела странную картину. Мертвенно бледный ведун лежал на диване, а над ним стоял медведь и, положив лапу на грудь, пытался расшевелить его. Но Гриша не отзывался. От испуга я настолько опешила, что замерла на месте и не смогла с него сдвинуться, пока меня не привела в чувство скупая, медвежья слеза. Она выкатилась из глаза зверя, протекла по носу Кирюши и на секунду зависнув на кончике носа, шлепнулась крупной каплей на щеку наставника. Уголок рта ведуна непроизвольно дернулся. Меня как будто током ударило, и я заорала:
-Кирюха, не ной, он живой. Быстро хватай его.
- Ну, схвачу я его, и что? - спросил наш лохматый рассудительный парень.
- В бассейн его сунуть, - пояснила я, - он тут же поправится. Ты, что, до сих пор ещё ничего не понял?
- Не понял, но в бассейн суну, - пообещал медведь, обнял Григория и исчез. И тут я вспомнила про одежду.
-Кирюха, стоять, – заорала я и переместилась к бассейну.
Медведь стоял на бордюре бассейна и пытался задней лапой содрать закрывавший его тент.
-Стою, – послушно ответил он и замер.
-С него нужно аккуратно одежду снять, она, возможно, как – то неправильно влияет на оздоровление.
-Аккуратно, это не про меня, – замотал головой медведь, – у меня когти, - для убедительности Кирюша пошевелил перед моим носом когтистыми пальцами, – ты раздень, ты человек.
-Я не могу, – отшатнулась я, - я же девочка.
-Ты совсем его хочешь раздеть? – удивился медведь и поправил сползающего на землю ведуна.
-Ой, горе вы моё луковое, держи его, - сказала я, и начала суетиться вокруг друзей. Кое – как тянув с Григория кроссовки, я потянула вниз его штаны. Штаны потянули за собой трусы и я увидела его оголённый зад, покрытый рунными татуировками. Медведь увидел такую красоту, фыркнул и затрясся от смеха. Я быстро натянула назад русы, – это что такое? – спросила я, и скомандовала, – хватай его пониже, я верх футболку с него стяну, - Кирюша перехватил ведуна у талии, и я потянула футболку вверх.
Практически освободив ведуна от одежды, я откинула тент и скомандовала медведю:
-Я сейчас отойду, а ты снимай с него трусы, и кидай в бассейн, понял?
-Угу, – прогудел медведь и кивнул, – а как же он потом без трусов?
-Без трусов это не без головы, там, – я махнула на дом, – такого добра, как трусы, полным-полно. За головой следи, чтобы он не захлебнулся, понял?
-Угу, – снова кивнул медведь и потянул когтем вниз последнюю деталь одежды.
-Да, подожди ты, пока я не уйду, – я отвернулась и практически бегом побежала в дом.
-Угу, – понеслось мне вслед и тут же раздался всплеск воды.
-Ну, слава Богу, закинули, - выдохнула я, и трусцой побежала за белым халатом Лагача.
Сначала, пока Григорий был без сознания, его голову в воде держал медведь. Затем, он постепенно начал приходить в себя и стал вертикально держаться в воде, а когда его организм практически пришел в норму, ведун стал плавать туда – сюда довольно таки странным стилем плаванья, выталкивая наполовину тело из воды, он резко выбрасывал руки вперёд, сгибался почти пополам, и снова погружался в воду.
Я стояла в столовой у окна, наблюдала за происходящим и размышляла над новой задачкой. Когда я вернулась с халатом, Григорий еще был без сознания. Решив сделать всё по человечески, вытащила из дома один стул, оставила его рядом с бассейном, повесила на него халат так, чтобы, когда ведун будет вылезать из воды, ему было комфортно одеться, аккуратно разложила ни сиденье трусы, и, стараясь не смотреть в сторону наставника, отправилась назад. Но, я, всё – таки успела заметить один шокирующий факт. Вода в бассейне была черная. Не такая чёрная, как пролитая в воду гуашь, а такая чёрная, как нефть, вырвавшаяся из скважины. То есть это была такая черная, беспросветная густота, в которую не мог проникнуть даже лучик солнечного света. Вот я и стояла сейчас у окна, смотрела на уже очищенную, прозрачную, отдававшую голубизной отделочной плитки, воду, и думала, что же это могло значить. Когда я оказывалась в воде, ничего подобного не было. А ещё этот татуированный зад... Когда Григорий, сразу после оживления вылезал из бассейна, он тоже засветил свою пятую точку, и я точно помню, что там ничего такого там не было.
-Загадки, загадки, сплошные загадки... – тяжело вздохнула я, и отвернулась от окна. Ведун выходил из воды и схватился за халат, – вот и слава Богу, – выдохнула я и снова отправилась на третий этаж.
Быстро закончив уборку, я снова вернулась озабоченной. Меня уже не волновала планировка дома, и, как будто уже всё устраивало, но я ожидала увидеть наверху такую элементарную для каждого дома вещь, как стиральная машинка, и снова я её не обнаружила. А ещё меня волновал простейший вопрос, куда же здесь уходит вода? Нет, не вода из бассейна, тут более или менее уже было всё понятно, мне было интересно, куда уходит вода, которой мы, например, умываемся. Ни до чего не додумавшись, решила оставить столь специфические вещи до прихода человека понимающего, в этом деле, то есть Петьки, и тут меня осенило! Я вышла во двор и гаркнула во всё горло:
-Кирюша! - медведь мгновенно явился на зов, как Сивка – Бурка в сказке. Я быстро набрала в телефоне запрос, нашла картинку и сунула её медведю под нос, – слушай, а ну-ка, скажи мне, друг мой любезный, ты вот такую железную коробочку где-нибудь видел?
-А, эти, – фыркнул медведь, – вон в том домике, – он указал на кирпичное строение рядом со входом в подвал, – их там много.
Очень удивившись ответу, но ничего не сказав в ответ, я направилась в тот самый домик. Едва открыв калиточку, тут же столкнулась нос к носу с наставником. Тот выходил в белом халате из подвала, и что – то напевая вытаскивал капканы. Первая мысль была разораться, что на них не настираешься, но я решила подождать с воплями и посмотреть, что дальше будет. Григорий, выйдя из подвала, кивнул мне, и отправился куда – то вглубь хозяйственных построек. Там, бросив их с грохотом на землю, ведун вернулся к подвалу, и, заметив грязное пятно на халате, чертыхнулся, буркнул что – то себе под нос, небрежно махнул рукой, будто стряхнул пятно с одежды. Самое интересное, что пятно стряхнулось и исчезло.
-Нормально, – сказала я, – а меня научить.
-Ой, да пожалуйста, – Григорий тут же сказал пару слов совершеннейшей абракадабры, и пошел дальше.
На секунду я остановилась, стараясь переварить то, что он сказал, а затем пошла туда, куда шла. Ожидая увидеть, как минимум прачечную для персонала, я бодро открыла дверь в каменном строении, и замерла на пороге от очередной неожиданности. Потому что оказалась не в прачечной, а на складе бытовой техники.
-Нормально, - сказала я, почему – то подумав, что, возможно, эту технику купили для тех самых гостевых комнат, но пошарившись по коробкам, обнаружила некоторые вещи, которые там были совсем не нужны. Например, зачем гостям три кухонных комбайна? И, почему ни в одной коробке нет документов? Наконец, мои нервы не выдержали всех этих загадок, и я психанула, – как это мне всё надело. Всё, я больше не могу, – заорала я, топнула ногой и переместилась домой.
С огромным облегчением растянувшись на диване, я вздохнула полной грудью привычный воздух города, и выдохнув, закрыла глаза...
Проснулась я от назойливого телефонного звонка. Ещё не открыв глаза, я сразу поняла, что это Петька. Проведя по экрану пальцем, тут же услышала возмущённый голос парня:
-Марин, ну сколько можно тебе звонить, я уже устал тут стоять. Нас пораньше отпустили, все уже ушли, а я всё стою и стою...
-Петь, прости, но у меня нет сил,- честно призналась я.
-Так, чего, мне мотоцикл брать? – с готовностью спросил он.
-Я дома, – коротко ответила я.
-Тоже неплохо, – хмыкнул Петька, но тут же насторожился, - погоди, ты поругалась с Гришей? Марин, не молчи, что случилось?
-Петь, я просто устала, я больше так не могу, – застонала я.
-Так, погоди, я через десять минут прибегу,- ответил парень, и телефон отключился.
Второй раз я проснулась от того, что по дому стал расползаться умопомрачительный запах натурального кофе. На кухне что – то зашипело, похоже, это сбежал тот самый кофе, тихо чертыхнулся Петька, пискнула плита. Я тихонько встала с дивана, собираясь пойти на кухню, но тут, в дверном проёме показался он сам.
-О, привет, ты проснулась?
-Привет, – улыбнулась я. Не знаю почему, но мне было приятно увидеть Петьку у себя дома, – ты как сюда попал?
-Да, я... – замялся было парень, но тут, в проёме, вдруг появился черный медвежий нос, а затем, между косяком и ногами Петьки, просунулась медвежья голова, – он меня сам нашел. Говорит, что испугался, потому что тебе в том доме было плохо и ты убежала.
-Ты, посмотри какая умная скотинка, - удивилась я, – почувствовал.
-Гы, – Кирюша расплылся в улыбке, но тут же спросил, – Марина нас не бросит?
-Блин, да что случилось, Марин? – не выдержал Петька.