Жанр «Ужасы» в литературе напоминает лестницу вниз. И если первые ступени-это какие-нибудь банальные слэшеры про маньяков, то чем глубже спускаешься, тем больше ужас становится именно что личным, лично тебя повергая в отчаяние и беспросветную безнадегу. Зачем же люди читают такие книги? А тут-как с фильмами. Пережив жуть-получаешь адреналин и выработку гормонов счастья, которыми организм спешит затянуть экзистенциальные кризисы.
До недавнего времени я считал лучшим произведением жанра книгу Кобо Абэ «Тетрадь кенгуру». В жанре урбанистической мистики никто для меня не мог сравниться с Жаном-Кристофом Гранже.
Когда же прочитал Дэна Симмонса «Террор», то потом еще пару недель ходил задумчивым, ощущая арктический холод, идущий через несколько веков. И очень понравилось внимание Симмонса к деталям, причем, он мастерски умеет делать этот процесс не душным, чтобы не складывалось впечатление, что ты читаешь инструкцию на баллончике с освежителем, сидя на унитазе.
А теперь вот прочитал «Песнь Кали» от него же. И с уверенностью могу сказать, что это самая тяжелая и мрачная книга из всего, что я прочел за не очень долгую, но жизнь. И самая неоднозначная, но вместе с тем, самая подходящая под описание того, что происходит в современном мире в глобальном смысле.
Начнете читать-увидите Индию не с привычной стороны: без Зиты и Гиты, танцоров диско и обилия золота, улыбок и песен. Здесь Индия-это инфернальное и жуткое нечто, где подавляется любая воля к жизни, где лейтмотив существования-это апатия, безразличие и насилие. В эту Индию легко попасть, но выбраться из нее невозможно. Эта Индия-Черная дыра, и прилетев в Калькутту-Вы ныряете за горизонт событий. А дальше-только ожидание, пока Вас вытянет, разорвет на ошметки, как физически, так и духовно. Под нескончаемую Песнь Кали.
А неоднозначна книга именно потому, что думающие еще потом долго будут внутренне спорить сами с собой, что же такое Кали-это абсолютное зло или абсолютное освобождение. Но послевкусие очень тягуче-тяжелое. Наверное, это и есть показатель литературы очень высокого полета: если она способна оставлять в душе шрамы.
