Дворцовые коридоры широки и богаты, под пыльными сапогами проминается атласный ковёр, красный, как рубин. Бюсты римских сановников мрачно взирают на Краса, а слуги торопливо кланяются. Сопровождение в лице герцогской стражи держится позади, не рискуя прогневать полководца и дуэлянта. Слав мрачен и одним видом вбивает слабонервных и осведомлённых в дрожь.
Двери главного зала распахнулись перед ним бесшумно, Крас выждал, пока слуги до конца отведут створки и перешагнул через порог. Зал огромен, стены обшиты деревянными панелями, на которых висят мечи, щиты и разорванные знамёна. Дневной свет пронзает окна и играет бликами на отполированном полу. На восточной стене красуется портрет седого мужчину во весь рост. Богатый и строгий наряд, пояс перехвачен поясом изумрудного шёлка, а в руке сжимает дивный клинок дамасской стали.
Собравшиеся в зале чиновники разом обернулись на вошедшего, вздрогнули и низко поклонившись разошлись в стороны, образуя широкий коридор к трону. Мужчина, сидящий на нём поднялся и развёл руки, будто пытаясь обнять. Высокий, смуглый, с острыми чертами лица и гривой иссиня-чёрных волос. Он широко улыбнулся, и зубы сверкнули, как белоснежная молния.
— Крас! Ха, я рад тебя видеть, уж думал не заглянешь!
— Мне было по пути, Уго. — Ответил слав и сдержанно поклонился. — Как поживает ваша матушка?
— О, прекрасно, хотя всё ещё носит чёрное.
Уго сошёл по декоративным ступеням, нетерпеливо дёрнул рукой и чиновники поспешили прочь, как тараканы. Крас проводил их косым взглядом, такое поведение скорее свойственно восточным дворам, но... похоже, герцогиня так и не вырвалась из традиций.
Следуя за герцогом зашёл в крохотную комнату, скромную, с парой кресел, столиком и винным шкафом. Уго достал одну бутылку и не спрашивая разлил содержимое по серебряным кубкам. Протянул Красу, а сам опёрся о стол.
— Сколько тебя не было? Года два, минимум! Ты пропустил пару интересных заварушек.
— Дела были, — уклончиво ответил Крас, покачивая кубок, — да и сейчас есть.
— Всё ещё ищешь лампу?
— Вроде того.
Герцог вздохнул и покачал головой, ткнул кубком в сторону гостя.
— Крас, я знаю, что у тебя сложные отношения с моей матерью, но... возвращайся. Годы бегут и уже даже я не тот, что раньше.
— Я подумаю, но пока мне нужно закончить дела. — Вздохнул Крас. — Уго, буду честен, мне нужна маленькая помощь.
— Какая?
— Рубин, вот такого размера. — Крас стиснул кулак и поднял на уровень глаз. — Желательно не огранённый.
— Может лучше золото? — Присвистнул Уго.
— Увы. Ифриты его не ценят.
Лицо герцога вытянулось и побледнело, насколько это вообще возможно с таким цветом кожи. Отпил из кубка и опустил на стол, внимательно вгляделся в глаза старого друга.
— Так ты её всё-таки нашёл?
— Я нашёл способ позвать ифрита, но не лампу.
— Погоди... ты свихнулся?! Ты хоть понимаешь, что может натворить эта тварь?!
— Да. — Ответил Крас, глядя прямо в глаза герцога. — Например сделать тебя приемлемым для местной знати. Как думаешь, если бы не моё желание, долго бы тебя терпели дворяне после смерти Винченцо?
— Тогда у тебя была лампа!
— А сейчас есть кое-что получше. Всё рассчитано, просто поверь мне.
— Аргх... — Герцог с силой потёр лицо, махнул и развернулся спиной к славу. — Будет тебе камень!
— Благодарю.
***
Асмодей проснулся среди ночи на высокой ветви дерева, вслушался в песни лесных духов. Лунный свет едва пробивается через переплетение ветвей и пышную листву, внизу пляшут светлячки. Пение духов из беззаботного стало тревожным, опасливым. Нечто злое обратило внимание на этот край. Кот потянулся, вскинув зад и оттопырив хвост, огляделся и шагнул в темноту.
Вышел в тёмному углу дома, прошёл мимо комнаты Иваша, где сейчас спит Смерть. Остановился и вслушался во всхлипы и шмыганье носа. Руфина плачет во сне и зовёт мать. Днём она бодра и весела, полна жажды учиться, а вот ночью подавленные чувства выплёскиваются и корёжат хрупкое тельце. Однако, чувство испугавшее духов исходит не от неё.
Новый шаг во тьму.
Кот оказался на запылённой верхушке книжного шкафа и уставился на Краса. Слав скорчился на полу, сжимая огромный рубин, а пальцы и кисть покрыты волдырями. Лицо бледное, по подбородку бежит кровь из прокушенной губы.
— Вот те раз. — Присвистнул Асмодей, сел свесив передние лапы. — А ты и правда справился!
— А когда было иначе? — Просипел слав, с трудом расцепляя пальцы.
Рубин упал на доски пола, и те мгновенно почернели, взвился лёгкий дымок. Внутри камня пульсирует яростный свет, воздух вокруг идёт волнами. Асмодей спрыгнул на пол, медленно приблизился, протянул переднюю лапу и ударил рубин, отскочил.
— Как работает эта штука? Ты его поймаешь в неё?
— Нет. Это скорее аналог кошачьей мяты для джиннов. — Ухмыльнулся Крас. — Скоро сволочь прибудет и мы можем договориться с ним.
— Можем попытаться. — Вздохнул Асмодей и лизнул обожжённую лапу.