Песок был горячий, но Вовчик не любил тапочки на пляже. Кенгуриными скачками он быстро добрался до покрывала, с налёта плюхнулся на него, а потом аккуратно приподнял голову и присмотрелся.
Мужик в шезлонге был однозначно тот самый, из кафе. Натянув бейсболку поверх тёмных очков, он сидел неподалеку и аккуратно так, без палева поглядывал в их сторону из-под козырька.
Вовчик приметил его ещё вчера и удивлённо подумал, что они его явно чем-то заинтересовали. Вот только чем?
Мужик, кстати, был весьма недёшево прикинут. Невооружённым глазом было заметно, что и джинсы, и футболка на нём точно не из "Остина" за скромные рубли по акции, а уж замшевые мокасины стоили как пара Вовчиковых зарплат. Вовчик как-то видел подобные в интернете и потом долго гадал, за что такие деньги, и решил, что там, наверное, замша не иначе, как из реликтового археоптерикса.
А ещё мужик был красив... просто издевательски красив. Вовчик это заценил. Такая красота беспощадно искажает показатели голливудской статистики и подрывает веру в "фабрику грёз". Когда мужик красивее Брэда Питта, — это самообман и утопия. Потому что красивей Брэда может быть только Райан Гослинг, и то лишь из-за того, что моложе возрастом.
Мужика Вовчик срисовал за ужином. Тот сидел в глубине веранды, курил и пил вискарь. И когда они своим семейством с хохотом и гомоном закатились в кафе и начали рассаживаться, мужик вдруг перегруппировался и слегка отъехал на своём стуле в сторону, скрывшись за деревянной стойкой, как будто не хотел, чтобы его заметили.
"Показалось," — подумал вчера Вовчик. "Нет, не показалось," — удивился он сегодня. Мужик точно был вчерашний и, что самое странное, мужик пялился на Алису.
В киднепинге Вовчик ориентировался слабо, в основном, опираясь на американский кинематограф. Но, во-первых, Алиса однозначно не была внучкой нефтяного магната, а во-вторых, ну, не воруют случайных детей просто так, после стакана вискаря.
И на педофила мужик тоже не походил. Впрочем, может быть, Вовчик в них плохо разбирался. Но даже если бы и походил, то вдоль моря бегало достаточно детей Алисиного возраста, и было вовсе необязательно вторые сутки таскаться именно за нею.
Они прилетели всего несколько дней назад. И всё ещё были до чёртиков удивлены, что прилетели. Ибо судьба отчаянно сопротивлялась этой поездке.
С самого начала Вовчик чувствовал, что что-то идёт не так.
Едва Маринку выписали из больницы, он немедленно потащил её подавать заявление. Жить не замужем, заявил Вовчик, он ей больше не разрешит.
— Куда бы я Алису дел, если бы ты умерла? — орал он, и Алиса согласно кивала, обнимая бледно-жёлтую после больницы Маринку.
Врачи настаивали на реабилитации в санатории. И Вовчик заявил, что в санаторий её одну не отпустит.
— Отличный повод, — твердил он, — Будет свадебное путешествие!
Но оказалось, что по закону быстро жениться можно как раз только на умирающих. В остальных ситуациях полагалось как следует поразмыслить.
Умирать Маринка, к счастью, передумала. Да и Вовчик хотел жениться исключительно на живой Маринке. Пришлось искать подходы к заведующей ЗАГСом и воздействовать на неё своей харизмой.
Но пока Вовчик искал и воздействовал, Маринка купила билеты на самолёт. И даты вылета и регистрации выпали на один день.
Немного поспорив, кто из них накосячил больше, Вовчик с Маринкой решили, что если не заморачиваться на фату и смокинг, то по дороге в аэропорт они вполне успевают пожениться.
Но судьба оказалась злодейка. Она снова начала намекать.
В день отъезда сначала Маринка сорвала кран в ванной, и чуть не затопила соседей. Потом Вовчик уронил на ногу горячий утюг и спалил ковёр на полу. Потом Алиса разбила тарелку. Потом...
Потом они метались по квартире вскачь как кузнечики в августовской полыни. Сталкивались и разлетались, четыре раза поссорились, дважды помирились и один раз чуть не подрались.
Вовчик суетливо ходил из комнаты в кухню и обратно и выключал везде свет, потому что "мотает и надо экономить". Потом он бегал и включал всё обратно, потому что Алиса из туалета верещала, что ей темно.
⠀
Маринка в одной напяленной на колено джинсине скакала и налетала на Вовчика, Алису и диван, заваленный вещами и чемоданами.
А потом не пришло такси...
И тогда они побежали... Маринка кричала, что к чёрту ЗАГС, она и так его любит. Вовчик огрызался и на ходу пытался дозвониться до заведующей. Алиса сосредоточенно молчала и старалась не отставать. Лишь упрямо оттопыреная губа намекала, что главное оружие женщины — это вовремя организованные слёзы.
Пожалуй, за всю историю Дворца бракосочетаний это была самая странная пара, пожелавшая связать себя узами брака. Красные и потные, они ворвались в здание и, распихивая ожидавших заветной минуты женихов и невест, с выпученными глазами понеслись к кабинету заведующей. Вовчик одной рукой тащил на буксире Маринку, а другой катил чемодан, из которого, заметая мраморные полы, свисало что-то очень ищящное и кружевное. Следом за ними, натужно сопя, но надёжно держась в фарватере, бежала Алиска.
— Самолёт! — просипел упаренный Вовчик, врываясь к заведующей, и протянул паспорта.
— Быстро! Ручку! Здесь и здесь! — скомандовала владычица ЗАГСа.
Спасло их только то, что экспресс до аэропорта останавливался всего в двух кварталах. Они успели и конкретно этому удивились.
Санаторий снаружи был вылитый дворец. А изнутри – заброшенный сарай под Кологривом. В бра над кроватью не было электричества, под тумбочкой валялись чьи-то фантики, а в ванной жил паук.
Вежливая Маринка позвала в номер горничную и деликатно, почти шёпотом, попросила простыню без дырки. Или, сказала, что если уж такое совсем невозможно, то пусть хотя бы принесёт простыню, порванную по краям, а не в самой середине. Горничная презрительно фыркнула, но бельё поменяла.
Но в целом, Вовчик с Маринкой были без претензий. Трудно быть недовольными, когда за окном солнце, пальмы и бесконечно синий простор. Тем более, что Маринку тут же загрузили процедурами.
График был плотный. Сразу после завтрака Маринку засасывало в трясину оздоровительных мероприятий, а Вовчик и Алиса отправлялись прожигать жизнь на просторах курортного городка.
В первый же день они забрели в супермаркет. Вовчику приспичило романтично... ночью... на балконе в номере... выпить с молодой женой вина, как это показывают в добропорядочных голливудских мелодрамах. Чтобы было море, звёзды и лунная дорожка внизу. Алиске тоже на вечер были обещаны вкусняшки в расширенном ассортименте.
— Дядя Вова! — радостно завопила она, — А давай купим печенье в форме букв?
— Тебе зачем? — удивился Вовчик. — Это же для тех, кто буквы не знает.
— А мы из них неприличные слова будем складывать, — ответила счастливая Алиска и понеслась внутрь.
В супермаркете она раскинула руки и полетела. Словно Катерина из "Грозы". И крылом задела... нет, к счастью, не бутылку...
Это был манекен медведя на роликах. У него были деревянные лапы, лоток для журналов на груди и колёса без тормозов. Медведь покатился мимо стеллажей. Пытаясь остановить набирающий скорость инвентарь, и Алиса с разгону запрыгнула на него. Вместе с медведем они выкатились из магазина, прямо мимо кассы и мимо куривших у входа охранников.
Тогда прямо на глазах у гуляющих граждан в единоборство с медведем пришлось вступить Вовчику. Зверя удалось возвратить по месту постоянного пребывания без существенных повреждений. Храброй Алиске счастливая кассирша подарила шоколадку.
Иногда на бульваре Вовчик сажал Алису к себе на плечи и так прогуливал её вдоль моря с видом на корабли и горланящих чаек. Довольная Алиса рулила Вовчиком за уши, держа курс на всевозможные ништяки и развлечения, периодически швартуя его у прибрежных киосков с мороженым и кока-колой.
По дороге они учились читать, например, рекламные баннеры. И играли в "слова". Алиса загадывала предметы, которые видела, и называла первую букву. А Вовчик отгадывал.
На "Н" — небо, на "П" — пароход, на "А" — абрикосы...
На "В" — "вунитаз".
— Где ты увидела унитаз, Алиса? — поразился Вовчик.
— Ну, на пароходе же наверняка он есть! Не в море же они писиют! — возмутилась в ответ девочка.
А на третий день пребывания на черноморской земле Алиса угнала инвалидную коляску... вместе с пассажиром... белым днём из кипарисовой аллеи. Это, конечно, была самая остросюжетная история на побережье. С погонями и почти перестрелками.
Инвалид приехал со своей тётенькой-рулевым... или штурманом... или навигатором. Фиг знает, кто она была, эта тётенька, но была она какая-то не энергичная. А если ты нормальный ребёнок, то тебе наверняка хочется жить стремительно.
И вот, пока тётенька-рулевой раскладывала на входе в аллею коврик и картонку с надписью "Помогите, люди добрые! На лечение... ", Алиса вернула инвалиду ощущение жизни.
Когда пассажир понял, что кто-то жестокий похитил его, чтобы убить об киоск с шаурмой, то немедленно излечился без дополнительных сборов и начал активно тормозить ногами. Но рисковая Алиса умело поставила коляску на одно колесо и свернула к смотровой площадке с обрыва, где экипаж изловили отдыхающие, встревоженные воплями его пассажира.
Ругаясь с применением слова "жопа" и ещё парочки совсем неприличных выражений, неблагодарный калека подхватил своё транспортное средство и под улюлюканье столпившихся зрителей стремительно скрылся в глубине аллеи.
— На "Ж" — жулик! — сурово произнесла Алиса и взяла Вовчика за руку.
— А если бы это был настоящий инвалид? — упрекнул он её в ответ.
— Не-а, — сообщила она, деловито покрутив хвостиком на макушке, — Я же чётко видела, как он ногою притопывал под музыку в телефоне.
В ответ Вовчик лишь удручённо пожал плечами.
Так что, пока Маринка поправляла здоровье, время вдвоём они проводили задорно и с огоньком.
После обеда довольные собой и друг другом они, наконец, объединялись в одну дружную семью, чтобы весело завершить день, и шли загорать, купаться, осваивали местные ресторанчики и гуляли, гуляли, гуляли...
Никогда ещё Вовчик не чувствовал себя таким счастливым. Живая Маринка шла рядом, держала его за руку и улыбалась своей невозможной улыбкой. И от этой улыбки у Вовчика за грудиной как будто становилось щекотно, а в горле набухал комок, который невозможно было сглотнуть. И хотелось схватить Маринку в охапку и прижимать к себе... крепко-крепко...
И чтобы с другого бока своими маленькими ручонками его обнимала Алиска. Или, может быть, вскарабкалась и повисла бы у него на шее, и сопела бы в ухо, и шептала бы свои девчачьи глупости.
На "Л" — любовь, на "С" — счастье...
Но тут вдруг Вовчик обнаружил эту нелепую слежку. Как в настоящем кино про шпионов. Да ещё приглядевшись, Вовчик заметил в руке у мужика небольшой бинокль. Что за чёрт?!!!
Красавчик, увидев, что его присутствие раскрыто, оторвался от шезлонга и лениво натянул джинсы. Затем, забросив на плечо футболку, он танцующей походкой, нарочито медленно двинулся в их сторону.
Вовчик напрягся. Незнакомец демонстративно прошагал мимо него, туда, где как раз выходили на берег Маринка и Алиса.
Позабыв про горячий песок, Вовчик кинулся следом. Издалека он заметил, как побледнела Маринка, и как при виде огорчённой матери одним мазком стёрлась улыбка с Алискиного лица.
В три шага он догнал мужика и рванул его за плечо:
— Эй, тебе чего? — заорал Вовчик, но тот даже головы не повернул.
— Здравствуй, дорогая! — перегородил он дорогу Маринке.
Маринка секунду помолчала, как бы раздумывая, а стоит ли отвечать, но всё же ответила:
— Здравствуй, Юрис!
А потом, взяв Алису за руку, аккуратно обошла красавчика сбоку и встала позади Вовчика.
"Юрис! Ну, конечно, Юрис! Как же я сразу не допёр! Вот ты, значит, какой!" — мелькнуло у Вовчика в голове.
До сих пор над Алискиным происхождением он не задумывался. В её свидетельстве о рождении почётное место отца было забито пунктиром. Вовчик видел это своими глазами. Но ещё он хорошо помнил, что в её личном деле в детском саду было написано: "Вациетис Юрис Эйженович, других сведений об отце не имею".
Между тем, незнакомец всё-таки развернулся к Вовчику и, не сомневаясь в своём превосходстве, попытался отодвинуть его в сторону.
— Слышь, мужик! Пойди, погуляй, а?! А я тут с девушкой немного пообщаюсь...
Вовчик ошеломлённо посмотрел на собеседника.
— Ты что? В детстве "Бригаду" пересмотрел? — поинтересовался он и добавил: — Это, вообще-то, моя жена! Ты мне ещё сотку в карман засунь, придурок.
— Я понял! Понял, что ты важный, мужик! Но я же нормально прошу, пойди погуляй, а?! Марина! Ну, скажи ты ему! Ну, на два слова! Меня, ведь, собственно интересует только вот эта Кнопка.
Красавчик присел на корточки перед Алисой и спросил:
— Слышь, Кнопка! Тебе сколько лет? Пять? Наверняка, пять, да? Ведь правильно?
Он снова встал в полный рост и опять попытался сдвинуть Вовчика в сторону.
—Это что же получается, Марина? Я тебе тогда денег дал, а ты меня не послушалась? И ничего мне не сказала?
Вовчик успокаивающе приобнял Маринку за плечи, но, как будто забыв про Вовчика, она резко вздёрнула подбородок и заговорила хрипло и очень тихо:
— Я бы, конечно, сказала тебе, Юрис. Обязательно сказала. Тем более, что деньги твои, Юрис, так и лежат у меня в тумбочке. Я к ним даже не прикоснулась.
Маринка перевела дыхание и продолжила:
— Но, если ты помнишь, Юрис, ты тогда уехал. Уехал и больше не вернулся. И адреса не оставил. И телефон заблокировал. Так что, мне некому было сказать, что у тебя теперь есть дочь, Юрис. Впрочем, что это я?
Маринка удивлённо замолчала, а потом поправилась:
— У меня теперь есть дочь! У меня!
— У нас! — вдруг неожиданно для себя перебил её Вовчик.
— Что? — вздрогнула Маринка.
— У нас! У нас есть дочь! — поправил её Вовчик и взглянув на красавчика, поразился его внезапной перемене.
Фактурное ещё мгновение назад лицо пожухло, словно осенний лист, скулы оплыли, глаза потускнели и сделались подслеповато-прозрачными, как у рыбы. Тело отяжелело и обрюзгло, а брендовые шмотки утратили рекламный лоск.
"Господи, а ведь он мне показался таким красивым!" — изумлённо подумал Вовчик.
— Пап! — звонко раздалось за спиной, — А "коз€л" на какую букву начинается? На "К" или на "Ю"?
Вовчик обернулся. Алиска уже переодела мокрый купальник и вытряхнула от песка покрывало. Кое-как запихнув все шмотки в старый Маринкин рюкзачок, она сидела на нём, вытянув тощие ножонки с ободранными коленками, и физиономия её светилась прежней лукавой улыбкой.
— Так на какую, пап? На "К" или на "Ю"?
— Теоретически, Алиса, слово "коз€л" начинается на букву "К", а практически оно может начинаться на любую букву алфавита. Ну, ты же сама только что убедилась, — ответил ей Вовчик и весело подмигнул.
© Окунева Ирина
Это уже вторая история про Алису и Вовчика. О том, как всё начиналось, можно прочитать в рассказе "Кнопка". И есть продолжение: "Глобус — оружие справедливости".
Жду ваших комментариев, друзья! И не забывайте нажать на весёлую варежку.
А кому понравилось — добро пожаловать на канал!
Здесь разные истории про жизнь и за жизнь. Иногда про меня, иногда про кого-то ещё. Заходите, знакомьтесь, не стесняйтесь!
Пост-знакомство вот.