Нас, 8-летних согнали тогда в актовый зал и включили «мультик».
Забыть это невозможно. «Босоногий Гэн» — один из самых жестоких антивоенных фильмов, который мне пришлось пережить. Не посмотреть, а именно пережить. Гвоздь в мягкое детское темечко — он стал причиной моих многолетних кошмаров.
Кому нужна была та сермяжная правда? Чего хотели тогда взрослые? Конечно, они хотели дать нам, детям, понять, как разрушительна война. Но на самом деле, мы усвоили, как ужасны страдания людей, не имеющих возможности повлиять на ход событий. Так или иначе, каждую ночь после того стресса я кричала во сне.
Спас меня тогда папа. Выспросив и выслушав мой рваный рассказ о том, как я боюсь ядерной войны, он присвистнул и сказал: «Тююю! Ты что, не знаешь, что над нашей страной есть невидимая сетка?! Любая ракета, которая ее коснется, отпружинит и по специальной траектории полетит обратно!». Эта фантазия и стала моей опорой. Всхлипнув еще пару раз, плакать я перестала. Но страх войны остался навсегда.
«Не война же!» — говорила мама, когда я разбивала тарелку.
«Не война!» — махала рукой она же, когда однажды в мае я не сдала зачет по музыке.
«Не война!» — шептала я, размазывая слезы по щекам после того, как упала в лужу в новом белом фартуке.
Шаг за шагом ко мне пришло понимание, что в жизни вообще нет ничего страшного, если над головой мирное небо и по утрам поют птицы.
Родители нас воспитывали без бабушек, и когда они ходили в «поздние» гости, пристраивать нас было не к кому. Мне 8, брату 6 — вполне обоснованно, они в нас верили и оставляли одних. Телефона у нас тогда не было совсем никакого. Кстати, брату было вообще все равно! По нему можно было сверять часы: ровно в 21.00 он засыпал даже на кубиках. Я же, сова по рождению, с наступлением темноты теряла способность спать и становилась гиперчувствительной к звукам и шорохам. Кроме того, обострялась моя неявная на тот момент клаустрофобия. Страшно было — жуть. Но «не война же»!
Спасалась я тем, что смотрела на светящиеся окна в доме напротив. Они были похожи на созвездия. Я мысленно составляла из них мозаичные изображения, давала им названия, представляла, как там живут люди. И загадывала, что родители непременно вернутся до того, как погаснет последнее окно. И это срабатывало! Обязательно оставались незатухающие окна, благодаря которым я держалась на плаву. И родители всегда успевали вернуться.
Но в тот раз что-то пошло не по моему плану. В один из таких вечеров, дом напротив неожиданно погрузился во тьму. То ли это было воскресенье, и все жители разом решили выспаться перед рабочей неделей, то ли просто отключили электричество, но мой мозг не переварил происходящего и включил сирену. Сейчас я понимаю, что это была самая настоящая паническая атака. Безопасная для жизни, но бесконечно мучительная для человека.
Я металась по квартире как обезумевшая пантера, пока мой взгляд не зацепился за одинокое окно с противоположной стороны нашего дома. Вот же!!! Это был залог того, что родители живы и просто еще не настало время вернуться домой. Так мы и провели пару часов: Я смотрела на окно, а оно смотрело на меня. Это было окно школьного туалета. Но какое это имеет значение, если оно стало моей опорой. Опора — вот что нужно искать сейчас нам и помочь не потерять нашим детям. Где найти ее?
Есть любопытная история о том, как во время Ливано-Израильской войны, был проведен эксперимент. Его назвали «Международный проект мира на ближнем Востоке». Специально обученных людей забрасывали в места, наиболее страдавшие от военных действий. Их задачей было — создавать мир внутри себя, и пребывать в этом долгое время. Как по волшебству, военная ситуация смягчалась, конфликты затихали, потери уменьшались. И все это ровно до тех пор, пока миротворцы удерживали состояние мира внутри себя. Как только они его теряли, все возвращалось на прежний уровень.
По результатам исследования якобы стало очевидным, что для того, чтобы как-то сохранять мир на земле, нужно, чтобы в подобном миротворческом состоянии находилось примерно 10 тысяч человек. Всего! 10! Тысяч! И чем таких людей больше — тем быстрее наступает оздоровительный эффект.
Я это к тому, что, возможно, лучшее, что можем сейчас сделать мы для восстановления мира и сохранения психического здоровья наших детей — это держать мир внутри себя.
❕Дышите. Техники доступны и в моем аккаунте, и в любом другом психологическом источнике.
❕Двигайтесь. Бегайте! Танцуйте! Рио Абьерто всего за час снижает тревогу.
❕Пойте. В одиночестве и вместе. Лучше хором.
❕Минимизируйте новости, если вы не имеете прямого отношения к происходящим событиям.
❕ Обернитесь, когда обсуждаете последние тревожные происшествия. Рядом могут находиться дети. Даже если вы их не видите — они все слышат.
❕Очень аккуратно разговаривайте с детьми, если они задают вопросы или встревожены. По существу, без эмоциональных вспышек. Так же, как в вопросах о том, откуда берутся дети: не утрируйте, не нагнетайте. «Да, ситуация нестандартная, но войны никто не хочет, все стараются. Будь спокоен, мы с тобой, мы тебя защитим в любом случае».
❕Пересмотрите фильм «Жизнь прекрасна». Дети воспринимают происходящее через призму нашего понимания. Дорогие родители, имейте мужество быть взрослыми в этой ситуации. У вас столько инструментов, чтобы справиться с тревогой! Интеллект, спорт, семья, природа, медитация, молитва, психолог в конце концов.
❕Идите в сторону страха с ребенком. Говорите, что то, что он чувствует — это нормально. Что со временем это пройдет.
❕Сохраняйте неизменными ритуалы и традиции мирной жизни.
❕Придерживайтесь режима, много гуляйте.
❕Обнимайте детей чаще, чем когда-либо.
Укладывайте, подтыкайте одеяло, читайте им на ночь.
Такой соблазн разделить этот шок со всеми, в том числе с детьми. Но именно сейчас нам, взрослым, надо пощадить маленьких людей. Максимально сохранить им психику и понимание, что мы — их опора. И на нас можно надеяться.
Мой телеграм-канал: кабинет психолога
Автор: Юсупова Валерия Сергеевна
Психолог, Консультант
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru