Сегодня проснулась и сразу, в кровати, продолжила писать утренние заметки. А потом подключилась к уроку по писательскому мастерству.
Не смотря на то, что после таких занятий, у нас - желающих научиться писать, по задумке, должно появляться больше уверенности в себе, у меня, наоборот, появилось чувство, которое можно описать, как «О, Боже мой! Что я тут делаю!»- Короче, жуткая паника и страх, что ничегошеньки у меня не получится и вообще я зря всё это затеяла. Но это как во время беременности - бойся-не бойся, а уже ничего не поделать, назад не рассосётся!
Вот и сейчас - поздно уже отступать. Надо двигаться дальше и проходить обучение. Даже если я не стану писателем, а я точно не стану писателем за два месяца, зато я смогу понять всю «кухню» написания и издания книги, познакомлюсь с интересными людьми, получу кучу полезной информации, которую смогу применять в Лит.Клубе, почувствую себя на месте писателей, которых мы каждый месяц обсуждаем. Проще говоря, проведу время с пользой для себя и окружающих и это самое главное.
Что ж, мне почти удалось уговорить себя не паниковать, но для закрепления эффекта, желательно было сменить вид активности с интеллектуальной на физическую и я решила, что давно пора постирать занавески, ведь они все потемнели и заскорузли от густой собачей слюны.
У нас, так называемые, французские окна и наш замечательный четвероногий друг обожает рассматривать окрестности, прижав свой нос к стеклу и стряхивая слюни на мою многострадальную тюль. Благодаря Каштану, ещё чуть-чуть и я стану образцовой турецкой домохозяйкой! При чем здесь наш пёс? - да если бы не он, то мне в голову не пришло бы стирать тюль и занавеси так часто. А по местным традициям, примерным турецким хозяюшкам положено стирать тюль каждый месяц! Вот и получается, что только благодаря нашему хвостатому члену семьи я смогла соответствовать строгим местным стандартам.
На улице опять солнечно, но довольно холодно, градусов двенадцать. Облака, как огромные белоснежные каравеллы, неспешно плывут куда-то по своим делам и смотрят на нас свысока из своей небесной беспредельности. Будто, спросить хотят: «Эй, люди! Чего мельтешите-то, куда бежите? То, что там, на земле, кажется вам таким важным и значимым, отсюда, из поднебесного мира, выглядит мелким и незначительным!» - Что ж, облака, я с вами полностью согласна. Вы - выше наших проблем. Но и у нас здесь, на земле, есть несомненное преимущество, например, мы можем смотреть вверх и любоваться вами, ну, а вы вынуждены всегда смотреть только вниз, на нас. Мысленно «побеседовав» так с облаками, я сняла тюль и отправила её прямиком в стиральную машину.
Каштан был просто в полном восторге от моей затеи с окнами. Ведь я сняла ненавистное нечто, что вечно ему мешало, и жизнь уличных собак и овец, наконец-то, предстала перед ним вся, без помех, как на ладони. Каштан тут же воспользовался моментом и начал зорко оглядывать окрестности с целью найти достойный объект для облаивания, попутно размазывая носом слюни по свежевымытым стёклам, за что был тут же выдворен из дома на улицу. Что ничуть его не смутило, а лишь ещё больше обрадовало и он начал весело носится туда-сюда, щедро выплёскивая переполнявшую его энергию на забор, цветы, калитку, траву и деревья.
Я же наслаждалась , сквозь помытые окна, созерцанием неспешности дня.
Сегодня был отчётливо виден мой волшебный остров. Он, как кот, вальяжно растянулся на горизонте и поджидал там, плывущие к нему с грузом несбыточных фантазий и больших надежд от неисправимых мечтателей, облака-каравеллы, чтобы, приняв их в свои гавани, затем сразу исчезнуть в лучших традициях котов из Чешира.
Зная за ним эту привычку я, пользуясь моментом, старалась, как можно лучше, его рассмотреть.
Вечером, после ужина и проведённого урока, я сидела с мужем и наслаждаясь тишиной ( Каштан, вдоволь набегавшийся за день, спал без задних лап) и пыталась сформулировать основную сюжетную линию, тему книги, которую хочу ( Ааааа! Неужели правда хочу??? - Да! Точно хочу!) написать. Я сама в шоке от своей смелости! Неужели у меня получится?
А вы как думаете?