4 недели в доме конунга стоял пряный и вязкий запах магии. Лисица отпаивала больных зельями, окуривала их травами, жгла черные свечи у порога их комнат. Первой пошла на поправку мать Ингвара, Хольдига. Несмотря на свое звучное, резкое имя, она оказалась женщиной тихой и скромной. Когда пелена безумия спала с ее глаз, они показались Лисице добрыми и хитрыми. Хольдига охотно говорила с ведьмой. Казалось, зелье Лисицы сломало в ней плотину молчания, Ингвар не узнавал мать. Никогда при нем она не предавалась воспоминаниям - о его детстве, о брате, об отце, о своей молодости, о любви… Жена конунга Сигильда проявила к ведьме меньшую дружелюбность. Точнее, совсем не проявляла. Характер у нее всегда был крутой. Те недели, что она провела в безумии, напрочь изгладились из ее памяти. Поэтому, немного придя в себя, она стала сопротивляться ведьме. Пришлось привязывать ее кожаными ремнями к кровати. «Твоя ведьма хочет избавиться от меня, - бросала Сигильда мужу в лицо, - зачем ты позволяеш
