Как и всякий курорт, Терскол начинается постепенно. На полтора десятка километров от Тегенекли лес вдоль дороги скрывает десятки гостиниц и пансионатов с контингентом от богачей до сталкеров. За деревьями мелькают то модные фасады из дерева и стекла, то советский бетон с бесконечными рядами окон; голые стены то заброшек, то строек.
Где-то в километре от Терскола налево уходит дорога к поляне Чегет, а за пару сотен метров до въезда в посёлок можно по лужам и ухабам свернуть к самой высокогорной в России пятиэтажке (которая в сезон превращается в неофициальный апарт-отель) и гостинице "Терскол", где мы с Наташей остановились в сентябре отмечать мой день рождения.
Сам Терскол же встречает своим "градообразующим предприятием" - раскинувшейся натурально на половину посёлка базой спортивного туризма ЦСКА, основанной в 1935 году как Школа инструкторов альпинизма Красной Армии. За двойным сетчатым забором - деревянный (!) въездной знак советской эпохи и современный (2017) памятник военным альпинистам:
Наверное, в 1935-й и можно считать годом основания Терскола. Прежде тут стоял небольшой хутор Кочкаровский (по фамилии местного рода Баксанского горного общества), опустевший в 1944 году с депортацией балкарцев.
Реабилитированные в 1957-м, лишь немногие балкарцы вернулись в родные горы - большинство предпочли обосноваться в предгорьях или хотя бы на просторных участках долин. В нынешнем Терсколе балкарцы составляют 3/4 жителей (остальные - русские, кабардинцы и целых 5% "прочих"), но вряд ли потомки Кочкаровых среди них большинство.
Терскол с самого начала развивался как горный фронтир советского образа жизни. Тем более своим сочетанием отваги и ответственности альпинист был подозрительно похож на воина, на революционера, словом - в горном хобби власти раннего СССР видели эффективный способ поставить поиск кадров на поток. И уже в 1930-х годах активно вкладывались в альпинистскую инфраструктуру:
Ну а разжав кулак в 1960-е годы, Советы вдруг увидели, что имеют в горах первоклассный для своей эпохи курорт, совсем как у капиталистов в Швейцарии. К альплагерям добавились гостиницы и пансионаты, к категорийным маршрутам - горнолыжные трассы и канатные дороги, а к героям поднебесной Битвы за Эльбрус - Юрий Визбор и Владимир Высоцкий.
Наконец, по схеме "теза + антитеза = синтез" в постсоветскую эпоху вся эта романтика приобрела ещё и национальный оттенок: всё же и первым на высшую точку России взошёл балкарец-проводник Ахья Соттаев в 1874 году, и альпинистов среди балкарцев немало для относительно небольшого (125 тыс. чел.) народа.
Неформальным ДК Альпинистов в Терсколе можно считать кафе "Купол", которое держит Абдул-Халим Ольмезов, Президент федерации Альпинизма и Скалолазания Кабардино-Балкарской Республики, за свою жизнь две сотни раз ходивший на Эльбрус и дважды на Эверест.
На самом видном месте под куполом - его "Золотой ледоруб", ежегодная награда для лучших из альпинистов. В международном виде он вручается с 1992 года, и россияне получали его в 1998 и 2005 (единственными), 2013 (вместе с ещё 5 командами), 2015 (одни из 3) и 2017 (из двух) за восхождения в Гималаях. В 2007 был учреждён отдельный "Золотой ледоруб России" с упором не столько на личные достижения, сколько на популяризацию альпинизма, и Ольмезов получил его в 2009-м году.
Видимо примерно с тех времён "Купол" стал тем местом, где альпинисты, спустившись, отогревшись и отмывшись, отмечают успешные восхождения:
"Неизвестная Россия" устраивает здесь обед между спуском с Эльбруса и подъёмом на Чегет, но и вновь добравшись в Терскол, обедать мы с Наташей пошли в "Купол". Даже "если мяса с ножа ты не съел ни куска", тут отличная балкарская кухня и потолок впечатляет ассортиментом флагов:
Как на забор одной из окрестных гостиниц попадают лыжи - история умалчивает. Горнолыжное Приэльбрусье - это не сам Терскол, а примыкающие к нему с разных сторон Чегет и Азау. Однако и тут на заднем плане виден бугельный подъёмник небольшой трассы:
Практически напротив "Купола" - белый воинский обелиск, поставленный в 2016 году над могилой красноармейской роты Гургена Григорьянца, погибшей в боях с "эдельвейсами" страшной зимой 1943 года. Битва за Эльбрус шла на высотах и кручах, недосягаемых ни для кого, кроме горных стрелков, а потому спонтанные братские могилы находят на откосах и в безднах даже почти век спустя. Вероятно, на это намекает расположение обелиска - ни в мае, ни в сентябре я так и не нашёл к нему подхода.
Поездка сюда и обед в "Куполе" входит в программу классического майского выезда "Неизвестной России". Куда меньше вероятность попасть на непогоду в августовом выезде по Кабардино-Балкарии.