Годы пронеслись быстро. Лика перешла в категорию интерна и устроилась работать в больницу. Её с удовольствием приняли сюда на работу, потому что и оценки у неё в дипломе были высокие, и практика на высоте. Её отрекомендовали в институте, как перспективного специалиста, а такие сейчас, да и всегда были, на вес золота.
В этой самой больнице Лика впервые в жизни влюбилась. Это был заведующий хирургическим отделением, в котором она работала. Как ни странно, это был молодой доктор. Лика удивлялась, как такой молодой смог быстро сделать карьеру.
начало истории:
- Наш Кирилл Викторович – гений хирургии, все это знают, – шёпотом сообщила ей санитарка Леночка.
В процессе работы Лика не раз потом убеждалась в правоте этих слов. Кирилл Викторович, действительно, был гением. Он делал сложные операции настолько успешно, что слава о его умениях давно разошлась по всей стране. Со всех концов России к нему съезжались пациенты, и все они хотели попасть в его талантливые руки.
Как-то раз дежурство Кирилла совпало с дежурством Лики. Все плановые операции были сделаны, они вдвоём сидели в ординаторской, пили чай с конфетами и мило беседовали. Вдруг их срочно вызвали в приёмный покой.
В больницу на Скорой привезли женщину с автомобильной аварии. У неё были множественные переломы, но все они были совместимы с жизнью.
- Я чувствую, что умру здесь, – бормотала она.
- Не волнуйтесь, из-за своих переломов Вы точно не умрёте, так что держитесь, сейчас сделаем Вам обезболивание, и наш замечательный доктор начнёт Вас потихоньку собирать, – подбодрила её Лика.
По документам, да и по своему внешнему виду пострадавшая оказалась цыганкой. Лика помнила, как с ней обошлась цыганка на рынке и рассказ бабушки про колечко с изумрудами, которое забрала себе другая цыганка.
Ощущение неприязни к этой женщине возникло у неё в душе. Но Лика взяла себя в руки и не позволила чувствам взять над сбой верх, чётко зная, что она – медицинский работник, будущий врач, а для медиков не существует ни гражданств, ни национальностей. «Я давала клятву Гиппократа, что буду помогать людям, а цыгане – тоже люди, значит, я должна закрыть глаза на все свои обиды и честно выполнять свою работу», – подумала она.
Тем временем, цыганка продолжала бормотать. Лика не понимала, то ли это бормотание было чем-то наподобие бреда на почве пережитого стресса, то ли их ночной пациентки это было нормальным состоянием.
- Мне всего один раз в жизни гадали, это была моя сестра, опытная гадалка, гораздо опытнее, чем я, – слышалось с каталки, которую толкала вперёд Лика, – Она сказала, что должна искупить грех нашей семьи через кольцо, которое спасёт жизнь белому ребёнку и, что я умру в тот день, когда сломаются мои кости.
- Про кольцо я ничего не скажу, а кости Ваши мы точно починим, не нервничайте, – попыталась успокоить её Лика и вдруг заметила колечко на пальце цыганки, – А колечко надо было в процедурной снять, как это девочки проглядели.
Цыганка вдруг сорвала со своего пальца это кольцо и, резко откинув руку назад, почти крикнула: - Забери, красавица, потом отдашь, если я выживу!
Лика машинально забрала колечко, быстро убрав его в карман халата. Нужно было уже спешить, Кирилл, похоже, ждал в операционной. Для него это происшествие было обычной работой, хотелось побыстрее всё сделать и ещё успеть поспать до утра.
Лика ловко сделала все необходимые манипуляции. Сегодня она была не просто интерном, а работала за процедурную медсестру. В больнице в этот момент не хватало персонала, и ей предложили подработку. Девушка легко справлялась с обязанностями процедурной сестры.
Но, видимо, не судьба была сегодня доктору поспать, потому что цыганка всё-таки умерла, даже не добравшись до операционного стола. Не переломы, а оторвавшийся тромб был тому причиной.
Женщину уже положили в операционной на стол. Доктор был готов начать зашивать порезы и накладывать гипс на сломанные кости. Вдруг цыганка выгнулась и скорчилась от боли.
- А-а-а-а! Больно! – закричала она. Медики засуетились вокруг неё, спрашивая, что, да как, но женщина только стонала. Всё произошло внезапно. Как-то получилось, что цыганка приподнялась и оказалась лицом к лицу с Ликой.
- Я сейчас умру? – спросила цыганка.
- Н… нет, – ответила Лика. А что она могла сказать? Во-первых, Лика и сама не понимала, что происходит, во-вторых, ну нельзя, невозможно было заставить себя сказать в тот момент правду, хоть Лика уже знала, что женщина умирает.
Что повлияло на тромб цыганки, почему он оторвался, никто не говорил. Как и обычно, врачи давали расплывчатые объяснения её многочисленным родственникам, подоспевшим позже. Цыгане особо не удивились смерти своей соплеменницы, ведь все они знали о том, что нагадала ей когда-то сестра. Кости были сломаны, после этого пришла смерть, как и был предсказано.
продолжение: