Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Виктория Новак

Почему мы на самом деле боимся радоваться?

Этот страх надо соотносить со страхом зависти. Если нет страха зависти (а точно нет?), то мы боимся радоваться, чтобы ни в коем случае не оторваться от семейных устоев, где не было принято радоваться, «а то что-то случится плохое». Мы как бы ожидаем божественной кары, хотя на самом деле не хотим причинять боль своей радостью родителям. «Чувство вины перед родителями (родственниками) за то, что я не такой» - вот, что не дает нам почувствовать радость. Уже на подступах к ней, когда случается что-то хорошее, одновременно с удовлетворением поднимается тревога. «Как так, никогда хорошо не жили, нечего и начинать». Из этого убеждения вычеркнуть родителей не получится, хотя человек может искренне думать, что он «небесной» кары страшится. Бывает и мысленная цепочка, очень отдаленная от детства. Например, женщина встречается с мужчиной, очень в него влюбляется. Но потом он ей, к примеру, изменяет и она решает быть «стервой». А это значит ничего на сердце не брать. Она отказывается от эмоций, же

Этот страх надо соотносить со страхом зависти.

Если нет страха зависти (а точно нет?), то мы боимся радоваться, чтобы ни в коем случае не оторваться от семейных устоев, где не было принято радоваться, «а то что-то случится плохое». Мы как бы ожидаем божественной кары, хотя на самом деле не хотим причинять боль своей радостью родителям.

«Чувство вины перед родителями (родственниками) за то, что я не такой» - вот, что не дает нам почувствовать радость. Уже на подступах к ней, когда случается что-то хорошее, одновременно с удовлетворением поднимается тревога. «Как так, никогда хорошо не жили, нечего и начинать».

Из этого убеждения вычеркнуть родителей не получится, хотя человек может искренне думать, что он «небесной» кары страшится.

Бывает и мысленная цепочка, очень отдаленная от детства.

Например, женщина встречается с мужчиной, очень в него влюбляется. Но потом он ей, к примеру, изменяет и она решает быть «стервой». А это значит ничего на сердце не брать. Она отказывается от эмоций, желая унять боль. Но у нас так не бывает, чтобы мы отключили одни эмоции, а другие остались. Т.е. «я злиться не буду, буду только гордиться собой». Так не выйдет: если мы отключаем чувства, они отключаются все. И радость из жизни тоже уходит.

Либо с молодым человеком случилось что-то хорошее, например, повышение; он шел домой и опрометчиво наступил на крышку незакрытого люка. Итог: перелом ноги и убеждение «когда радуешься, можешь допустить ужасную ошибку».

Но не бывает дыма без огня. Ведь в тех же обстоятельствах можно выносить иные решения, но наши «примеры» выбрали перестать радоваться. Почему? Потому что в глубине души они уже предвосхищали, что радость – не для них.

В этой парадигме они могут СОЗДАВАТЬ себе ситуации, чтобы ни одна белая полоса в жизни не длилась, например, больше полугода. А как же черная полоса? Чем больше у них хорошего, тем острее тревога от того, насколько же плохим(!) будет поджидающее будущее? И им уже не хочется радоваться успехам, а хочется, чтобы привычное плохое случилось пораньше. Ибо сколько уже можно ждать, ожидание хуже самого события…

Так, девушка, желающая влюбиться, будет держать в голове мысль «ну не может же все быть хорошо, значит, рано или поздно он проявит себя во всей красе». Она ведет себя так, словно ее скоро обманут или сама в отношениях только одной ногой. Не обязательно «выносит мозг», но может стать и приторно удобной, неискренней, ненастоящей, а приторно удобная, неискренняя и ненастоящая девушка перестает привлекать парня. Вот и получается «сама накликала». Только она сама накликала не потому, что думала, что «что-то не то», а потому что готовилась к этому, либо не позволяла этому происходить. В общем, слишком много энергии вкладывала в одну из вероятностей развития отношений. Она в это будущее чаще смотрела.

А молодой человек мог подходить к повышению с позиции «потом хоть трава не расти!». Чувствуете? Он тоже вложил избыточный потенциал в одно единственное событие. Но плохо не это. Плохо то, что он дает внутреннее дозволение случиться чему угодно после этого.

Это не значит, что каждый несчастный случай происходит по нашей вине, но зачастую можно предусмотреть механизмы, какими человек приманивает для себя плохое. Это не позиция «со мной ничего плохо не может произойти». А позиция «отстань от меня, реальность, делай, что хочешь». Или «я заранее все знаю, тебе меня не удивить».

Страх зависти при страхе радости исходит из злости, страха или вины. Да, у человека все чувства перемешаны, но все же одно превалирует.

Основой для этой гремучей смеси может быть далеко НЕ приверженность семье, но и наоборот, скрытое, не нашедшее удовлетворение отвержение. Так происходит, когда человек был жертвой тяжелых обстоятельств, в которых ему приходилось терпеть. И чем меньше его чувства злости и ярости находили выход, тем больший импульс отомстить остался. А, известно, нет лучшего способа отомстить родителям, чем стать тотально несчастным. Разумеется, это не так. Однако если человек долго был жертвой (может быть, сначала родителей, потом кого-то еще), то ему как будто доступен только такой способ.

Когда человек боится зависти, его мысли относительно других людей паранойяльные. Во-первых, он думает, что многим людям на него не наплевать, а они непременно к нему как-то относятся. Во-вторых, он думает, люди не могут относиться по доброму и мудрому, а только злословят. И тогда, естественно, в его голове складывается картинка, где «нужно сидеть и не рыпаться, а то покусают». Возможный успех здесь так же приносит больше страха, чем предвкушения.

Интересным бывает сочетание страха зависти и чувства вины. Потому что случается так, что паранойяльные мысли не настоящие, а маскируют невыносимое чувство вины. Как если бы человек уже с рождения виноват и его это чувство достало до безмеры, но избавиться от него он не может. И чтобы его себе как-то компенсировать, начинает очернять людей: «если они такие, то перед ними не обязательно испытывать вину».

В таком случае, как правило, к людям злость подавлена, а переживается в основном страх и основанное на нем отвращение. Повторюсь: те люди, от которых ожидается зависть, не вызывают злость, к ним ощущается «не знаю, почему, но просто не хочу общаться».

Вернуть в жизнь радость можно только через работу над сепарацией, заново проходя неразрешенные для себя чувства.

Однако на данный момент времени многое может дать осознание и принятие, что «я заслужил то, что у меня есть». Поэтому стоит начать с того, чтобы вдумчиво и честно подсчитать, «сколько я сделал (в том числе с собой) и скольким пожертвовал ради настоящего». У каждого, я уверяю, напишется целый лист того, что вы вложили. И чем больше вы времени потратите, тем больше вам удастся вспомнить и признать.

Вот, скольким вы уже расплатились за то, что у вас есть.

Но, разумеется, не все в вашей жизни зависело от вас. Когда мы можем признать, что нам есть, кого и что благодарить, наше чувство вины и страха тоже становится меньше. Однако признать мало, надо еще и сделать над собой усилие, чтобы благодарить.

Если есть какая-то благодарность, которая не бьет по вашей личности и кошельку, можно ее сделать. Только не надо одним поступком брать на себя обязанность быть щедрым сверх ваших возможностей и сверх того, что вы сами себе даете.

Благодарность – это не оплата за услугу. Это проявление души тогда, когда вы признаете, что человек дал что-то вашей душе (широте вашей личности, если угодно). Может, он вам даже денег дал, но это было так вовремя и дал по-доброму, что его поступок отразился глубоко.

А за такие дары никаких денег не хватит, чтобы отблагодарить сполна. Так что придется признать, что расплатиться за них ответной услугой вы уже не сможете. И просто взять как подарок. С благодарностью.

-2

Ставьте лайк. Вам не сложно, а мне приятно.

Запись на консультацию по WhatsApp или Telegram +7 967 445 80 60