Так мало помню из вчерашней жизни. Детали, только мелкие детали: двуликих колдунов на зимней тризне, красивые узоры на металле. Ещё я помню, как играли скрипки, как я уснул, как замигали лампы. Потом проснулся — тело было гибким, и вместо ног образовались лапы. Когда я стал зеленоглазым зверем, то попросил убежища у нагов. Они сказали: мы тебе не верим. Тьма разнородна, свет неодинаков. Возможно, ты не смерть, но что-то вроде. Возможно, ты не жизнь, а так, насмешка.
Ты чучело, твой дом на огороде — проваливай, не вздрагивай, не мешкай. Пускай овраги заметает снегом, дожди пускай — не вашим и не нашим. Ты никогда не звался человеком, но не был и волшебным персонажем. Не порыбачил с пристани на Корфу, седым канадцам не попался в сети.
Ещё к торговцу постучал. И к дворфу. Нигде не поучаствовал в беседе. Не пригласили в барские хоромы, не дали отдохнуть и оглядеться. Когда я стал золотоглазым громом, меня и обнаружили индейцы: хей, скво, зови шаманов и старейшин. Великий Зверь вернулся. Вот удача. Великий Зверь, как океан, безбрежен, за что его и ценим, не иначе. Поведай, чужеземец, чужестранец, кого ты ищешь? Ищешь ли кого-то? Я в городе, построенном ветрами, работаю теперь экскурсоводом, служителем большого непокоя, держателем счастливого билета. Сюда приходят разные изгои, сюда приходят лучшие поэты.
Пусть будет далека твоя дорога, я буду рядом, небо терпеливо.
И вон твой Бог, и вон его пирога курсирует по лунному заливу, рябит волной вселенская кулиса. Ты вспомнишь обо мне, не зная толком, когда ты станешь синеглазым лисом, когда ты станешь сероглазым волком.
Стих: Наталья Захарцева (Резная Свирель)
Арт: Ирина Абуталипова