В Ставрово я приехал на бомбиле, которого зовут Гусейн. Поселок крупный, но все друг друга знают и водителя называли на ты. Само Ставрово производит впечатление места, которое когда-то чем-то было. Я шел и думал о том, что когда-то здесь жил мой прадед Владимир Иванович Холодов, а также его родители. Пытался представить, как это могло быть когда-то давно.
Ставрово стоит на реке Колокше. До революции село выглядело гораздо лучше. Не было этих зарослей, из-за которых не видно ни реку, ни дома. Берега были ухоженные и аккуратные. На старых фото село напоминало небольшой городишко на Диком западе. Даже таверна была.
Несколько промышленных предприятий не делают это местечко богатым сегодня. Повсюду ощущается тоска и запустение, низкий темп жизни.
Я пообщался примерно с семью человеками на улице, чтобы узнать что-то про Холодовых, своих родственников и предков. На улице Октябрьская, как мне указала одна бабушка, стояло кирпичное пепелище. Раньше в этом доме жила, вероятно, моя тетя — Холодова Елена Ивановна. Она работала в детском саду, вела в Ставрово кружок вышивания.
Сейчас на ее участке кто-то паркует грузовые машины. Елена Ивановна умерла в девяностых, не будучи в ясном уме. Ей казалось, что с ней кто-то разговаривает по радио. Она была одинокой, ребенок вроде бы тоже умер.
Вдоль Октябрьской много сгоревших домов, которые не спешат сносить. Такими темпами улица превратится в окраину Соледара.
Больше всего меня поразил исторический центр. Там осталось много ценных зданий-памятников архитектуры, из которых можно было бы сделать целый дореволюционный квартал, привлекать туристов, проводить мероприятия. Чем-то сердце поселка напоминает Юрьев-Польский. Но беда в том, что большинство памятников просто в кошмарном состоянии.
Моя прапрабабушка Мария Акимовна Холодова (Решетова) играла в театре, который находился в "Народном доме". Называлось здание "Дом Акшеевых".
"До революции местная общественность арендовала это помещение для Народного дома, который был одновременно и театром, и читальней, и чайной. После революции это здание стало Ставровским домом культуры. Внутри был довольно приличный зал с балконами, украшенными лепниной. Здание было закрыто в самом начале этого века. Снести его не имеют права - исторический памятник. И реставрировать никто не собирается. Ждут, когда в руины превратится", — написал мне один человек из Ставрово.
Муж моей прабабушки Иван Яковлевич Холодов был в числе спонсоров этого театра. "Дом Акшеевых" стоит с заколоченными окнами и дверями. Часть окон разбита или открыта настежь. Штукатурка осыпается. Наверняка, внутри уже все погибло.
Рядом стоял другой памятник "Дом Логиновых", его снесли, и теперь там просто чудовищный забор. Никому в голову не приходит, что это уродует древнее русское село. Здесь же рядом фабрикантов Бажановых. Почти разрушен, заброшен.
Они построили в Ставрово ткацкую фабрику, затем перенесли ее в то место, которое потом назовут Лакинск. Двухэтажный особняк... из него можно было сделать музей, открыть здесь кофейню, читальню, что угодно. Мало в каком городе сохранилось столько исторических зданий. Куда вообще смотрят региональные власти?
Отдельное издевательство — названия улиц. Первомайская (старое - Крякуша) и Ленина (старое - Кургановская). Это лучшие улицы Ставрово, и они прозябают в разрухе и запущенности, как, впрочем, весь наш русский народ.
Дальше по Первомайской "Дом Любомудрова". Именно Любомудров до революции организовал театр, поставил пьесу Островского "Лес", в которой играла моя прабабушка. Конечно, здание представляет из себя полуруины.
Я побродил по эти развалинам и отправился к церкви. Около нее тоже неубранное пожарище. Старые дома залеплены пошлой рекламой. Кругом высокие сугробы. Торговый центр абсолютно не вписывается в атмосферу этого места. На церкви — объявление о сборе средств для СВО.
Я никак не мог добраться до старого кладбища, но все же постепенно нашел дорогу. Вскоре она превратилась в тропу.
О счастье, сразу с тропы я увидел знакомую фамилию — Холодова Елена Яковлевна, 1884-1976. Я добрался до нее, слегка порвал джинсы об ограду. Заборы стоят вплотную, снег глубокий. Лучше сюда ехать весной. Но шанс найти родню высок, на мой взгляд. Так я побродил по погосту и пошел на вокзал.
Елена Яковлевна — похоже, родная сестра Ивана Яковлевича Холодова, моего прапрадеда, мужа Марии Акимовны. Теперь я знаю, куда копать, чтобы больше о нем узнать.
Ранее в сериале: https://dzen.ru/media/id/5acb31677ddde8b690327ef6/holodova-elena-ivanovna-64026f8254cd5e5bf67ec270