Вчера, возвращаясь из Ташкента, жена приобрела в дьютике бутылку местного белого сухого вина, которая, по сохранившейся со времен удаляющейся молодости привычке, была сразу же внимательно изучена. Вино оказалось от семейной винодельни Uzumfermer, которая, на первый взгляд, является прелюбопытнейшим проектом. По трем причинам. Одна из которых напрямую связана с чаем, другая — связана с ним косвенно, ну а третья — не связана никак. Поэтому я коротко расскажу о ней в первую очередь.
Я сейчас почти не слежу специально за развитием винного рынка и винной культуры, мне просто не хватает времени. Но сложившиеся профессиональные и дружеские связи в винной тусовке позволяют мне хоть немного, но быть в курсе всего того, что происходит с вином в некоторых регионах. В первую очередь в России, в Средней Азии и в Андалусии, куда же без нее. Так вот. На мой дилетантский взгляд среднеазиатское виноделие переживает сейчас период, который совершенно спокойно можно назвать ренессансом. Как минимум в Казахстане и в Узбекистане уже вовсю работают винные проекты, выпускающие замечательные вина — с одной стороны, отлично вписывающиеся в современные винные вкусы, но с другой стороны, обладающие (при желании винодела, конечно) ярким региональным характером. Поэтому наблюдать за среднеазиатскими винными проектами очень интересно. Ну и поучительно, конечно — давайте не будем забывать, что в очень многих вопросах связанных с этикой и эстетикой потребления и продажи напитков именно вино создает тренды и тенденции. И некоторые винные решения можно портировать в чайную культуру. Хотя бы попытаться.
Вторая причина моего интереса к винодельне Uzumfermer состоит в том, что этот проект является ярчайшим примером доминирующей в Средней Азии маркетинговой парадигмы. Которая хоть и не совсем прямо, но влияет и на местные чайные рынки. За актуальными публикациями по маркетингу я тоже уже давно не слежу, поэтому почти уверен, что для этой парадигмы существует специальный и очень умный термин. Но я его не знаю, поэтому буду называть ее парадигмой «добавляющего маркетинга». В противовес доминирующей сейчас на Западе парадигме «исключающего маркетинга».
Тут, на самом деле, все очень просто. Если основной заманухой при продвижении товара является декларативное уменьшение его свойств, то это исключающий маркетинг. Чай без кофеина, без ГМО, органический (то есть выращенный с исключением всякой химии), без солей тяжелых металлов, без негативного влияния на экосистему, без лишних выбросов в атмосферу и без сурового угнетения рабочих на плантациях — все это примеры исключающего маркетинга.
Если же основной заманухой при продвижении товара является декларативное увеличение его свойств, то это добавляющий маркетинг. Чай с добавленными вкусами и ароматами, с витаминным комплексом, с высоким содержанием ГАМК, обогащенный катехинами, с травами и фруктами и все такое прочее — это примеры добавляющего маркетинга.
В реальной жизни и при продвижении конкретных товаров, конечно, используются оба подхода. Но на разных рынках делаются разные акценты. На западных — на исключение. Тут совсем недавно возникла новая тема — чуть-чуть ароматизированные воды. Не те, которые уже есть на рынке, у которых заметный лимонный или там ягодный вкус. А воды с следовой, так сказать, ароматизацией — когда формально в воду чай добавлен, но реально он там почти не ощущается. Трендом такие напитки пока не стали, но сам феномен очень показательный. И является отличным примером чая, из которого исключили вообще почти все.
В Средней Азии, насколько я могу судить, больше ценится подход, при котором в продукты чего-то щедро добавляют. Соки с дополнительными витаминами, количество которых уверенно приближается к десятку. Плов, в который положили много и всякого. Очень сладкая кондитерка. Чай, в который и молока плеснули, и масла положили, и специй насыпали. Ну просто потому что для хорошего человека не жалко.
Так вот, возвращаясь к винодельне под Ташкентом. Что такое среднестатистическое винное хозяйство, открытое для визитов, в Европе? Это виноградники и многофункциональный павильон, где можно получить небольшой комплекс услуг или устроить некоторое количество регламентированных активностей. Элегантную (читай — скромную) свадьбу. Дегустацию с легкими закусками. Фотографирование на фоне лозы и бочек. Ну и немного экскурсий. Я, конечно, чуток преувеличиваю — но смысл, я думаю, понятен. Западные винодельни тяготеют к лаконичности и эстетизируют сдержанность.
А в винном хозяйстве Uzumfermer есть (далее я цитирую сайт и игнорирую все, что относится к виноделию и виноградарству — хотя там тоже все богато): гостиница с видом на горы и виноградники и бильярдом, ресторан с караоке, площадки для барбекю, японский сад камней, русская поляна, просторный газон, лунные ворота, пруд с водопадом и возможностью рыбалки, итальянский амфитеатр, горы Пандоры, новозеландский грот, сосновый бор, спортивная площадка и площадка для воркаута.
Ну то есть ты приехал на винодельню — и не ходишь, как дурак, за занудным экскурсоводом, а порыбачил, спел «Из-за острова на стрежень», подкачал пресс и помедитировал в японском саду камней. Непонятно, почему в списке развлечений нет бани — но, возможно, она на самом деле есть, просто про нее просто забыли на сайте написать.
Ну и да, чай. Третья причина моего интереса к проекту. Всем, кто записался на самостоятельную экскурсию в локацию, которая называется «Экзотический сад», выдают один бокал вина, а чай наливают безлимитно. Но и это еще не все. Среди всего того комплекса аттракционов, который я уже перечислил, есть и китайский чайный домик. И это, конечно, невообразимо прекрасно.
Надо сказать, что чаепития на виноградниках — штука довольно распространенная. При винных хозяйствах часто работают кафе или рестораны — и устроить там чаепитие ничего не стоит. Но вот отдельного чайного домика на виноградниках я, пока, пожалуй, не встречал. Хоть и подозреваю, что что-то подобное есть в Китае.
Короче говоря, надо будет при оказии съездить на эту винодельню под Ташкент и вдумчиво попить там чаю. Это прикольно.