Начало здесь
С того дня Софийка не расставалась с куклой ни днем, ни ночью. Татьяне такая одержимость игрушкой не нравилась. Она пыталась посоветоваться с мужем, но тот только отмахивался.
— Не накручивай себя. Пусть играет. Наиграется и забросит ее опять на чердак, туда, где и нашла, — говорил муж.
***
Тревога Татьяны все росла. Софийка буквально не выпускала Шамаханскую царицу — Жасмин из рук. Татьяне же было невыносимо смотреть, как кусок пластика с пригоршней стразов поработил ее дочку. Иногда ей хотелось схватить куклу и бросить в камин или в пруд. Но она понимала, что этого дочка ей этого никогда не простит.
«Может, я действительно просто накручиваю себя и делаю из мухи слона? — иногда думала она. — Может, это просто любимая игрушка, и ничего страшного в этом нет?»
Она пыталась вспомнить собственное детство: была ли у нее такая же любимая игрушка? Но ничего такого не припоминалось. Игрушек у нее было, конечно, меньше, чем у Софийки, но все же довольно много. И все они были одинаково любимые. Самыми любимыми были, пожалуй, прыгалки. Она готова была скакать через них целыми днями. Так и носила их в кармане. Но прыгалки — это же не кукла.
«Наверняка, если бы не безобразная сцена, которая разыгралась в тот день, когда Софийка нашла эту куклу, я бы считала, что это даже хорошо, что она так любит только одну игрушку, — думала Татьяна. — Но она на меня тогда такими глазами посмотрела, что мне до сих пор жутко».
***
Из-за куклы Софийка перестала играть с детьми. Всем хотелось посмотреть на Жасмин, подержать ее в руках, но Софийка ревниво охраняла свою собственность, и дело заканчивалось ссорой.
Через неделю Татьяна решила бороться с Шамаханской царицей. Для начала она запретила Софийке брать куклу с собой в постель. Дочка сначала хотела расплакаться, но Татьяна сказала ей, что во сне она может сломать куклу, и тогда Софийка согласилась.
Следующим шагом стал запрет на присутствие Жасмин за столом. Татьяна всю ночь придумывала хитроумный план. На следующий день за завтраком она нарочно опрокинула чашку с кофе. Лужица растекалась по столу, Софийка с настороженным интересом наблюдала за ней.
— Убери со стола свою ненаглядную Жасмин, — посоветовала Татьяна. — Она сейчас вляпается в кофе, и тогда ее уже не отмоешь.
Девочка со страхом подхватила куклу на руки.
— И вообще, она за столом быстро запачкается, если ты так и будешь ее таскать, — как будто совершенно равнодушно сообщила Татьяна, вытирая лужицу.
План сработал. Больше Жасмин за столом не появлялась. Татьяна праздновала маленькую победу.
Гораздо труднее оказалось заставить Софийку выходить играть в песочницу к другим детям. Девочка не хотела расставаться с Жасмин, но и выходить к детям вместе с куклой тоже не хотела. Поэтому она предпочитала играть в одиночестве в саду рядом с домом или на веранде. Тут Татьяне помог один случай. У жившей по соседству маленькой Насти, ровесницы Софийки, был день рождения, и родители пригласили всех детей на праздник.
— Может, подаришь Насте Жасмин? — спросила Татьяна. — Вот она бы обрадовалась.
— Нет! — взвизгнула Софийка, прижимая куклу к груди.
— Да шучу я, — с наигранным равнодушием сказала Татьяна. — Нет, так нет. Придется ехать в город за подарком, но Жасмин оставь дома, чтобы не испачкалась.
***
В магазине игрушек Татьяна надеялась, что дочке что-нибудь понравится, и тогда у Жасмин появится конкурент. Но Софийка откровенно скучала, не смотрела на витрины и томилась желанием поскорей вернуться домой к своей кукле.
***
Праздник у Насти обернулся для Татьяны и ее дела борьбы с Жасмин большой удачей. Софийка и Настя подружились. Теперь Татьяна смогла почти без протестов уговорить дочку выходить играть с подружкой в песочницу.
Иногда Настя приходила к ним в гости. Софийка тогда опрометью бежала прятать Жасмин, чтобы не ссориться с Настей, если она вдруг захочет подержать куклу. Татьяне ужасно не нравилось такое поведение, но она была рада, что Софийка хотя бы так расстается на некоторое время с Жасмин.
Отец, когда Софийка, проводив гостью, опять доставала куклу, поддразнивал ее:
— Жадина-говядина, соленый огурец! На полу валяется, никто его не ест! — говорил он, смеясь.
— Я не жадина! — оправдывалась Софийка, заливаясь краской стыда и гнева. — Просто я не хочу, чтобы Настя трогала Жасмин. А она будет просить. Я не хочу ссориться!
— Жадина-говядина, пустая шоколадина, — продолжал дразнить дочку отец, — куклами набитая и на всех сердитая! Тебе же Настя со всеми своими куклами играть разрешает. А ты свою прячешь, как куркуль!
— Я не куркуль! — плакала Софийка, но куклу все равно прятала.
В такие моменты Татьяне становилось ужасно жаль дочку. Если бы это была не Жасмин, а любая другая игрушка, она бы обязательно вмешалась, и прекратила бы эти дразнилки.
«Может, я просто ревную к куску пластика со стразами?» — думала она. Но тут же вспоминала ненавидящий взгляд Софийки и ее искаженное истерикой личико. Нет, с Жасмин надо покончить.
***
Иногда, сидя за компьютером, Татьяна машинально начинала искать информацию о том, как снимать порчу с вещей. Внимательно прочитывала советы, как посыпать солью и произносить заговоры, и тут же ей делалось стыдно. Какой ерундой она занимается!
Все найденные ритуалы были замысловатыми, но один из них оказался удивительно простым. Он советовал просто взять церковную свечку, зажечь ее и обвести порченую вещь. Татьяна презрительно фыркнула, когда читала, но в тот же день пошла в церковь и купила несколько тоненьких свечек.
На следующий день, когда Софийка отправилась играть с Настей в песочнице, Татьяна взяла свечку и подошла к Жасмин, стоявшей на книжной полке в комнате дочки. Но тут же ей стало так стыдно, что она, покраснев до корней волос, выскочила из комнаты. Ей казалось, что кукла провожает ее презрительным взглядом.
«Это какое-то безумие! — думала Татьяна. — Осталось только магией заняться!»
***
— Хочешь, купим щенка? — неожиданно для самой себя спросила Татьяна дочку за ужином.
У мужа от такого вопроса глаза полезли на лоб. Он не был любителем животных.
— Нет, не хочу, — рассеянно сказала Софийка.
— Но почему же? — удивила Татьяна.
— А вдруг он погрызет Жасмин ночью, — серьезным тоном ответила девочка.
— Логично! — поддержал дочку отец. — Щенки все грызут. Если уж вам так приспичило устраивать в доме зоопарк, то ограничьтесь хомячком, очень вас прошу.
— Ой, только не хомяк! — поморщилась Татьяна. Она вспомнила, как в детстве неделю рыдала над умершим от старости Хомой. «А ведь я его ужасно любила. Почти так же сильно, как Софийка любит эту гадкую Шамаханскую царицу. Только мне Хому мама подарила на день рождения, и я ее целовала, обезумев от радости. Ох, если бы не та софийкина истерика, я бы не накручивала себя против куклы!»
***
Однажды Софийка, как обычно, отправилась поиграть с Настей, но через несколько минут вернулась вся в слезах.
— Вы что? Поссорились? — с тревогой спросила Татьяна.
Софийка, горько плача, рассказала, что Настя долго не выходила. Ей надоело ждать подружку, и она пошла ее поторопить. Оказалось, что в доме была только старенькая бабушка, и она сообщила, что Настя в больнице. Утром она вместе с мамой и папой поехала в супермаркет, и машина попала в аварию. У Насти теперь сломана ножка, и придется долго лечиться.
Татьяна с трудом успокоила рыдающую дочку.
***
К счастью, перелом у Насти оказался не такой уж серьезный, и через несколько дней Настина мама позвонила, и сказала, что Софийка может приходить к ним в гости. Настя очень ждет.
Софийка ужасно обрадовалась и засобиралась к подружке.
— Мам, а что можно сделать, чтоб Настя быстрее выздоровела? — спросила она, серьезно и как-то по-взрослому глядя на мать.
— Ну, развеселить ее как-нибудь, сделать ей что-нибудь очень приятное, — ответила Татьяна. — Сюрприз какой-нибудь придумать.
— Сюрпри-и-из? — протянула Софийка и задумалась. Личико ее стало очень сосредоточенным.
— Подарок ей какой-нибудь купим завтра, — сказала Татьяна. — Апельсинов, игрушку какую-нибудь интересную.
— Игрушку? — Софийка еще сильнее нахмурилась. Было видно, что она делает над собой невероятные усилия. Татьяна с удивлением смотрела на дочь.
— Я подарю ей Жасмин, — решительно сказала Софийка. — Она от радости сразу запрыгает.
От этих слов Татьяна опешила.
— Но ведь это же твоя кукла, — неожиданно для самой себя выпалила она. — Ты же ее так любишь.
— Но Настю я люблю больше, — серьезно сказала Софийка. — Я подарю ей Жасмин. Пусть Настя быстрее выздоравливает.
Татьяна с облегчением вздохнула. «Все-таки я балда, и все это время себя накручивала, — подумала она. — Обычная кукла, обычные детские капризы. У меня замечательная дочка!»
Автор рассказа: Светлана Холкина