День сегодня обещал быть жарким. Во всех отношениях. Страна была накануне кризиса. И, всё из-за того, что хотела идти своим путём, но не знала как.
Увы! Но, идти-то надо. И руководству надо говорить гражданам правду о трудной дороге к светлой цели. А деньги для движения уже закончились. Сейчас им могла лишь помочь главная страна за океаном.
Президент молодой демократии всё смотрел на карту и мысленно окунал ноги в тёплые воды Чёрного моря, волны которого приветливо бились о побережье его страны.
«Эх, ну лишь 10 миллиардов баксов! И спасение!». «Пётр Алексеевич, можно?». Ласковый голос звучал как призывная фанфара богини Артемиды при оленьей охоте в лесах Олимпа.
Голова римского патриция еле повернулась в сторону двери, рука едва ослабила зажим модного галстука. «Прошу, Юлия Виленовна!». В главный кабинет страны вошла вице-премьер в мини-юбке и на каблуках «Прадо».
Модель средних лет шла через весь кабинет летящей походкой, словно делала свой рабочий променад на новом показе мод. Президент смотрел на эти ноги и вспоминал как 15 лет назад именно они и были ему стрелой Амура.
Грудь дамы вздымалась и прозрачная кофточка натягивалась и просвечивала телеса. Он смотрел на любимую фигуру и молчал. Так не хотелось ему отдавать свою даму, хоть и на время. Но! Вот это и стало тайным оружием для получения давно обещанного займа.
Она откинулась в кресле и призывно ему улыбалась. В этот кабинет её приглашали только для хороших вестей. «Ну, Юлечка! Вот и настал час для спасения нашего народа. Ты готова?».
Губы вице-премьера сделали движение, словно для поцелуя. А президент сложил руки как пастор и поднял глаза на потолок.
«Пётр Алексеевич, неужели ты не рад меня видеть? А вчера у тебя в спальне было другое лицо и ещё какие слова ты шептал мне после вина!».
Хозяин кабинета даже застонал. «Солнце моё! Не вонзай в меня кинжалы. Я тебя люблю уже столько лет. Но! Надо спасать родину. И для этого нужны жертвы – от всех нас. Даже от дам, которые наше национальное достояние». «Ну, говори: какие же от меня жертвы?».
Президент полчаса подробно говорил, как надо ей принять вице-госсекретаря самой крутой демократии мира, чтобы получить искомые деньги. Иначе позор разорения нации и забвение для их партии.
«Юлечка! Я тебя не подкладываю под янки, а на коленях прошу спасти родину. И если это последнее средство, то его точно надо употребить. Это ясно?».
Мистер Маккензи уже посетил три города с историческими красотами. Чудо! А сейчас любовался плавающим фонтаном в городе на Южном Буге. И пробовал другую конфету из ажурной коробки, которую тут же производила знаменитая фабрика президента.
«Билл! Самое вкусное - найдём в музее кондитерского концерна. Президент дарит эксклюзивные сладкие подарки. Думаю, что он удивит и вас. Готовы к новым вкусам и приключениям?».
Мистер Маккензи прижимал стройный стан вице-премьера и нежно шептал на ушко. «О, Юля! Такого наслаждения я давно не испытывал, Жалею, что скоро отправляться опять к себе.
Увы! Нельзя остаться или захватить тебя с собой. Я знаю, что пока у вас проблемы. Однако, кухню, песни и прекрасных женщин вашей страны ещё никто не отменял».
Юлия Виленовна ласково перевернула гостя на спину. «Билл! Ты видишь, какие десерты дарит наше правительство настоящим мужчинам. Прямо в музее сладостей. Я всегда жду тебя!».
