В поисках себя: как чувство благоговения может привести к подлинному «я»

Благоговение часто определяется как чувство, которое вы испытываете в присутствии чего-то значимого, бросающего вызов привычному взгляду на мир. «Подлинное я» – это то, кем вы являетесь на самом деле, с учетом ваших целей, стремлений и ценностей. Новое исследование показало, как чувство благоговения помогает людям приблизиться к своему истинному «я».

Тунлинь Цзян из Пекинского университета и Константин Седикидес в журнале «Личность и социальная психология» рассказали о проведенных ими многочисленных исследованиях с участием более 4400 человек. Они обнаружили, что уровень предрасположенности человека к чувству благоговения (например, способность всему удивляться) был связан с тем, насколько сильно этот человек хотел приблизиться к своему подлинному «я». Это оценивалось с помощью шкалы, измерявшей «стремление к аутентичности».

В другом исследовании ученые пытались вызвать у некоторых участников чувство благоговения, используя, например, изображения северного сияния, а также заставляя их вспомнить моменты своей жизни, когда они ощущали величие мира и в результате меняли свое представление о нем. Они обнаружили, что люди в этой группе имели более высокие баллы по шкале стремления к аутентичности, чем контрольная группа, которая наблюдала сцены из повседневной жизни. Исследователи интерпретируют это как предположение о том, что переживание благоговения стимулирует желание приблизиться к подлинному «я».

Затем Цзян и Седикидес изучили потенциальные связи благоговения с самотрансценденцией – чувством расширения или растворения жестких границ «я» и единения с большим миром; оно может иметь духовные коннотации, хотя и не обязательно. В исследованиях с привлечением китайских и американских участников ученые установили, что люди с более высокой предрасположенностью к благоговению имели и более высокие показатели самотрансценденции, – это помогло объяснить, почему такие люди демонстрировали более сильное стремление к подлинному «я». (Особенно это касалось китайских участников, отмечают Цзян и Седикидес.)

В своей последней серии исследований ученые обнаружили, что, как и прежде, чувство благоговения было связано с более высокими показателями стремления к подлинному «я», а также, что эти показатели, в свою очередь, были связаны с более сильными просоциальными чувствами. Они оценивались с использованием шкалы, измерявшей, к примеру, желание участников заботиться о нуждающихся людях.

Более ранние исследования связывали чувство благоговения со всевозможными преимуществами для отдельного человека и для общества – это улучшение самочувствия, снижение ежедневного стресса, а также усиление сострадания, благодарности и любви. Основываясь на своих новых выводах, Цзян и Седикидес пишут, что «основным механизмом могут быть самоопределение, за которым следует поиск аутентичного «я».

Однако они также ссылаются на недавнюю работу, в которой говорится, что не все виды благоговения положительны. Вполне возможно, что благоговение перед угрозой работает по-другому и не будет способствовать самоидентичности и более просоциальным чувствам.

Следует сказать, что основная часть этой новой работы скорее наводит на размышления, чем подталкивает к выводам. Но если положительные типы благоговения действительно мотивируют людей быть ближе к тому, кто они «есть» – со всеми получаемыми преимуществами – это напоминает стремление, превратившееся в клише еще в годы моего студенчества. Люди, берущие академические и творческие отпуска, чтобы «найти себя», скорее всего, найдут себя предметом насмешек… Однако если это путешествие даст им переживания благоговения, то это действительно может приблизить их к своему истинному «я».