- Правильно, что женился. У ребенка должна быть мама.
Хвалил друг.
- У нее есть папа.
- Это не совсем то. Мама есть мама.
Так-то оно так…
- Конечно, но у Тани нет никого, кроме меня.
Вся ее семья – это папа.
- Теперь есть. Уж вырастит твое сокровище.
- Я сам растил Таню с младшей группы до третьего класса. Думаешь, не справлюсь?
Никогда, ни за что он не руководствовался принципом “надо всенепременно привести маму для Танечки”. У нее была мама. Другой не будет. Может, добрая мачеха.
А женился, потому что полюбил. А Таня воспринимала мачеху, как родного человека. Как позитивную тетю из столицы, например.
- Угрюмый ты. Потом еще поговорим. Ольге “привет”.
Володя все удивлялся, почему столько человек вокруг думает, что он привел Ольгу, чтобы она воспитывала Таню? Это вообще никак не связано. У Ольги тоже дочь, Танина ровесница. И она тоже самостоятельно ее растила. Еще Володя не понимал, как можно желать переложить на кого-то заботы о ребенке…
Таня и ее сводная сестра, Олеся, нормально общались во многом благодаря Володе и Ольге.
Были четкие правила.
И была конкретная установка – к детям относится равнозначно.
Ольга, как интеллигентная женщина, учила Олесю, что не надо заходить к новой сестре, если она занята, не надо брать вещи без спроса. Тому же учил и Володя.
Но недопонимание все равно было.
У девочек свой уклад, свое мировоззрение.
И, конечно, конкуренция за внимание родителей.
Но не только это было нюансом.
- Не знаю, стоит об этом говорить или нет, - Володя вечером, когда девочки пошли спать, обратился к Ольге, - Но я привык, что в паре не должно быть тайн, тем более таких. В общем, Таню удочерили.
- Что? – не поверила Ольга.
- Удочерили. Мы с женой мечтали… И ее буквально сразу не стало. Это то, что не поддается контролю. Но Таня приемная.
Ольга отнеслась к этому очень положительно. Какое дело – удочерили или нет? Молодцы.
Они оба не слышали, что Олеся выбралась из своей кровати и стояла в паре метров от кухни.
Поскольку девочки, в принципе, были достаточно дружны, как казалось, то Олеся не побежала к Тане с воплями – “ты нам чужая”, она молчала. Молчала, пока ей это было удобно.
Вскоре у Тани был День рождение, ей подарили новенький планшет, который она увидела в магазине электроники за углом. И это не понравилось Олесе. Посреди ужина она вскочила и кинулась к себе в спальню:
- Вы сами говорили, что у детей должно быть все одинаково, тогда мы не будем ругаться.
- Милая, у нее праздник, - сказала Ольга, - Будет твой День рождения – подарим и тебе, что захочешь.
- Но я хочу сейчас! До моего полгода…
- Но сейчас ее день, - попытался сказать Володя.
- А я тоже хочу. Она здесь чужая, приемная, но ей вперед подарили планшет, - Олеся захлопнула дверь, сказав оттуда, - А ты, мама, мне, своей дочери, такое не приносишь.
После ее слов было уже неважно, планшет никого не интересовал больше, потому что Таня замерла, как бы прислушиваясь, и смотрела на отца, надеясь, что он улыбнется или скажет, что Олеся капризничает, как малышка, которая сочиняет сказки. Но папа отмалчивался.
Между тем, в комнате Олеся уже горько сожалела о сказанном.