Весь следующий день Геннадий переживал из-за ссоры с женой. Вечером после работы ему совсем не хотелось идти домой.
На парковке, возле здания офиса, Масленников заметил сотрудницу Ларису Васильеву, которая работала сейчас в целевой группе по северному направлению Тюменской области. Молодая женщина направлялась в сторону главной улицы.
— Лариса, может, вас подвезти? — предложил Геннадий, открывая дверь своего автомобиля.
— Нет, спасибо. Я лучше пройдусь пешком, — ответила сотрудница остановившись. — Предпочитаю пройтись. Заодно пофотографирую город. — Только сейчас Масленников заметил на ее груди фотоаппарат. — Недавно увлеклась.
— Надо же! А можно с вами прогуляться, если не возражаете, конечно? — неожиданно попросился начальник, поистине надеясь, что ему не откажут.
— Если хотите, — пожала плечами Лариса и медленно зашагала вперед.
Геннадий поставил машину на сигнализацию и поспешил присоединиться к сотруднице.
Лариса была по-своему красива и неповторима, в то же время обаятельна и женственна. Масленников знал, что она не замужем, поэтому сильно навязчивым себя в данном случае не считал.
— Лариса, вы извините меня ради Бога, я вчера на вас накричал ни за что. Но я эти дни сам не свой, честно.
— Да ничего страшного, — ответила женщина, глядя на дисплей нового гаджета. Ее интересовали настройки фотоаппарата, которые влияли на яркость картинки.
— Это так замечательно, когда человек занимается таким хорошим делом помимо работы.
— А разве у вас нет хобби? — проявила интерес к персоне начальника Лариса.
— Знаете, нет. Все время уходит на работу и на семью, — Геннадий тяжело вздохнул.
— А футбол? Вы ведь когда-то занимались футболом.
— А вы откуда знаете? — удивился Масленников.
— Мы с вами жили в одном дворе, Геннадий Абрамович.
— Вот как?
— Ну, я тогда была еще совсем маленькая. Зато я хорошо помню дворовые матчи. — Лариса улыбнулась. — А вы играли лучше всех. Вас даже за глаза называли Марадоной.
— Верно. Как же давно это было. Замечательное было время... — Геннадий задумался, вспоминая юность, но вспышка фотоаппарата быстро вернула его в реальность. — Зачем вы меня сфотографировали? — спросил он спутницу.
— Редкий кадр, — коротко прокомментировала действие Лариса. — Смотрите, — поднесла дисплей к руководителю, — Геннадий Абрамович улыбается. Здесь он счастлив.
— Да, — протянул Масленников, — пожалуй, вы правы, действительно редкий...
На главной улице сотрудники распрощались, и Геннадий вернулся к своему автомобилю.
***
Перед домом Геннадий купил спортивную газету, заехал в любимое кафе, заказал там чашку кофе и провел за ней безмятежные сорок минут. После чего поехал домой.
— А я тебя жду, Гена, — сказала встречающая его у порога Ольга.
— Да?
— Я обдумала наш вчерашний разговор...
— Я тоже очень много думал и готов загладить свою вину, — перебил жену Геннадий.
— А я решила, что нам нужно развестись.
— Что? Но, постой, я же признался тебе, Оля. Честно признался. Я раскаялся. Это был первый и последний раз.
— Я не смогу простить тебя, Гена.
— Зачем ты так? Мы же любим друг друга.
— Ой, давай только без этого, а. В общем, обсудить нам осталось только одно — когда мы подаем заявление на развод.
— Прошу тебя, — взмолился Геннадий, — не делай поспешных решений.
— Нет, Гена. Разговор окончен. Завтра я иду к адвокату. Дело сложное, сам понимаешь — движимость, недвижимость...
Ольгу можно было понять, и Масленников понимал ее. Измена была неприемлема для женщины. И все же развод, по его мнению, слишком резкое решение с ее стороны.
Всю ночь Геннадий ворочался в одиночестве на диване в гостиной. Какие только мысли не лезли ему в голову. Например, вот эта: если они с Ольгой всегда любили друг друга, то почему сейчас после его раскаяния она хочет развода? Значит, жена и не любила вовсе? Тогда решение о разводе для нее вполне оправдано. О дележе заговорила, наверное, планы строит уже какие-то...