Сотрясаясь всем телом, Гульнуш склонилась перед матерью падишаха
- Валиде, Сулейман-ага сказал мне, что вы ожидаете меня, - произнесла девушка, не поднимая глаз.
Турхан набрала в себя побольше воздуха, пытаясь совладать со своим желанием прогнать Гульнуш из покоев и на выдохе тихо произнесла
- Учитывая то, что ты однажды спасла жизнь моему льву, я прощаю тебя, Гульнуш. Но помни, что это единственный раз, когда я пошла на это. В следующий раз я не стану долго раздумывать и ты навсегда покинешь не только дворец, но и столицу.
Всхлипнув, Гульнуш упала на колени и простерла к валиде руки
- Валиде! Я благодарю вас за вашу милость! Обещаю вам! Вы не пожалеете о том, что простили меня! Я стану каждый день молить всевышнего о вашем благополучии и здравии!
Смотря сверху на ту, что не так давно считала дочерью, Турхан разочарованно покачала головой и, тяжело вздохнув, произнесла в ответ
- Невозможно вернуть безвозвратно утраченные чувства. Мою материнскую любовь к тебе ты испепелила. С этого дня ты будешь жить подобно остальным девушкам. Покои придётся оставить и спустится вниз.
- Как прикажете, валиде, я согласна на любые условия, только бы вы простили меня, - покорно произнесла Гульнуш.
- В таком случае ты можешь идти и собирать свои вещи.
Покинув покои валиде, Гульнуш медленно побрела обратно, мысленно подбадривая себя
- Сегодня я упала, но придёт новый день и с ним начнётся мое новое восхождение.
- Гульнуш-хатун.., - протяжно произнёс Сулейман-ага, внезапно возникший на пути девушки. - Я вижу грусть в ваших глазах. Неужели вы все-же покинете нас? Я буду скучать признаюсь вам, но тоска эта будет недолгой. Скоро сюда прибудут новые девушки и скучать мне не придётся.
Кинув на евнуха ошеломленный взгляд, Гульнуш резко заявила
- Я разочарую вас, Сулейман-ага, поскольку остаюсь с вами! Скажите лучше, вы уверены, что здесь скоро будут новые рабыни? Валиде ничего не сказала мне о них.
- Не жди более от валиде прежних отношений, - злорадно произнёс Сулейман-ага. - Кто ты такая, чтобы она делилась с тобой о делах гарема? Благодари Аллаха, что жива осталась.
- Я благодарна Аллаху и валиде. Ты ничего не сказал мне о новых рабынях, - нетерпеливо напомнила Гульнуш.
- Девушки будут здесь со дня на день. Рекомендую тебе не ссорится с ними и вести себя, как подобает женщине. Наша валиде не даёт право ошибиться во второй раз, - важно произнёс Сулейман-ага.
Лицо Гульнуш вспыхнуло и залилось алой краской
- Я помню, Сулейман-ага! Но как мне быть, если эти рабыни станут придирчиво относиться ко мне? Неужели я должна буду смиренно терпеть унижения?, - воскликнула девушка.
Сулейман-ага прищурил глаза и язвительно заметил
- У тебя нет иного выхода, как терпеть. Ты же не хочешь провести остатки жизни во дворце слез? Не так ли, Гульнуш-хатун?
Гульнуш сникла, понуро опустив голову.
Довольно улыбнувшись, Сулейман-ага подметил
- Я вижу перед собой другую Гульнуш и она мне нравится больше. Иди и веди себя так, чтобы впредь все были тобою довольны.
Гульнуш продолжила шествие и вновь погрузилась в свои мысли
- Ничего, потерпи, Гульнуш. На Сулеймана-агу тоже управа найдётся. Я непременно придумаю что-нибудь и помашу ему ручкой вслед, когда его с позором погонят из дворца.
Назенин взволнованно бросилась к Гульнуш
- О, Аллах! Прошла целая вечность! Говорите скорее! Валиде приказала покинуть дворец или наказание ещё ужаснее?!
Гульнуш грустно покачала головой
- Нет, Назенин. Мы остаёмся здесь, но вот только жить я теперь буду не в этих покоях. Мне приказано спустится вниз, - горестно произнесла в ответ девушка.
Радостно улыбнувшись, Назенин воскликнула
- Какая прекрасная весть, Гульнуш-хатун! Вы остаётесь здесь, а остальное уже не так важно! Тропу к сердцу повелителя легко протоптать из любого конца дворца!
- Ах, Назенин, если бы я могла быть уверенной в этом, то не горевала бы сейчас. Скоро сюда прибудут новые девушки и одному всевышнему известно, кого выберет сердце нашего повелителя.
- Нужно действовать прямо сейчас и занять место в сердце повелителя, покуда у вас есть на это время. Не дайте другим девушкам ни единого шанса. Пусть повелитель считает, что вы посланы ему всевышним, - многозначительно произнесла Назенин, подняв вверх палец.
Гульнуш задумчиво посмотрела перед собой
- А ведь в твоих словах кроется смысл, - улыбнулась девушка. - Нужно стать для Султана Мехмеда самым важным собеседником, а потом и главной женщиной…
Пройдя на балкон, Турхан устремила взор на поблескивающий вдали Босфор
- Как же прекрасен ты в ясный день и как бываешь суров в ненастную погоду, - прошептала Турхан, завороженно смотря на пролив.
Позади раздался голос рабыни
- Валиде, к вам пожаловал Софу-ага. Говорит у него важное известие от Тархунджу Ахмеда-паши.
Не отрывая взгляда от Босфора, Турхан приказала рабыне
- Поводи Софу-агу ко мне.
Евнух низко склонил голову перед матерью падишаха и протянул перед собой свиток
- Ахмед-паша передал вам послание, валиде. Он сказал, что оно очень важно и будет хорошо, если вы почтете его как можно скорее, - доложил Софу-ага, не поднимая головы.
Протянув руку, Турхан забрала свиток и, развернув его, приступила к чтению
- Тебе известно о чем идёт речь в послании?, - посмотрела Турхан на Софу-агу.
- Да, валиде, Ахмед-паша всегда делиться со мной своими мыслями, - ответил Софу-ага.
- Если так, передай Ахмеду-паше, что я лично поговорю с Гюрджю Мехмедом-пашой и в скором времени он будет выпущен из темницы на свободу, - произнесла валиде, свернув свиток.
- Я передам Ахмеду-паше все до единого слова, валиде, - произнёс евнух, попятившись спиной к выходу с балкона.
Турхан вернулась к каменным перилам и вновь устремила взгляд на Босфор
- Пройдет не одна сотня лет, а ты останешься все таким же величественным, - прошептала валиде…
Прошло три дня.
Гюрджю Мехмед-паша шёл по рынку, гудящему подобно огромному рою пчёл
- Достопочтенный, ага. Где здесь можно утолить голод и жажду?, - обратился он к торговцу, заходившемуся хвалебным криком.
Торговец продолжил громко расхваливать свой товар, указав при этом на неприметное строение с небольшой дверью.
Качнув головой в знак благодарности, Мехмед отправился в направлении, куда указал палец суетливого торговца
- О, всевышний!, - скорее шокировано, нежели радостно провозгласил паша, войдя в пахнущее свежеиспеченным хлебом заведение. - Бехрам-ага! Вот уж кого не ожидал здесь встретить, так это тебя!
Бехрам-ага соскочил с лавки и склонил голову
- Мехмед-паша.., - протяжно произнёс мужчина. - Я бесконечно рад нашей с вами встрече и у нас с вами есть о чем поговорить.
К Мехмеду-паше подошёл невысокий мужчина
- Что желает достопочтенный паша?
- Мяса подай пожирнее, но чтобы это был молодой барашек, а не баран, доживающий свои последние дни в изгнании. К нему добавь большую лепешку, - приказал Мехмед-паша, усаживаясь за стол. - Присядь, Бехрам-ага, и расскажи мне о тайных затеях Салихи Султан, - приказал опальный визирь. - Надеюсь она по-прежнему желает возвести на трон шехзаде Сулеймана? Или она смирилась с дальнейшей участью для себя и сына?
В глазах Бехрама-аги блеснули недобрый огонёк
- По милости Салихи Султан я теперь вынужден скитаться в поисках крыши над головой. Валиде Турхан не пожелала в встречаться со мной и прогнала меня, когда я явился в Топкапы после моего заточения в темнице старого дворца. Женщины внесли в мою жизнь разруху и мне теперь очень непросто, Мехмед-паша.
- Не узнаю тебя, Бехрам-ага. Ты всегда был крепок духом и не сдавался ни при каких обстоятельствах, но сейчас я вижу перед собой отчаявшегося человека, - покачал головой Мехмед-паша. - Ты только подумай о том, какая награда будет ждать тебя, если мы с тобой сможем помочь Салихе Султан возвести шехзаде Сулеймана на Османский трон, - многозначительно улыбнулся паша.
Внутри Бехрама проснулась алчность
- Что я получу в награду, Мехмед-паша?, - прищурил глаза Бехрам.
- Я могу сделать так, что ты войдёшь в совет дивана, - заманчиво произнёс Мехмед-паша, качнув головой мужчине с подносом.
Перед Мехмедом-пашой возникло большое блюдо с бараниной и в довесок к мясу огромная лепешка.
Во рту Бехрама пересохло от волнения
- Я и в совет дивана?, - переспросил Бехрам-ага.
Отщипнув от мяса небольшой кусок и закинув его в рот, Мехмед-паша начал энергично жевать и в знак согласия кивнул головой.
- Я в вашем распоряжении, паша, - покорно произнёс Бехрам-ага.
- Для начала докажи мне свою верность, Бехрам-ага. Устрани Тархунджу Ахмеда-пашу, после я начну доверять тебе, - произнёс Мехмед-паша, оторвав от лепешки добрый кусок.
Бехрам-ага с недоумением заморгал глазами
- Но как я доберусь до него, Мехмед-паша? Вам же прекрасно известно, что путь во дворец Топкапы для меня закрыт.
- Если ты жаждешь обладать властью и богатством, значит ты должен быть готов пройти по горящим углям, - произнёс Мехмед-паша, посмотрев в глаза Бехрама…
Валиде Турхан вошла в шатер и, присев на диванчик, подозвала к себе Сулеймана-агу
- Пойди к Серхату и скажи ему, что я желаю видеть его, - приказала валиде евнуху.
- Как пожелаете, валиде, - почтительно произнёс Сулейман-ага и, склонив голову, удалился.
Турхан печально вздохнула, вспоминая Мирай
- Я потеряла тебя моя верная, Мирай, и теперь никто и никогда не заменит тебя, - с болью прошептала Турхан.
К шатру подошёл Ахмед-паша
- Валиде, - склонил голову великий визирь. - Мне сказали что вы в саду. Если вы позволите, я бы хотел поговорить с вами.
Посмотрев на Ахмеда-пашу, Турхан снисходительно качнула головой
- Говори, паша.
- Благодарю вас, валиде. Обещаю, я не отниму у вас много времени. Как вам известно, Мехмед-паша вышел на свободу и в данное время находится в столице. Не мешало бы его выслать за пределы Стамбула. Мехмед-паша имеет черную душу и одному всевышнему известно, что ждать от него завтра.
- Оставь старика в покое, Ахмед-паша. Ему осталось совсем немного. Пусть доживает остаток своей жизни там, где он пожелает, - воспротивилась валиде.
- Я бы все же рекомендовал вам подумать, валиде, - произнёс великий визирь.
- Довольно, Ахмед-паша, ты можешь идти!, - резко произнесла Турхан, увидев приближающихся к шатру Серхата и Сулеймана-агу.
Склонив голову, Ахмед-паша подобно побитому псу попятился назад и, выйдя из шатра, поспешил ко дворцу.
Турхан улыбнулась
- Серхат, ты уже достаточно вырос и я приняла решение о твоём назначении слугой моего льва.
- Благодарю вас, валиде, вы оказали мне великую честь, - почтительно произнёс Серхат.
- Завтра ты приступишь к своей должности, Серхат, а сейчас можешь идти.
- Прошу меня простить, валиде, но вы не так давно говорили мне о том, что мы с вами и повелителем оставим столицу.
- Обстоятельства изменились, Серхат, и пока мы все останемся здесь.
Серхат ушёл.
Турхан посмотрела на Сулеймана-агу
- Я надеюсь, что Серхат станет братом Мехмеду, как некогда мы с Мирай были сёстрами, - с тоской произнесла валиде…