- Миша, здравствуй!
- Здорово, Виталя! Как сам?
- Неплохо. Да вот дочурка забот подкинула, пришлось приезжать.
- А она здесь у тебя? Ты же, вроде, в другом городе жил?
- Здесь. В университете учится, у мамы моей живёт. Понимаешь, Миш, связалась с пацаном одним. Первая любовь, то-сё. Нам ничего не сказала, уехала куда-то с ним. Мать на ушах.
- Представляю. - Михаил почесал затылок. - Ольга Павловна всегда повышенной тревожностью отличалась. Помнишь, как она от Галки тебя спасала?
Виталий Алексеевич только рукой махнул смущённо.
- Было.
- Вот. А тут девочка, внучка. Могу представить. Хотя... - Михаил назидательно поднял палец. - Переживания вполне обоснованы. Сейчас преступлений против личности как никогда много.
- Это ты меня так успокаиваешь, Миш?
- Информирую. Звонить дочери пробовал?
- Вне зоны всё время.
- А сама не звонила?
- Позавчера. Бабушке. Та говорит, связь плохая была. Сказала, что вернётся к началу занятий. Каникулы у них сейчас после сессии.
- Ну так, может, вернётся.
- А если нет, Миш? Представляешь, времени сколько пройдёт?
- Ну, тут уж ничего не сделаешь. - Михаил руками развёл. - Девочка совершеннолетняя? Сама уехала, сама приехала. Дети растут, Виталя. Что за парень, знаешь?
- Мать говорит, Беспалов Артём, Галкин сын.
Миша удивленно поднял брови.
- Вот так раз! Это как же их угораздило? Видать, судьба. Карму родительскую исправляют.
- Шутишь всё. А мне, Мишаня, не до шуток. У матери и так предубеждение против Галкиной семьи, а тут, говорит, ещё и дед у мальчишки сидел. Знаешь, как она парня зовёт? Каторжанином.
- Сейчас пробьём, посмотрим, что за пацан. Адрес Галкин помнишь?
- Как не помнить.
- Посиди немного, я сейчас. Кофе сделать тебе?
- Да нет, обойдусь.
Михаил отсутствовал недолго. Виталий Алексеевич рассматривал кабинет школьного приятеля и думал: никто ведь даже не предполагал, что весёлый авантюрист Мишка Жданов выберет себе такую профессию. Его напускная серьёзность могла ввести в заблуждение только взрослых. Одноклассники же хорошо знали, кто чаще других бывал заводилой в их школьных проделках.
- Ну что... - Михаил опустился на стул напротив приятеля. - Каторжанин этот твой, Артём Сергеевич, оказался вполне себе добропорядочным парнем. Участковый говорит, одиннадцать классов закончил худо-бедно, на учёте не состоит, работал с отцом, собирается в армию. Восемнадцать ему, понимаешь, только в мае стукнет.
- Так он несовершеннолетний ещё? Тогда какие заработки? Галка сказала матери, что на заработки уехал. Я думал, куда-нибудь на вахту.
- Ну это вряд ли. Не будут там с малолетками связываться. Куда-то ещё рванули. Может, на отдых?
- Всё может быть. Мы с женой Сашке на день рождения деньги дарили. Хотя, если бы отдыхать, она сказала бы. Мы ж не запрещаем. Главное, чтобы не вляпались во что-нибудь.
- Если вляпались, то поедут туда, где пересидеть можно. К родственникам, друзьям. У вас есть, куда?
- У Юлиных родителей Сашки нет. Они бы позвонили. - Рассуждал Виталий Алексеевич. - Друзей близких в школе у дочери не было, так, приятельские отношения. Если только у парнишки. Но у Галины сестёр и братьев нет. А мать умepла давно. Может быть, у отца мальчишки кто-то есть?
- Погоди, сейчас у участкового узнаю. Он давно работает, своих хорошо знает. Георгий Романович, снова Жданов...
Выслушав собеседника, Михаил поблагодарил его и сообщил.
- У отца парня тоже нет никого. Там история печальная. Романыч сам документы оформлял по ним. Прабабка Артёма жила вот в этой деревне. - Михаил протянул листок, на котором записал название. - Но её уже несколько лет, как нет в живых. Правда, дом, кажется, остался. Всё, что могу, Виталь. Ну и заявление о пропаже принять.
- Далеко это? - Виталий Алексеевич повертел листок в руках.
- Не близко. И со связью там, действительно, может быть не очень. Но ты не спеши пока. Заявление оставь, возьмём в работу. Попробуй ещё дочке позвонить, вдруг откликнется. И в гости заехал бы вечерком. С женой познакомлю, с пацанами своими. Двое их у меня. Старшему тринадцать, младшему восемь. Хорошие ребята.
- Такие же шебутные, как их отец?
- Нет. - Жданов помотал головой. - Серьёзные, в маму свою.
- А жена?
- Ты не знаешь её. На службе познакомились. Да что я тебе рассказываю? Приходи, сам всех увидишь. Сто лет не виделись.
- Спасибо, Миш. Приду. Ты там же живёшь?
- Нет. У нас квартира своя. Дай бумажку сюда, адрес запишу. Всё, Виталя, ждём.
* * * * *
Речка, на которую привёл Сашу Артём, дремала подо льдом и снегом, сливаясь с собственными берегами.
- Никого. - Тихо, чтобы не нарушить этот чарующий зимний сон, сказала Саша.
- А кому тут быть? - Удивился Артём. - Старухи зимой сюда не пойдут, а рыбаков, видно, не осталось.
- И как ловить? - Саша вопросительно смотрела на Тёмку. - Проруби нет.
- Ну, прорубь, она потому и прорубь, что её прорубают. - Весело отозвался парень. - Видишь, я топор взял и ломик. Другого-то ничего нет.
- А если лёд треснет? - Саша опасливо покосилась на реку.
- Не треснет. - Успокоил Тёма. - Я же не титан какой-нибудь, а морозы давно стоят.
Расчистив небольшой участок, он принялся ломиком откалывать чешуйки льда.
- А не так это и просто, оказывается. - Артём озадаченно посмотрел на сделанное. - Но нам ведь большая лунка и не нужна. Дай-ка, я топором попробую.
Он опустился на колени, и принялся за работу. Саше стало скучно просто стоять и смотреть, и она потихоньку пошла по льду, оглядываясь по сторонам. Летом, наверное, здесь красиво, а сейчас занесённая снегом река ничуть не отличалась от остальной территории. Разве что торчали из-под снега сухие длинные шпаги рогоза, украшенные пушистыми коричневыми початками, издалека напоминающими эскимо. Саше по-детски вдруг захотелось погладить рукой бархатную поверхность этого необычного растения, и она задумчиво побрела туда.
Когда под ногами вдруг всё ухнуло вниз, и тело захлестнула ледяная вода, Саша даже не поняла сначала, что произошло.
- Тёма!
Он обернулся, тут же вскочил, сбросил куртку, схватил лом, валявшийся рядом на льду, и помчался к ней.
- Саша! Сашка, руки раскидывай. Не бойся!
Не добежав до неё, он упал на лёд и пополз, держа лом поперёк перед собой.
- Саша! Саш, смотри на меня, хватайся.
Она с трудом потянулась ему навстречу, пытаясь ухватиться за металлический прут.
- Вот, молодец. А теперь просто держись. Сашка, не барахтайся, слышишь? Тяну, держись крепче!
Вытащив Сашу на лёд, он откатился с ней вместе на безопасное место и выдохнул:
- Полынья. Они в морозы снежной кашей забиваются, потому и не видно. Саша, ты идти сможешь?
Она кивнула.
Артём закутал её в свою куртку и, не обращая внимания на оставшиеся на льду снасти и инструменты, приказал:
- Бежим.
В доме он велел Саше переодеться, а сам бросился к соседу. Вернулся с мёдом и бутылкой мутноватой жидкости.
- Самoгoн. - Пояснил Саше. - Фёдор Ильич велел растереть тебя.
Смущённо поднял глаза на девушку.
- Ты сама не сможешь. Прости.
Он растирал её бережно, словно боясь повредить нежную белую кожу.
- Не бойся, Тём. Три сильнее. - Саше тоже было неловко, но раз надо, то надо.
Укутав её в одеяло, Артём принялся греть воду.
- Сейчас. - Виновато говорил он. - Чай, и ноги ещё парить надо. Саша, ты побудешь одна? Я до магазина добегу. И на реку, инструменты подобрать.
- Иди. - Кивнула она. - Тёма, только ты осторожно, ладно.
- Не бойся. Там эта полынья и есть-то, наверное, одна на всю речку.
- И я её нашла. - Горестно вздохнула Саша. - Неудачница.
- Какая же неудачница? - Грубовато перебил Артём. - Выжила. Не утонула. Наоборот всё. Повезло, да ещё как. Нос выше!
- Может быть...
Выходя, Артём столкнулся с соседом.
- Куда летишь, Тёмка? Саша где?
- Я в магазин, Фёдор Ильич. У нас заварки нет. И горчицы сухой хотел посмотреть. Баба Агаша мне раньше в таз сыпала. Ну и топор с реки забрать.
- Горчицу сухую вряд ли купишь. Зайди ко мне потом. Вещь дам одну. "Звёздочка" называется. Бальзам такой. Несколько баночек есть. Старый он, но для ног пойдёт. Убойная штука. Ну, беги. Я Сане пока травки заварю.
Он потряс холщовым мешочком.
- Спасибо, Фёдор Ильич! - Крикнул на ходу Артём.
Старик, кряхтя, поднялся на крыльцо.
- Саня, не пугайся. Я это.
- Заходите, Фёдор Ильич. - Саша хотела встать ему навстречу, но он отмахнулся.
- Лежи, лежи. Эк угораздило тебя, девка. Испужалась, небось?
- Очень. - Призналась Саша.
- Вы, городские, неприспособленные ни к чему, Саня. С природой, с ней шутки плохи. Её знать и понимать надо. Тогда она другом будет. Вот, гляди. - Он протянул Саше мешочек. - Понюхай.
- Вкусно пахнет. - Улыбнулась Саша.
- И я говорю. - Старик довольно усмехнулся. - Там и смородины лист, и малины, и зверобой, и душица, и мята. Каждая травка силу свою имеет и тебе передаст. Только бережно надо к природе, с уважением.
Он говорил, ровно и неспешно, а Сашины глаза слипались. Организм, как и природа, жил своей жизнью и своими методами боролся с пережитым стрессом. Она взяла из рук Фёдора Ильича душистый травяной отвар, ложку с терпким засахарившимся мёдом и, выпив горячую жидкость, провалилась в спасительный для себя сейчас сон.
Артём, вернувшись, положил руку ей на лоб, озабоченно покачал головой и принялся готовить еду. Саша спала тревожно, несколько раз пыталась сбросить одеяло. Артём хмурился и укрывал её снова. На бледных щеках Саши пятнами зажёгся лихорадочный румянец, и Тёмке стало страшно. Саша ведь совсем недавно переболела, ещё даже не выздоровела до конца, а он, эгоист, потащил её в деревню, в холодный нетопленный дом, на эту речку, на рыбалку какую-то. Развлечься решил. Какой же он... Саша спала, а Тёмка ел себя поедом. Ему вдруг стало страшно, что она не просыпается так долго, и он осторожно тронул девушку за плечо.
- Саша, Сашуль, ты как? Давай поедим. Я приготовил.
- Тёмочка. - Саша с трудом разлепила веки. - Прости, я что-то не хочу. Голова болит. Ты ешь сам. Я посплю.
Артём занервничал. На Сашу это не похоже. Она всегда старается держаться. Вон на экзамен больная рвалась. И если сейчас так, значит, дело совсем плохо. А здесь, в деревне, ни аптеки, ни больницы. Вдруг Саше станет ещё хуже.
Ночью он проснулся от её надрывного кашля. Вскочил. Саша разметалась, сбросив одеяло. Она вся горела, и Артём, поставив на печь чайник, смочил холодной водой полотенце и до утра прикладывал его к Сашиному горячему лбу. Поил её тёплым отваром, чтобы смягчить кашель. Новый день они оба встретили не в лучшей форме. Саша, измученная жаром и приступами кашля, Артём - бессонницей, страхом и тревогой за неё.
Он с трудом уговорил девушку чуть-чуть поесть. Саша постаралась встать, но лишь немного походила по дому и снова легла. Артём стиснул зубы. Её надо к врачу. А ещё лучше не просто к врачу, а домой. Одну Саню отпустить в таком состоянии он не может, надо ехать вместе. Но сейчас холодными автобусами, с пересадками...
Взгляд его неожиданно упал на Сашин телефон. Хорошо, что вчера, когда они ходили на реку, он лежал на зарядке. Отключать Саша не хотела, а смартфон в поисках сети всё время разряжался. Артём посмотрел на спящую девушку, взял телефон и решительно вышел из дома.
* * * * *
- Не ожидала от тебя, Виталик. - Ольга Павловна гневно смотрела на сына. - Я думала, ты приехал спасать Александру, а ты напился самым бессовестным образом, явился за полночь. Я отвратительно тебя воспитала, сын. Я плохая мать, никудышная бабушка. Со мной вообще никто не считается.
- Мама, мамочка, послушай ты меня. - Виталий Алексеевич поднял руки, защищаясь от её гнева. - Я был в полиции, написал заявление. Миша сказал, что следует подождать Сашиного звонка. Ну встретились мы с ним, посидели. Он меня со своей семьёй познакомил. Что здесь такого?
- Ничего. Кроме того, что твоя дочь сейчас находится в компании какого-то бандита. Ещё неизвестно, что он с ней может сделать.
- Мама, прекрати! Никакой он не бандит. Хороший парень. Мишка при мне участковому звонил.
- А я знаю, почему хороший. Потому что это её сын, да? Ты по-прежнему любишь эту маргиналку.
- Мама, я Юлю люблю. И дочь. А мальчишка этот, он просто мальчишка, пойми ты. Даже младше нашей Саньки. Они одинаковые.
- Они не могут быть одинаковыми! Наша Саша...
- Так! Стоп! У меня важный звонок. - Увидев на экране номер дочери, Виталий Алексеевич почти бегом выскочил за дверь квартиры. - Саня! Дочь, где ты?
- Это не Саша. - Донеслось до него сквозь шум помех. - Это Артём.
У Виталия Алексеевича потемнело в глазах. Неужели, мать оказалась права?
- Где Саша? - Не своим голосом произнёс он. - Что ты сделал с ней?! Да я тебя из-под земли достану!
- Это хорошо... - Голос парня звучал нечётко. - Если бы вы приехали к нам. Саша заболела. Я боюсь везти её на автобусах. И лекарство нужно.
- Где она, я тебя спрашиваю?!
- Спит. Ночью температура была. Это я виноват.
- Знаю! Говори быстрее, где вы.
Артём продиктовал адрес. Да, это то самое название, которое записывал Виталию Жданов.
- Я знаю, что вы далеко. - Артём замолчал, и Виталий испугался, что связь прервалась. Но голос паренька снова прорвался сквозь помехи. - Не волнуйтесь. Саша чай травяной пьёт с мёдом. Только ест плохо.
"Господи, детский сад какой-то". - С раздражением подумал он вдруг. А вслух сказал.
- Артём, вы только оставайтесь там, слышишь? Я приеду!
- Я слышу. - Раздалось издалека. И связь оборвалась.
Надо ехать. Если с Сашкой что-нибудь случится, он этого Артёма Сергеевича с того света достанет. Матери ничего говорить нельзя. Сейчас начнётся... Виталий Алексеевич набрал в грудь воздуха и вошёл в квартиру.
- Мама, мне надо срочно уехать. Это по работе.
- Я знала! - Ольга Павловна поджала губы и отвернулась. - Я - плохая мать. Но и ты отвратительный отец. Тебе совершенно не дорог твой ребенок! Поезжай, я сама буду искать Сашеньку!
******************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************
Продолжение следует... часть 6
(Если сегодня ссылка не активна, то следующая часть будет опубликована завтра. Спасибо за понимание!)