Характер Людовика Валуа, основателя второго Анжуйского дома представлял собой гремучую смесь - неудовлетворенные амбиции второго сына (которому уже не стать королем после появления сыновей у старшего брата - Карла Мудрого) помноженные на недюжинные коварство, алчность и внезапно отличные организационные и полководческие способности. Король Жан II любил всех своих детей и позаботился о том, чтобы каждому из трех младших сыновей досталось что-нибудь в апанаж или в наследство из его рук. Второй сын получил, в частности, графство Анжу, отсюда же пошло и имя новой младшей ветви Капетингов.
Ко всему прочему Людовик Анжуйский был губернатором Лангедока и вот целый ряд политических обстоятельств приводит этого принца-авантюриста к идее завоевания Прованса, который он вознамерился вырвать из ослабевших рук неаполитанской королевы, запутавшейся в последствиях собственных интриг и преступлений.
Людовик начал игру чуть ли не на свой страх и риск, его кровавую провансальскую кампанию 1367-1368 года можно назвать авантюрой, вообще сложно сказать, как он намеревался узаконить приобретения если бы победил. Вот только королева Джованна остановила притязания, пообещав Людовику Анжуйскому … усыновление. Так как война в Провансе давалась французам слишком тяжело, Людовик пошел на заключение мира (окончательно в 1371 году), вряд ли на тот год он мог слишком серьезно отнестись к перспективе своего усыновления.
Скорее, он решил взять паузу для передышки и посмотреть на дальнейшее развитие ситуации. Несмотря на то, что королеве было уже 42 года, а детей у нее уже не было (все трое - один сын и две дочери умерли в детстве), и вряд ли можно было бы ожидать появление новых (с третьим браком Джованне тоже не слишком повезло), перспективы этого усыновления можно было считать очень и очень сомнительными - при наличии у нее даже не одного кузена по мужской линии. Еще жив был самый могучий и опасный из них - Людовик (Лайош), король Венгерский, как раз с 1370 года еще и польский король.
Людовик Анжуйский предпочел подождать и что самое удивительное … успешно дождался. Пресловутые политические (еще и религиозные, связанные с Великим расколом Западной церкви) обстоятельства сложились уже таким образом, что Джованна, загнанная в угол было, можно сказать, вынуждена умолять Людовика принять от нее усыновление с передачей прав не только на Прованс, но и на Неаполь. От чего он, разумеется, отказываться не стал. Прийти на помощь к своей названной «матери» Людовик Анжуйский не успел, хотя к его чести, пытался это сделать. Неаполь остался для него недостижимой мечтой (королем там остался предпоследний из всех мужчин рода Анжу-Сицилийцев Карл III Дюраццо, по прозвищу Малый), а вот Прованс он захватил.
Погибая, королева Джованна I, образно выражаясь, подарила своей родной династии и своему убийце-кузену «поцелуй из могилы» в виде претензий на Неаполь со стороны Валуа-Анжу. Ситуация действительно была парадоксальной – в Неаполе королем сидит Карл III Малый и несмотря на то, что он вроде бы узурпатор, династически он совершенно законен.
С одной стороны – он последний мужчина из рода (с 1382 года), с другой – его жена и кузина Маргарита, родная племянница злодейски убитой Джованны I, то есть первая вне салического права, а это значит, что дети этой королевской четы – абсолютно бесспорные наследники.
Но в противовес Карлу III в графстве Прованс «окопался» Людовик I Анжуйский, которого королева Джованна назначила своим «сыном» и наследником. И кто же теперь более законный король Неаполя? Кто это будет решать? Может быть Папа Римский? Неплохо было бы, но вот незадача, и Пап у нас тоже двое – Урбан VI в Риме стоит за Карла, а Климент VII из Авиньона – за Луи Анжу. Луи умер в борьбе (1384 год), а Карл вскоре был убит (1386 год), надеясь благополучно воцариться еще и Венгрии, так как великий патриарх Анжу-Сицилийской династии, король Лайош (Людовик) скончался, не оставив сыновей.
Карл Малый мог бы добиться многого, но он надорвался политически и географически, пытаясь усидеть сразу на трех стульях. Неаполь он и так считал своим, вознамерился получить корону Святого Иштвана, а дела в графстве Прованс бросил на самотек, видимо, полагая, что там как-то само всё образуется после смерти его врага Людовика. Между тем, для поправки этих дел, то есть для восстановления власти Анжу-Сицилийцев, были неплохие шансы, ведь сыну Анжуйского было всего семь лет.
Вот только не надо недооценивать женщин, борьбу Валуа-Анжу за столь неожиданно свалившиеся наследство убитой королевы, возглавила Мария Блуа-Шатильон, вдова Людовика Анжуйского. В отсутствие на своей вотчине и дедине Карла Малого, этой даме удалось подчинить своему малолетнему сыну мятущиеся прованские земли - где-то дипломатией, где-то подкупом, где-то военным нажимом. Таким образом Карл Малый потерял для своей династии и Венгрию, и Прованс. Приоритеты были неправильно расставлены этим королем - из Венгрии после смерти Лайоша Великого не исходила угроза для Неаполя, а вот из Прованса… В первую очередь надо было купировать эту опасность, и попытаться запереть Валуа-Анжу во Франции, а так графство стало плацдармом для атаки на Италию, и очень скоро (еще даже не успел возмужать Людовик II Анжу) для семьи Карла Малого настали черные времена, пока не вырос уже Владислав Анжу-Сицилийский.
Так борьба за корону Неаполя и перешла по наследству к детям Людовика I Валуа-Анжу и Карла III Анжу-Сицилийского. Тогда же, кстати, выявился и политический казус графства Прованс – фактически появилось совершенно независимое государственное образование, во главе с отдельной династией младших Капетингов, не подчинившееся ни Папе, ни императору, ни какому-либо из европейских королей.
За солнечный Неаполь бились и Людовик II, и Людовик III – сын и внук Людовика Анжу, соответственно. Этот род пока вымирать не собирался, тем паче что у Людовика II было трое выживших сыновей, помимо старшего еще и Рене с Карлом. Чего не скажешь о потомках Карла III Дюраццо (Анжу-Сицилийского), где тонко там рвется, только один сын – Владислав (точнее, Уласло – по-венгерски, с претензией на эту корону) и только одна дочь – Джованна. Владислав Дюраццо оказался не плохим в принципе королем и солдатом, вся его жизнь с детства была нескончаемой борьбой с конкурентом Людовиком II и мутным, расколотым (до 1415 года) папством.
Современники описывали его куда более безжалостным, опасным и амбициозным, чем покойный его отец Карл Малый. Вот только Владислав скончался на взлете, в возрасте 38 лет. Его сторонники подозревали отравление, а враги - приписывали его преждевременную смерть последствиям распутной жизни, верно, скорее всего, второе. Законных детей у него не было и корону наследовала старшая сестра Джованна.
*****
Поддержать автора: 2202 2053 7037 8017