Любопытно, что когда речь заходит о Итальянских войнах, то в первую очередь говорят о политических и экономических причинах этой серии европейских конфликтов. А вот династические притязания как-то принято «затирать» и ставить в сторонку. Мол, да, было, но как-то это не особо важно. Да и вообще, претензии королей Франции на итальянские государства весьма жидкие с юридической стороны - так утверждают даже классические французские авторы, например, Анри Лемонье.
Уместно провести сравнение с причинами Столетней Войны, вот тут уже всё наоборот. На поверхности лежит целый пласт политических и экономических противоречий, который не мог не взорваться масштабным конфликтом между Англией и Францией. Но во главу угла упрямо ставятся претензии Эдуарда III на корону Франции - телега впереди лошади. А претензии эти на само деле даже не причина, а всего лишь крайне удобный повод. Тогда как о настоящих причинах Столетней войны считается хорошим тоном рассказать уже после распутывания династических загогулин.
Я неоднократно обращался к этому вопросу в своих статьях, подчеркивая одно забавное обстоятельство: даже с точки зрения не салического, общего права первородства (когда допускается наследование по женским линиям), права Эдуарда III на Францию - тень на плетень. Отстаивать такие положения несколько трудновато, при всеобщем убеждении, что права у Эдуарда были солидные. Но по моему скромному мнению - куда жиже, чем у тех же французов на Неаполь и Милан. Вообще, затирание настоящих причин Столетней войны - это первый глобальный успех англичан в информационной войне. Зачем это им понадобилось? Да всё просто.
Если война начинается по экономической причине и даже если это всем и каждому ясно, то озвучиваться эта причина официально не будет. Это как бы «неприлично и низменно» даже сейчас (в дни сегодняшние Запад воюет под предлогом «спасения демократии»), а уж в эпоху Средневековья тем более. Вот сражаться за наследство - это уже путь короля-рыцаря.
Но в случае же Итальянских войн ситуация совершенно иная. Династические претензии французских королей надо ставить во главу угла, именно благодаря этим притязаниям французов неудержимо тянуло в Италию, в ущерб нерешенным проблемам на южной и восточной своих границах (да и угрозу с севера еще никто не отменял). Вот и попробую рассказать, что же это были за претензии, и какие вообще основания имелись у королей Капетингов на что-то там в Италии претендовать. Начать придется слегка издалека, еще лет эдак за сто до Первой Итальянской войны, со второй половины XIV века, и, пожалуй, даже чуть раньше.
То, что в Италию кто-то нагрянет (причем со всех сторон христианской Европы) стало ясно с кризисом Анжу-Сицилийской династии, царствовавшей в Неаполитанском королевстве - ставшим колыбелью и новой родиной этого королевского дома. Династию основал великий искатель корон Карл, самый младший брат короля Людовика IX Святого. В приданное за женой он получил богатый Прованс, а позже в решительной схватке, на паях с Папой Римским, уничтожил Гогенштауфенов, захватив Южную Италию, в общем итоге удержав только материковую часть, потеряв при этом Сицилию. На этом Карл не остановился, претензии его простирались и до Иерусалима с Византией.
Прозвище Анжуйского он получил еще в юности, благодаря основной части своего апанажа, графству Анжу, позже термин «Анжуйские» закрепилось и за его династией, несмотря на то, что графство было фактически возвращено французской короне уже при сыне и наследнике первого «анжуйца» - Карле II Хромом. Всё было оформлено, разумеется, прилично, Карл II выдал Анжу в приданное своей дочери Маргарите, вышедшей замуж за Карла Валуа (брата Филиппа IV); очевидно, французскую монархию беспокоил тот факт, что важное графство в сердце страны принадлежит не просто родичу-вассалу, а совершенно самостоятельному монарху (хватало за глаза и одних англичан с их континентальными владениями, пусть и урезанными при Филиппе II Августе).
Так как позже в той же Франции появился еще один Анжуйский дом, то во избежание путаницы, более древнюю ветвь в историографии принято именовать Анжу-Сицилийской династии, а более молодую и потому более близкую к короне - просто Анжуйской, для уточнения также удобно использовать термин Анжу-Валуа. Вследствие несколько запутанных политических обстоятельств «молодые» анжуйцы, стали правопреемниками «старых».
У Карла I (1227-1285) первого монарха новой Сицилийской династии (называвшейся так, несмотря на быструю утрату Сицилии) был всего один переживший его сын - Карл II Хромой (1254-1309). Но вот уже он, казалось бы, обеспечил своему дому надежную преемственность поставив на ноги целых пять сыновей. Казалось бы … Вот только выживаемость королевских и аристократических домов не только в Средние Века, а вплоть до первых десятилетий XX века, была процессом абсолютно непредсказуемым.
Инбридинг усугублял и без того высокую детскую смертность, а также был источником бесплодия, и не только у женщин, которых за последнее, увы, обвиняли куда чаще, чем их мужей. Войны, тайные и открытые убийства, проволочки с женитьбами у старших сыновей, отсутствие браков у младших и традиционное направление их по церковной линии (подчас без этого нельзя было обойтись, западные прелаты горой стояли за свои семьи), также не способствовали продолжению династии. Всё это коснулось и Анжу-Сицилийского дома.
Его проблема даже не в том, что был допущен вариант наследования короны женщиной - первая королева Неаполя из этой династии Джованна I (1326-1382) всё равно дважды выходила замуж за своих кузенов из мужской линии рода, то есть, в идеале, даже без салического права корона должна была остаться у анжуйцев. Просто так легли карты в династическом пасьянсе, династия ведь довольно удачно выбросила мощное «щупальце» даже на северо-восток от Италии, обосновавшись в Венгрии и Польше, правда, там их приняли только после полного естественного угасания Арпадов и королей-Пястов. Но венгерско-польские анжуйцы угасли сами, даже не перейдя в XV век.
А вот линия самого младшего сына короля Карла II Хромого в этот XV век перешагнула, держась Неаполитанского королевства и сохраняя претензии на Венгрию. И вот тут надо вернуться к королеве Джованне I - несчастной и кровавой. Именно ей можно сказать «спасибо» за смычку Анжу-Сицилийской династии с «молодыми» Валуа-Анжу. Неаполитанскому королевству принадлежал, как мы помним, еще и богатый Прованс, слишком близкий к Франции, и этим графством снова заинтересовался один из братьев французского короля - на этот раз Людовик (1339-1384), второй сын короля Жана II Доброго.
*****
Поддержать автора: 2202 2053 7037 8017