Один на один
Я всегда охотно брал его с собой на вечеринки.
Мне с ним как-то спокойнее было.
Сам факт его присутствия рядом давал тактический простор для маневра.
Хотя я так ни разу не видел, чтобы он, кому-то, как он говорил -"чичу начистил".
Однажды я переживал итоги неудачной любовной истории.
Контекст был следующий.
Я увел подругу у однокурсника.
(Хотя сейчас я понимаю, что не я, а она сама увелась. Переползла как обезьяна с одной пальмы на другую.)
А у меня, в свою очередь увел коллега с её работы.
Я страдал.
Решил ему «Чичу начистить», как и учил Лёха.
Взял с собой на дело Лёху. Его о том куда и зачем идем не предупредил.
Вызвал парнишку поговорить в подъезд, и не изложив суть претензий, начал избиение.
Леха был на страховке, в побоище участия не принимал.
Почти.
Стоял рядом, и если фортуна боя на время покидала меня, он за шкирку разнимал нас, начинал читать жертве нравоучения, а дав мне отдохнуть , снова занимал нейтралитет.
Позже, бинтуя распухшую руку, я спросил у него, чего он так вяло поучаствовал.
Получил от него ответ, заставивший посмотреть не него с другой стороны.
- Не по пацански это Андрюха, это ваши с ним говнотерки. Ты должен был сам все вопросы по решать. Один на один. По всем понятиям так. Мое дело на этой стрелке страховать было.
Вот так вот.
Гопник гопником, а кодекс чести своеобразный есть.
Значит не гнилой.
Цельный.
«Дружба Народов»
Алексей, как коренной житель Солнцева, и болельщик Спартака, по определению не любил негров, несмотря на то, что учился в университете дружбы народов.
Как-то стоял в коридоре ждал лекцию, смотрел в окно.
Вижу как на улице появилась стая скинхедов прессующих спешащих на лекции африканцев.
На горизонте появился идет Барт Атангана, наш однокурсник из Камеруна, и следом Лёха идет.
Скинхеды окружили Барта.
И тут, еще из далека, им что-то начинает орать Лёха.
По тому как резво у них обернулись головы понял, что матом орал.
На мгновение я отвлекся, и когда обратно посмотрел, скинхеды уже убегали в сторону метро, а Лёха, обняв Барта за плече, шли ко входу.
- Ты же не любишь негров!
- Не, ну я конечно не люблю негров, но… ЭТО ЖЕ НАШИ НЕГРЫ!
В кризис 1998 года когда в стране совсем было нечем заняться, я устроил Лёху и обоих наших однокурсников Камерунцев на авто мойку к моему знакомому.
Лучшая бригада была.
К ним очередь выстраивалась.
Их называли черная бригада, бригадиром был Лёха.
«Курсовая»
Дипломную работу на четвертом курсе, мы с ним пошли писать на кафедру нелинейной оптики.
Дисперсионные элементы, планарные эшелоны, лазеры и всякая такая херня.
Наш научный руководитель привел в лабораторию, дал нам стекляшку/призму в руки и сказал, что можно пользоваться любым оборудованием, и для начала задача найти коэффициент преломления стекляшки.
Сказал, что времени у нас ровно семестр.
С сомнением перекрестил нас и свалил.
Мда.
Ну что Лёха, пошли в библиотеку.
Будем читать ,что такое коэффициент преломления и как его мерить.
С каждым днем мы открывали для себя все новые и новые факты из курса Оптики.
И это при всем при том, что мы какбЭ экзамены по теме давно сдали.
Для нас заново открывали для себя законы Синелиуса, угол падения равен углу отражения, Мы часами проверяли их на практике в студенческой бильярдной, чем сильно повысили свой уровень игры.
Наконец то, разобрались, что такое на самом деле означает дисперсия и интерференция.
До этого момента для нас эти явления ассоциировались лишь с абракадаброй определения в учебнике, которую мы заучивали наизусть.
Когда сами разложили белый свет на составляющие при помощи решетки, часами заворожено смотрели на получившуюся радугу, пуская клубы дыма в пучок света.
Одним словом мы постигали заново то, что по идее давно и успешно сдали.
Постепенно мы начали в лаборатории городить горы оборудования.
Первоначальную идею, как и что мерить нам подкинул доцент Т, сын профессора Т. основателя нашей кафедры, советского ученого, лауреата массы каких премий.
Сын-бездельник доцента, и внук-паразит профессора, учился курсом старше, и постоянно прожигал время с нами в студенческом кафе.
Доцент подсел рядом с нами в кафе, и краем уха подслушал нашу перебранку и хихикнул.
Какбэ невзначай, подкинул нам идею, как с помощью увеличения длинны рабочего пучка излучения, можно уменьшить влияние погрешности при рассеивания апертуры.
В дальнейшем, мы плотно подсели на него, выжидая его в кафе, делясь развитием наших изысканий.
Он стал нашим внештатным консультантом.
Мы разгребли завалы хлама и пустых бутылок в лаборатории, и начали пулять из лазера через поляризаторы в призму, измеряя то изменение интенсивности, то углы отклонения.
Не помогло.
Доцент Т., помешивая кофе, подсказал, что надо учитывать погрешность измерения приборов, предупредив, что они не должны превышать 0.1% самих характеристик.
Измерили.
Оказалось, что наше расстояние в один метр от лазера до призмы не годится, и надо увеличить хотя бы до ста метров.
Измерили коридор.
В принципе, укладываемся, но как перенести все барахло и разогнать шастающий туда сюда народ?
Доцент Т., подсказал нам, что можно проще, можно загнуть пучок света зеркалами.
Мы понатыкали в лаборатории зеркал.
Стало сильно теснее.
Не помогло.
Доцент Т., рассматривая наши тупые рожи, спросил а не меняется ли ширина пучка на расстоянии?
Мы сначала посмеялись, это же лазер, он по определению не может меняться!
Доцент Т. загадочно улыбнулся, допил кофе у покинул нас.
Замерили.
Меняется падла.
В конце пути, раза в три.
Вот сука, а как же теория?
( К слову сказать, за все время обучения, ни один закон физики, в существовании которого мы и должны были убедиться на практике, не подтвердился. )
Прибежали к Доценту Т., заглянули ему в глаза.
Он пил свой кофе, хитро поглядывая на нас, и обронил как бы невзначай фразу:
-Проткнуть бумажку иголкой.
Сука, что за ребусы?
Через сутки мы доперли.
Поставили перед лазером бумажку с дыркой, апертура перестала увеличиваться в размерах.
Продолжили эксперименты.
Не помогло.
Спалили к херам гелий-неоновый лазер.
Из-за того, что увеличили мощность накачки в три раза чем можно было, хотели пучок излучения пожирнее.
Заодно, совершенно случайно вытравили в коридор целый баллон с гелием.
Весь факультет часа три возмущался писклявыми голосами, включая факультетского кота Фарадея.
Не беда!
Притащили рубиновый твердотельный лазер, он ко всему прочему компактнее был, дышать легче стало в лаборатории.
Натащили кучу напряжометров и замерителей, фото резисторов и заодно, не знаю за чем установку для нарезания дифракционных решеток на волокно.
Толку пока было мало, но в лаборатории стало круто.
Мы даже женщин время от времени водили по очереди.
Правильный эффект на них производила наша секретная лаборатория.
Если сильно накурить, то лаборатория играла нереальными красками в отблеска пучка излучения рубинового лазера. Девушкам нравилось.
Правда на следующий день приходилось все заново расставлять и калибровать.
Конец семестра приближался, а результаты наших изысканий были так же печальны как и процесс модернизации и цифровизации нашей экономики.
Даже подкинутая идея доцента Т., попробовать найти этот долбаный коэффициент с помощью угла Брюстера провалился.
Мы его тупо не нашли.
Хотя он должен был быть.
В теории, по учебнику.
Ну не зря же этот угол обозвали углом Брюстера в самом деле.
Как-то же этот Брюстер, дай ему здоровья, обосновал, что он есть?
Мы даже заманили доцента Т. в нашу секретную лабораторию и с ним провозились сутки.
Доцент Т., хитро улыбаясь, лишь сказал нам на прощание:
-Парадокс!.
Блеать!
Я сидел в кафе в состоянии депрессии, ожидая Лёху, тупо смотрел в одну точку, обреченно покачивая ногой понимал, что нас выпрут из универа.
Нам нужен был прорыв.
И этот прорыв принес Леха!
Он приветствовал меня фразой, чувак, наш геморрой окончен, и выложил передо мной новую призму, с приклеенной к ней биркой с коэффициентом преломления!
Он спер ее в подсобке кафедры.
Как он туда попал, и как нашел, он не детализировал.
Нам оставалось лишь, пересчитав все наши измерения от обратного, заранее зная этот долбанный искомый коэффициент, перестроить весь наш огород, выставляя правильные углы и расстояния, и нормировав поляризацию, высчитать допустимые погрешности наших типа измерений, предъявить нашему руководителю ОТВЕТ!
Свет забрезжил в конце казавшегося нам бесконечного тоннеля.
Мы сели все пересчитывать.
Быстро прикинув все показатели, нам надо было только определить размер дырки в бумажке перед лазером, которую мы по идее сделали иголкой.
Через полчаса, наши расчеты были прерваны стоном Лехи.
-Еблантий! Ты знаешь какое дупло должно быть по нашим расчетам? ПОЛ МЕТРА!
Когда мы наконец то домучили всю эту пытку наукой, и предъявили нашу призму, с заранее оторванной биркой, и расчеты с ответом, научный руководитель нас поздравил.
-Ну что, я хоть и сомневался, но поздравляю вас с повторением курса оптики за 6й класс средней школы. А теперь займемся непосредственно курсовой работой.
«Путевка в жизнь»
Со стороны может показаться, что мы были тупые.
Не без этого, но, мы, и Лёха в частности просто был ленивый.
Без цели.
На 4 курсе его выперли, и он через год восстановился и таки закончил.
Но получил специалиста, а не Магистра, и пошел работать.
Устроился Леха продавалой в один из магазинов Чук и Гек, сеть магазинов торгующих микроэлементами.
По злой усмешке судьбы, он единственный из курса, кто по профилю стал работать.
А у них в конторе, была забавная мотивационная политика.
В конторе, раз в полгода можно было сдать внутренний экзамен, на теорию микроэлектроники и четырех полюсников.
Всем, кто сдал прибавляли 20% к окладу.
Лёха позабирал у все однокурсников конспекты и учебники, у кого какие остались, и за полгода нереально поднял свой уровень!
Почитай экстерном кура три маханул!
И на наших ассамблеях как выпьет, нам всем мозг начинал выносить, то рабочей точке полевого транзистора R264, или про особенности четырех полюсника Захер Мазоха, или еще какой лабудой.
Мы ему говорили тогда, какая же ты Лёха ленивая и корыстная скатина, ты 6 лет нихера ничего не делал в универе, а тут за 200 долларов весь курс трех лет выучил и теперь нам нервы трепишь, тебе больше поговорить не о чем?
Но он похоже был под таким впечатлением , что наконец то допер, чему 6 лет учились, что остановить его никаких сил не хватало.
Сейчас он генеральный директор всей сети.
Дом в Переделкино.
Как ни позвоню к нему, он пьяный.
Гадюка.
P.S.
Он мне тут историю рассказал недавно.
С нами училось два китайца, одного звали Ли Чен, как второго не помню.
Ли Чена помню, потому что шефство над ним взял, я его русскому учил разговорному а он меня китайскому.
Одним словом, учились они себе и учились.
Правда упорно учились.
Трудно им было. В языках вообще ничего общего.
Они лекции по 3 раза писали.
Сначала на лекции.
Потом брали у ботаников переписывали.
Потом сверяли два варианта и третий раз писали
Я как то взял у Ли справочник по физике Детлова. Толстенный такой справочник, мелким шрифтом. Открыл и обомлел. Над каждым словом иероглиф написан.
Вы только прикиньте, это они сначала каждое слово переводили, а потом уже читали то что получилось.
ЖЕСТЬ.
А ближе к магистерской, у них на очередном съезде КПК, вынесли постановление , что все студенты к годовщине Мао, взяли обязательство учится на пять.
Ну они мальца умом и тронулись.
И пропали с концами.
Так вот.
В Чук и Гек, решили открыть представительство в Китае. Все равно 90% они там закупают. Устроили кастинг на представителя, записалось со слов Лёхи К. более 50 000 рыл, и все типа со знанием русского.
Отправили Леху в Шанхай, проводить смотрины.
И вы тока представьте, в очереди на собеседование Лёха сталкивается с ЛИ ЧЕНОМ!
И это в полутора миллиардном то Китае.
В тот же день всем объявили, что конкурс закончен и пошли с ЛИ ЧЕНОМ водку пить.
27.01.2011
Как Татарин и Лёха К. за проститутками ходили.
Однокурсники или общага.
Однокурсники или дача.
Однокурсники или Лёха.
Однокурсники или Татарин.
Университет.
Пианино.