Эдик собирался идти гулять, выбирал себе рубашку, свитер. Анна заметила это, поняла, что не просто на прогулку собирается мальчик. Да и не мальчик уже – парень, юноша. С грустной улыбкой смотрела она на него и думала, что скоро и он уйдет из их дома, останутся они с Игорем одни. Может, конечно, Вика с Иваном переедут сюда – времена вон какие пошли: зарплату не платят почти нигде, хорошо, если у кого старики есть, так на их пенсию живут. Или огороды да хозяйство свое. На базаре цены подскочили – не дотянешься!
- Эдик, а ты надень тот свитерок, что тебе мама прислала. Он новенький и тебе к лицу, - предложила Анна, подходя к внуку.
Он смутился:
- Какая разница? И в этом хорошо!
- Ну ты же не на тренировку, просто погулять с друзьями? Вот и оденься получше!
Она протянула ему свитер. Эдик вроде бы нехотя взял его, надел. Действительно, он выглядел в нем хорошо: красный, с белыми снежинками на груди, свитер подчеркивал его блестящие черные волосы, черные тонкие брови. Не нравились ему эти брови – как у девчонки! Были бы широкие, густые, похожие на мужские. А то девчонки смеются: «Эдик, подари брови! Зачем тебе такие красивые, черные, тонкие, будто нарисованные?» И ресницы у него густые и черные. Хорошо, что хоть не длинные, а то девчонки замучили бы!
Анна подошла к нему, протянула деньги:
- Вот, внучок, возьми!
- Зачем, бабуля?
- Ну, мало ли. Захочет друг мороженого или лимонада, вот и угостишь.
Ох и хитрая бабушка! Ведь все поняла! Эдик взял деньги, положил в карман.
- Спасибо, бабуля!
Он чмокнул ее в щеку и вышел за дверь. В палисаднике еще цвели хризантемы, Эдик остановился, хотел сорвать веточку белоснежных цветов, но потом передумал: увидит кто-нибудь из одноклассников – смеяться будет!
Он пришел в парк раньше назначенного времени, прошел по аллее, потом встал за пышно дерево голубой елки, чтоб не очень видно было его. Когда увидел Олю, шедшую к парку, сердце его застучало так, что, казалось, выскочит1 Он вышел из-за елки, постарался сделать как можно более равнодушное лицо, пошел навстречу ей. Девушка была в красной курточке, такой же шапочке, из-под которой выбивались светлые колечки, которые Эдику давно хотелось потрогать.
- Привет! – сказал он. – А я думал – не придешь!
- Почему? Я ведь обещала!.
- Куда пойдем? – спросил Эдик.
- А куда ты хочешь?
- Не знаю...
- Пойдем просто погуляем по парку, - предложила Оля.
- А хочешь мороженого? Давай зайдем в кафе!
Оля с интересом посмотрела на него.
- Давай!
Они зашли в кафе, которое стояло почти в середине парка, сели за столик. Людей было немного, в основном это были мамочки с детьми, да сидела одна парочка. Эдик подошел к стойке, заказал две порции мороженого и по стакану лимонада. Официантка принесла им стеклянные вазочки с мороженым, лимонад. Оля аккуратно стала есть мороженое, а Эдик смотрел на нее, не отводя глаз. В первый раз Оля была только с ним, а ему хотелось сказать ей так много...
- Эдик, я давно хочу спросить у тебя, почему ты выглядишь, будто не русский?
- Почему не русский? Я русский.
- Но у тебя такие черные волосы, брови, глаза, и вообще ты не похож на русского.
Эдик вдруг обиделся: так вот ее что волнует больше всего!
- А если бы я действительно был не русским, ты не пришла бы?- спросил он.
- Ну, не знаю... Но ты ведь русский? – с надеждой в голосе спросила девочка.
Эдик не ответил. Ему почему-то не понравился ответ Оли. Ведь если человек нравится, то не имеет значения, кто он по национальности!
- А я бы пришел, даже если бы ты была не русской! – сказал он, не глядя на нее. – Хоть кем!
Оля поняла свою оплошность, но поправлять не стала.
Эдик хотел рассказать ей, как вспоминал о ней, когда был на соревнованиях, как мечтал, чтобы она сидела в зале, когда он побеждал, но передумал. Вдруг она не поймет?
... А Наташа решила пока не выходить замуж. Ей иногда казалось, что он не любит Володю, а иногда думала о нем все время, хотела встретиться... Как быть? А если это не любовь? Если просто влюбленность? Нет, пусть он уедет, а она посмотрит, как будет чувствовать себя без него. Она видела, как мать относится к Юре, а он к ней. Они живут уже давно, но в их взглядах друг на друга, в из словах всегда видна любовь. Однажды она услышала разговор соседок, которые не видели ее, поэтому говорили громко.
- Вот погоди, он повзрослеет, увидит, сколько вокруг молодых девок, да и уйдет от Насти. А если еще какая забеременеет от него, то Насте нечего будет сказать! Подумать только – какая разница в годах!
Наташа помнит, как испугалась тогда этих слов: а вдруг и правда понравится когда-нибудь Юре молодая, и уйдет он к ней. А потом, когда умерла ее сестричка, она опять услышала:
- Ну, теперь их не связывает ничего, то ж больное дите было, куда ему было идти? А теперь – иди куда хочешь!
Но Наташа видела, что Юра стал еще внимательнее к матери, заботливее. Глядя на них, она представляла, что когда-то и у нее будут такие же отношения с мужем. Правда, хорошо бы, если бы муж был и отцом детей...
Володя позвонил вечером. В его голосе было что-то такое, что Наташа насторожилась:
- Наташа, мне необходимо с тобой поговорить. Прямо сейчас! Я подъеду через полчаса.
Наташа собралась быстро, сказала матери, что убегает, и вышла во двор. Володя подъехал на машине, которая подвезла его прямо к воротам. Он заплатил водителю и почт подбежал к Наташе.
- Что случилось, Вовчик? – пошла навстречу ему Наташа.
- Меня отправляют сегодня ночью, - проговорил Володя, - эшелон отправляют.
- А куда? – с замиранием сердца спросила Наташа.
Владимир не ответил, только пожал плечами.
- Наташа, ты будешь меня ждать? – спросил он. – Мне очень нужно, чтобы ты меня ждала, понимаешь?
Наташе стало страшно, будто он прощался с ней навсегда. Она поспешила обнять его и прошептала на ухо:
- Я буду тебя ждать! Я очень буду ждать тебя!
- Я хотел сделать тебя своей женой, чтобы ты ждала меня как мужа, но потом подумал, что если ты дождешься меня как девушка, то значит, и женой будешь верной.
Он поцеловал ее и сказал, что должен идти собираться, потому что сбор назначен на двадцать часов.
Наташа ушла домой, ее не оставляла тревога. Если его посылают туда, как это сейчас называют – в горячую точку, то с ним может случиться все, что угодно. Она пожалела, что когда он настаивал на близости, говорил, что ведь все равно они поженятся, она не решилась. А теперь они могут больше не встретиться...