— Ты опять взялась за своё? — не удержалась Настя, чувствуя, как внутри её борются непонимание и гнев. — Почему ты молчишь? Но мать по-прежнему не говорила ни слова.
— А что за тон? Я попросила меня не отвлекать от дел, — вдруг ответила Ирина Александровна.
— А, даже так. Могла бы ты прислать официальное медицинское заключение, результаты анализов и прочую сопутствующую документацию? — Настя не оставляла попыток перейти к сути, её голос звучал настойчиво.
Это вторая часть истории. Начните читать с первой части. Она здесь:
— Зачем это тебе? Я сама во всём разберусь. — Ирина Александровна явно не собиралась сдаваться.
— Ты же обратилась ко мне за помощью, вот мы и нашли в Москве хорошего онколога, — настойчиво продолжала Настя. — Пусть посмотрит, подскажет, проконсультирует, расскажет о новых методиках лечения. Как говорится, одна голова хорошо...
— Кто это «мы»? — прервала её мать.
— Что, прости? — ответила Настя, не до конца поняв вопрос.
— Ты сказала «мы нашли специалиста». Каким образом? — Ирина Александровна посмотрела на своё отражение в окне, как будто искала там подтверждение своих слов.
— Миша нашёл, — едва слышно произнесла Настя.
— Дочь, ты поумнее ничего придумать не смогла? — Лицо Ирины Александровны исказилось от недовольства. — Кого твой так называемый муженёк найти может на своём складе? Его друзья водятся только среди работников этого самого склада, дворников и охранников. Я скорее бы поверила, что ты обшивала какого-нибудь профессора или кандидата наук. Ты же у нас теперь опытная швея, занимаешься «серьёзным» делом. Вот какой-нибудь профессор к тебе и обратился: джинсы подшить. Но чтобы полезные знакомства завёл твой никчёмный муженёк…
— Ну, какая же я теперь швея? Видишь ли, мама обратилась ко мне и слёзно попросила крупную сумму денег. А мы со своим никчёмным муженьком продали почти всё, чтобы ей помочь…
В этот момент Миша нахмурился, услышав, что речь шла о нём, и хотел что-то возразить, но потом удобно развалился на кресле и улыбнулся. Он продолжал наблюдать за супругой, не вмешиваясь в разговор.
— Так что нет у меня больше никакой машинки. Прости, но даже джинсы профессору подшить больше нечем. Как видишь, я продолжила катиться в бездну по карьерной лестнице, — сказала она, чувствуя, как накаляется противостояние.
— Дочь, с твоей внешностью заранее обречь себя на бесперспективное будущее. У тебя такие женихи были, сейчас бы могла жить и ни в чём себе не отказывать. Ну и семье бы помогла, — резко ответила Ирина Александровна.
— Ты мне зубы не заговаривай. Ты правда больна? — в голосе Насти слышалась искренность.
И в этот момент она нечаянно уловила в телефонной трубке приторный голос молодого человека:
— Ириша, любимая, я соскучился. Ты совсем забыла о своём Мурзике.
Настя хихикнула, а мать попыталась закрыть рукой микрофон, но не успела. Фраза благополучно долетела до дочери.
— Всё понятно, Мурзик значит. Чего не Тузик или Бобик? Не звони мне, говорит, не мешай больным. А сама укатила на курорт! — смех Насти резонировал по комнате.
— Ну да, да, я не больна. Такой шанс на миллион выпадает. Ты бы его видела. Я ничего не могу с этим поделать, твоя мама — интересная женщина, — легко ответила Ирина Александровна, словно оправдываясь. — Могу я в свои 48 лет немного потерять голову?
— 55, — отрезала Настя.
— Что прости? — Ирина Александровна сделала вид, что не понимает, о чём говорит дочь.
— Тебе 55 лет, кого ты пытаешься обмануть? — упорствовала Настя.
— Фу, дочь, как вульгарно? Тебе приятно обижать маму? — промычала Ирина Александровна, но её голос звучал неуверенно.
— Шанс на миллион, говоришь? — продолжала Настя. — Насколько я помню, этот шанс тебе выпадает в третий раз только за последний год. Видимо, ты очень удачливая, при таких вероятностях срываешь очередной куш.
— Я просто любвеобильная, — произнесла Ирина Александровна, не в силах скрыть улыбки.
— Я бы назвала это иначе... — сказала дочь, с кривой усмешкой на лице.
— Я поняла, ты позвонила мне, чтобы меня оскорбить. И вообще, мы договорились с тобой, что не будем вмешиваться в наши личные дела, — парировала мать.
— А, то есть ты моего мужа можешь оскорблять при любой удобной возможности, а я не могу вмешиваться в твою жизнь? — дочь вздохнула, пытаясь сдержать эмоции.
— Я не вмешиваюсь, я просто высказываю своё мнение. На том основании, что я твоя мама и всегда буду о тебе заботиться, — с лёгкой ноткой зазнайства произнесла мать.
— Ну ты меня просто осчастливила своей заботой! — дочка не смогла сдержать сарказма. — Выпросила последние деньги на лечение и укатила на заграничный курорт. Ты просто мать года!
— Деньги? — мать фыркнула. — Ты бы знала, как здесь всё дорого. Мы поехали всего на две недели, а денег почти не осталось! А вот нормальный зять сам бы дал денег на хороший тур, а не заставлял бы меня их выпрашивать. И поселил бы в нормальную гостиницу, а не в этот клоповник!
— Почему ты ведёшь себя как недоделанная олигархиня? Ты ведь прекрасно знаешь, чем это закончится — он снова тебя бросит! — дочь почувствовала, как вскипающая злость прорывается наружу.
— Не будь пессимисткой, дочь. В этот раз всё будет иначе! Ты же его совсем не знаешь. У него просто сейчас нет свободных средств, все деньги в бизнесе, — мать уверенно отстаивала свою позицию.
— Я просто тебе поражаюсь, — начала дочь, подавляя волнение. — Я молчала, когда ты проматывала отцовское состояние, хотя отец оставил деньги нам обеим. Потом ты продала папину квартиру, обещала половину, но я так понимаю, денег больше нет? Но это уже край — ты уже воруешь у дочери?
— Это мои заслуженные деньги, — ответила мать, отведя взгляд. — Я промучилась в этом браке целых 20 лет. И не я виновата в том, что твой отец умер, бросив нас почти ни с чем. А твою жизнь тебе обязан обеспечить супруг. Я так понимаю, он не справляется.
— Ни с чем? — возмутилась дочь, сжимая руки в кулаки. — Отец умел зарабатывать, а ты всегда только тратила. Вместо того чтобы помочь нам с Серёжкой, ты только думаешь о себе! Ты могла бы хотя бы иногда побыть бабушкой, — произнесла дочь с огорчением в голосе.
— Бабушкой? Даже слова этого не произноси! Никогда, слышишь! Я молодая женщина в самом рассвете сил, и я не позволю запереть себя в четырёх стенах. Мне нужна свобода! Бабушкой! Ты что, думаешь, я должна повязать косынку, печь пирожки и менять подгузники? Нет уж, увольте!
— Молодая женщина 48 лет. Я помню. Вот только любая нормальная бабушка была бы рада пообщаться с внуком, — с горечью произнесла дочь.
— Любая пусть и занимается, а я не стану! — мать зашлась в своём упрямстве. — По крайней мере, не с этим внуком и не от этого мужчины.
— Ладно, ты меня уже утомила, — дочь попыталась взять тайм-аут. — Мы с Мишкой давно привыкли справляться своими силами. Я просто хотела сказать — раз произошло чудеснейшее выздоровление, ты можешь спокойно вернуть наши деньги, верно?
— Ну да, я верну, чуть позже, мне это скоро возвратят долги... — мать произнесла это с неопределённой интонацией.
— Вот и славненько, — подытожила дочь и быстро повесила трубку.
— Ты представляешь, Миша? У меня это в голове не помещается, — сказала Настя, присаживаясь рядом с мужем.
— Да, высокие у вас взаимоотношения, ничего не скажешь, — ответил Миша, с недоумением глядя на неё.
— А нечего, пусть возвращает деньги тогда, — с горечью произнесла Настя. — И вообще, я её видеть не хочу.
— Мне кажется, ты сама себе противоречишь, Настюш, — с лёгким намёком на иронию сказал Миша.
— То есть? — спросила она с заинтересованностью.
— Ты говоришь, что видеть её не хочешь, но просишь вернуть долг. А есть верная примета — хочешь, чтобы человек пропал из твоей жизни, дай ему денег в долг. И желательно приличную сумму. Тогда человек сам исчезнет и перестанет тебя беспокоить.
— А если он настолько наглый, что появится снова? — Настя посмотрела на мужа вопросительно.
— Тогда ты напомнишь ему про долг и попросишь его погасить. И добавишь, что согласна общаться только после полного погашения, — муж заметно успокоил её.
— Хм, я никогда не задумывалась об этом. Ты у меня всё-таки гениальный муж! — с улыбкой призналась она.
— Мать твоя бы с тобой поспорила, — подметил он с лёгким смешком.
* * *
— Снова домой в одиннадцать вечера? Миша, ты чего-то задерживаться стал допоздна в последнее время. Ты себе любовницу что ли завёл, я не поняла? — с насмешливым тоном произнесла Настя, оценивающе глядя на мужа.
— Мне одной мало, завёл сразу двух, — с усталой улыбкой ответил Михаил, снимая обувь. — Одну встречаю по вечерам, а вторую собираюсь навещать по ночам и на выходных. Всё равно дома крики, плач...
В этот момент в комнате повисло напряжённое молчание. Настя замерла, поймав его ядовитый взгляд, в котором мелькали не только шутка, но и какая-то затаённая обида. Её сердце заколотилось, и она вдруг поняла: за этой легкомысленной игрой скрывался настоящий кризис.
— Миша... — начала она, но он прервал её, и в голосе его зазвучала непривычная серьёзность.
— Я не могу больше, Настя. Нам нужно кое-что решить...
Конец второй части.
Вышла третья часть данной истории (заключительная). Вон она:
А вот ещё интересные истории: