История полностью выдуманная. Все совпадения с реальными людьми и реальными случаями в жизни случайны.
Почерк дрожит, словно лист на ветру. Страницы испачканы чем-то липким, похожим на смолу. Или чернилами? Нет… Чернила не пахнут серой.
Кажется, я схожу с ума. Нет, не так. Я уже сошел. Только мир этого не заметил. Или… заметил, но притворяется, что все в порядке.
Все началось с пустоты. Не той, что приходит с грустью, а другой — острой, как лезвие. Как будто кто-то вырвал из груди все, что делало меня мной.
Потом пришли сны. Вернее, не сны, а просыпания. Я лежал в постели, но чувствовал, как сознание проваливается куда-то вглубь. Туда, где стены дышат, а воздух густеет в жидкий ужас.
Там все было… перекошено. Звуки текли, как расплавленное стекло, тени цеплялись за ноги, а время то бежало, то застывало. И посреди этого — Он.
Сначала Регон был лишь шепотом в тишине. Ощущением, что за спиной стоит кто-то. Потом стал являться в обликах. То как старый друг, то как незнакомец с слишком белыми зубами. Но всегда — с кожей чернее ночи и глазами, как раскаленные угли.
Он знал каждую мою тайну, каждый стыд. Был зеркалом, которое показывает всё, что я закопал в себе.
На днях он пришел как она. Та, что когда-то назвала меня слабым. Тот же голос, те же жесты. Но когда она коснулась моего лица, кожа слезла с ее пальцев, обнажив когти. «Почему ты не спас нас?» — прошипела она, и я понял — это ловушка. Он вытащил из памяти тот день, когда я струсил. День, который до сих пор жжет изнутри.
Я попытался бежать, но пол стал вязким, как болото. Регон смеялся, а стены сжимались, выталкивая меня к нему. «Ты — мой сосуд, — прошептал он, — я вырасту из твоих сомнений и разорву тебя изнутри».
Он начал являться наяву. Вчера увидел его в витрине магазина — мое отражение держало в руке разбитое сердце. Сегодня нашел у двери мёртвую бабочку с крыльями, на которых было нацарапано: «Ты уже мой».
Но самое страшное — тишина. Когда он рядом, гаснут все звуки. Ни шагов, ни ветра за окном. Только свист в ушах, будто мир замер в ожидании конца.
Он предлагает сделку. Каждую ночь. «Отдай мне страх быть брошенным, и я оставлю тебя», — говорит он, оборачиваясь тем, кому я когда-то доверял и на кого был обижен. Это были мой лучший друг, который предал меня и учительница, которая когда-то назвала меня безнадежным. Я почти согласился. Но заметил — их тени кривлялись, принимая формы с рогами и крыльями.
Сегодня проснулся с синяками на запястьях. «Сомнамбулизм». Но я знаю правду. Это он тащил меня в астрале, пытаясь вырвать душу. Я вырвался, крича: «Я не твоя жертва!». Он лишь рассмеялся: «Жертва? Ты — мой садовник. Ты сам поливаешь сорняки в своей душе».
Сейчас пишу это, зная — он читает через мое плечо. Его дыхание обжигает шею. Может, Регон — не демон. Может, он — крик всех моих непрожитых ран.
А может, я уже стал им.
Конец записи.
Подписывайтесь на мой канал в телеграме
Поддержать канал можно здесь