Шёл 1771 год. Императрица Екатерина, взошедшая на престол благодаря перевороту, правила Россией твёрдой рукой. Дворцовые стены шептали секреты, а придворные плели интриги, словно кружево. Положение самой государыни оставалось зыбким – призрак свергнутого мужа незримо витал во дворце.
Павел, её единственный сын и наследник, вызывал у матери скорее досаду, чем любовь. Болезненный, нервный юноша семнадцати лет – не таким она видела продолжателя династии. Но императрица понимала: трон без преемника подобен крепости без фундамента.
Размышляя о женитьбе сына, Екатерина мучилась сомнением: способен ли хилый цесаревич вообще дать наследника короне? Этот вопрос не давал ей покоя, пока взгляд не остановился на Софье Черторыжской – двадцатипятилетней фрейлине, недавно овдовевшей.
Софья происходила из семьи литератора Ушакова. Отзвуки детства, проведённого среди книг и разговоров об искусстве, слышались в её речах. В девятнадцать она вышла за генерал-майора Михаила Черторыжского, служившего при Петре III. Шесть лет брака пролетели как один миг – в 1771 году супруг скончался, не оставив детей.
Фрейлина не блистала умом, но покоряла сердца искренней улыбкой и удивительным даром слушать, понимать, сопереживать. В её присутствии люди становились лучше, словно оттаивали от дворцовой стужи.
Однажды на балу, когда вальс кружил пары по залу, Екатерина отвела Софью в нишу у окна. Свечи дрожали, отбрасывая тени на лица обеих женщин.
— У меня дело государственной важности, — прошептала императрица, глядя прямо в глаза фрейлине. — Сблизься с цесаревичем.
Софья не задавала вопросов. При дворе лишние слова стоили дороже золота. За услугу Екатерина обещала выгодный брак, о котором вдова могла только мечтать.
Заинтересовать Павла оказалось несложно. Юноша, выросший под холодным материнским взглядом, тянулся к теплу и ласке, как озябший путник к огню. Вскоре Софья забеременела, развеяв сомнения императрицы о способности сына продолжить род.
Летом 1772 года, когда сады Петергофа утопали в зелени, Софья родила мальчика. Екатерина вздохнула с облегчением – теперь можно было устроить настоящий брак для наследника. На следующий год Павла женили на принцессе Вильгельмине Дармштадтской.
Пришло время выполнять обещание. Софье подыскали блестящую партию – Петра Разумовского, сына бывшего гетмана Украины. Старый граф скрипел зубами от злости, но перечить императрице не посмел. Невестка с сомнительной репутацией никак не вписывалась в его планы, но царская воля – закон.
Молодым преподнесли роскошный свадебный подарок от Павла. Тридцать тысяч рублей. Сумму, за которую можно было купить поместье средней руки.
Удивительно, но брак, заключённый по расчёту, оказался на редкость удачным. Разумовские путешествовали по Европе. Они наслаждались прохладой альпийских лесов и роскошными видами. Детей в этом союзе не случилось, но Софья, казалось, обрела наконец покой, словно буря в её душе утихла.
Всё изменилось в 1796 году, когда Павел, давно простившийся с юношеской робостью, взошёл на престол. Новый император тут же вызвал Разумовских в Россию. Графа определили в Сенат – почётная должность без реальной власти. Лишь Бог знает, что творилось в душе Павла при встрече с женщиной, подарившей ему первенца.
Оставшиеся семь лет жизни Софья провела в Петербурге, среди гранитных набережных и осенних туманов. Здесь она и умерла в 1803 году. Не дожила до пятидесяти семи лет совсем немного. Говорят, перед смертью она часто стояла у окна. Вглядывалась вдаль, будто ждала кого-то, кто так и не пришёл.
А что же стало с ребёнком? Мальчика назвали Семёном Афанасьевичем Великим. В этой фамилии многие видели намёк на происхождение от Великого князя – Павла.
Екатерина забрала внука у матери. Она рассчитывала в случае необходимости объявить его наследником. Однако в 1777 году великокняжеская чета родила сына Александра. И надобность в «запасном» отпала. Семёна вернули Софье.
До восьми лет мальчик жил у Разумовских, а затем поступил в Петропавловскую школу. По указу императрицы ему дали отличное образование, но запретили упоминать о настоящем отце. Семён рос, не зная, чья кровь течёт в его жилах.
Окончив школу, он получил чин сержанта Измайловского полка. Но его манило море. Бескрайнее пространство, где нет ни дворцовых интриг, ни лжи. В 1789 году юноша окончил Морской кадетский корпус. Не долго думая, он, практически сразу, отправился служить на Балтийский флот.
Молодой офицер отличился в сражениях со шведами. После битвы 22 июня 1790 года его отправили с донесением о победе к императрице. Екатерина впервые за долгие годы увидела внука. Статного мужчину с прямым взглядом. Что промелькнуло в её глазах? Гордость? Сожаление? История умалчивает. Известно лишь, что по её приказу Семёна произвели в капитан-лейтенанты и отправили в Англию.
Согласно официальной версии, жизнь Семёна оборвалась 13 августа 1794 года в Карибском море. Корабль попал в шторм и затонул, унося в пучину тайну рождения молодого офицера. Ему было всего двадцать два года.
Впрочем, существует и другая версия. Историк дома Романовых, Великий князь Николай Михайлович, выдал свою версию. Он полагал, что загадочный старец Фёдор Кузьмич, появившийся в Сибири в 1830-х годах, – это не император Александр I. А ведь так думали многие. Он говорил, что это его единокровный брат Семён, уцелевший в морской катастрофе.
Мы никогда не узнаем правды. Софья Ушакова сыграла свою роль в исторической драме – родила первенца будущему императору, доказав его способность продолжить династию. Награда нашла её в виде титула, безбедной жизни и, возможно, толики счастья с понимающим супругом. Так обычные люди становились фигурами в большой игре монархов, даже не подозревая об этом.