Из детского сада Марина вернулась раньше обычного — заведующая отпустила после утренника. В прихожей, снимая плащ, заметила на тумбочке стопку квитанций. Сергей обычно разбирал почту, но сегодня, видимо, спешил. Она машинально перебрала конверты: счет за свет, за воду, уведомление из налоговой...
В графе «собственник» стояло чужое имя. Анна Сергеевна Климова.
Марина перечитала бумагу трижды, пытаясь понять, не ошибка ли это. Потом бросилась к шкафу, где хранились документы. Нашла старые квитанции: везде значился Сергей Валентинович Климов. А теперь — Анна.
Дочь.
Марина опустилась на пол прямо у шкафа, не чувствуя твердых досок паркета под коленями. Паркета, который она выбирала сама, объездив пять магазинов.
Сергей вернулся в восемь, как обычно. Поцеловал ее в щеку, стряхнул дождевые капли с плеч.
— Ужинать будем? — спросил, не замечая ее лица.
— Я не голодна, — Марина сидела за кухонным столом, между ними лежала квитанция. — Объясни мне это.
Сергей мельком глянул на бумагу и открыл холодильник.
— А, ты уже видела. Ну да, переоформил квартиру на Анну.
— Когда? — голос Марины звучал слишком тихо.
— Месяц назад примерно.
— И не счел нужным мне сказать?
Он достал контейнер с ужином, поставил в микроволновку.
— Марин, ну что тут такого? Я решил обеспечить дочь. Ей восемнадцать, поступать скоро.
— Это наш дом, Сережа.
— И дальше будет наш, — он пожал плечами. — Живи спокойно. Аня тебя уважает, никогда не выгонит.
Микроволновка пискнула. Сергей сел напротив, взял вилку, словно всё было в порядке.
— Я проводила ремонт, — Марина смотрела на него, как на незнакомца. — Я выбирала каждую вещь в этом доме. Я помню, где куплена каждая лампочка.
— Так и продолжай. Кто тебе мешает?
— А если с нами что-то случится? Если ты решишь уйти, как ушел от первой жены?
Сергей отложил вилку.
— Опять ты за своё. Я от Аниной матери ушел по обоюдному решению. И квартиру им оставил. Чего ты боишься?
— Я боюсь, что для тебя я — временная. Как жена номер один.
— Господи, Марина. Ну хватит драматизировать.
Тарелка стояла между ними, как нейтральная полоса.
На работе Марина двигалась на автопилоте. Утренний круг с детьми, занятия, обед. Трехлетняя Соня не хотела есть суп.
— Там морковка, а я морковку не люблю.
— Морковки там нет, — машинально ответила Марина, хотя суп был именно с морковью. Поймала взгляд напарницы и вдруг рассмеялась — горько, глухо. — Прости, Сонечка. Ты права. Там есть морковка.
Вечером она позвонила матери. Та выслушала и вздохнула:
— Я всегда говорила: оформляй на себя хоть долю. Но ты же лучше знаешь.
— Мам, мы семья. Я верила.
— Наивная ты, доченька. Мужики — они все одинаковые. Ты это... с юристом посоветуйся. Может, что-то можно сделать.
Юрист сказал, что ничего сделать нельзя. Имущество, приобретенное до брака или полученное в наследство, не делится. А тут и брака-то нет, они не расписаны.
— Но я вложила деньги в ремонт. У меня есть чеки.
— В каком размере?
— Не знаю... Тысяч двести, наверное.
— Судиться можно, но шансы невысокие. И отношения испортите окончательно.
Неделя прошла в каком-то забытьи. Марина просыпалась, уходила на работу, возвращалась. Готовила ужин. Все как прежде. Только внутри — пустота.
После работы она зашла в строительный магазин. Тот самый, где три года назад они с Сергеем выбирали плитку для ванной. Походила между стеллажами. Вдохнула запах краски и дерева.
Вспомнила, как спорили из-за цвета стен в спальне. Он хотел серые, она — теплый беж. Выбрали беж. Теперь ей казалось, что каждая стена помнит ее прикосновения. Помнит, как она клеила обои, стоя на стремянке. Как красила потолок, испачкав волосы. Как ждала его с работы, чтобы показать результат.
На кассе очнулась — в руках валик и банка краски. Зачем? В чужом доме?
С Аней Марина столкнулась через десять дней. Та заехала к отцу за какими-то документами. Стройная, с волосами, собранными в небрежный пучок. На Марину смотрела без улыбки.
— Привет, как учеба? — спросила Марина, делая вид, что все нормально.
— Нормально, — Аня прошла на кухню, включила чайник. По-хозяйски открыла шкаф, достала чашку. Ту самую, с котятами, которую Марина купила на распродаже.
— Пап сказал, у вас тут какие-то проблемы.
Чайник закипал, и его шум казался оглушительным.
— Проблемы? — переспросила Марина. — Нет. Просто я узнала, что живу в квартире, которая теперь твоя.
Аня пожала плечами, как недавно ее отец.
— А что изменилось-то? Ты как жила, так и живешь.
— Изменилось всё, Аня.
С подругой Ольгой они встретились в кафе. Та слушала внимательно, без перебиваний.
— Я не понимаю, — говорила Марина, вертя в руках чашку. — Ведь получается, что я работаю воспитателем в саду за двадцать тысяч, плачу за коммуналку, готовлю ему, убираю, а жилье мое где? Я вложила в эту квартиру каждую копейку с премий. А что в итоге имею?
— Брак оформлен? — спросила Ольга.
— Нет. Собирались, но все откладывали.
— Ясно, — Ольга отпила кофе. — И что теперь?
— Не знаю, — честно ответила Марина. — Я его не узнаю теперь. Как будто чужой человек рядом живет. Оказывается, он может принять такое решение и даже не посчитать нужным обсудить.
— Уйдешь?
— А куда? На съемное, с моей зарплатой?
— К маме?
Марина покачала головой:
— Там своя история. Она с отчимом, места мало.
— А чего ты хочешь?
— Хочу, чтобы дом был моим. По-настоящему моим. Чтобы никто не мог выставить меня оттуда. Мне тридцать четыре, Оля. Я думала, у нас с Сергеем все серьезно.
— А дети? Вы ведь хотели?
— Их у меня целая группа. Двадцать пять штук, — Марина улыбнулась сквозь слезы. — На своих пока не заработала.
Сергей заметил перемены не сразу. Сначала — что Марина перестала покупать цветы. Раньше каждую пятницу приносила букет. «Это же наш дом, ему нужна жизнь», — говорила она. Теперь ваза на комоде стояла пустой.
Потом — что завтраки стали проще. Вместо омлета с овощами и сыром — простая яичница.
— Ты заболела? — спросил как-то.
— Нет, просто нет настроения возиться.
Еще через несколько дней он нашел на ее телефоне открытую страницу с объявлениями о сдаче квартир.
— Ты что, съезжать собралась? — в его голосе было больше удивления, чем обиды.
— Просто смотрю варианты, — пожала плечами она.
— Марин, да хватит уже. Ну подумаешь, переоформил. Я же для Ани, она моя дочь.
Марина смотрела в окно. Дождь начинался, мелкий, осенний.
— А я кто? — спросила тихо. — Кто я тебе, Сережа?
Он не ответил сразу. Потом неловко обнял ее со спины:
— Ты моя женщина. Мы же вместе, все хорошо.
— Нет, не хорошо, — она высвободилась из его рук. — Ты оставил своей первой жене целую квартиру. А мне — что? Угол в квартире твоей дочери?
— Я тебя не понимаю, — в его голосе прорезалось раздражение. — Тебе что важнее — бумажка или отношения?
— Дело не в бумажке. А в том, что у тебя в голове.
Вечером Марина сидела на кухне. Сергей уехал по делам. За окном моросил тот же дождь, не прекращаясь. Она рассеянно гладила пальцами столешницу. Вспомнила, как выбирали ее в магазине, как радовались, когда доставили, как собирали вместе.
Открыла телефон, нашла объявления о сдаче комнат и квартир. Вчера присмотрела вариант — маленькая студия на окраине. Тесно, но жить можно. И платить сможет.
Телефон зазвонил неожиданно, высветилось «Мама».
— Привет, доченька. Как ты там?
— Нормально.
— Решила что-нибудь?
Марина смотрела в темное окно. Отражение кухни наслаивалось на ночь за стеклом.
— Мам, а если бы ты оказалась на моем месте, что бы ты сделала?
— Я бы не оказалась, — фыркнула мать. — Я бы сразу документы проверила. Но если бы... Ушла бы, наверное. Нечего время терять.
После разговора Марина еще долго сидела неподвижно. Потом открыла сайт с объявлениями снова. На телефон пришло сообщение от арендодателя той самой студии: «Квартира еще свободна, приезжайте смотреть».
Марина закрыла глаза. Все вещи здесь выбраны ею. Шторы сшиты по ее эскизам. Полки на стенах вешал Сергей, но место для каждой книги определяла она.
Она открыла глаза и ответила на сообщение: «Завтра приеду».
Потом просто сидела, слушая дождь. И с каждой минутой все отчетливее понимала: пора искать место, которое будет только её.
Сложная история. Уйти или остаться? Как думаете, как правильно поступить героине?
История об отношениях свекрови и невестки. Скажете классика жанра? Нет, эта история вас удивит!
Не забудьте подписаться на канал, чтобы не пропустить новые истории