Жизнь у Оли с самого детства была не лёгкой - родители погибли рано, девочка попала в детдом, будучи уже семилетней. Тяжело было обычному домашнему ребёнку привыкнуть к новой реальности: другие дети, побоевее и похулиганистее, стали устраивать девочке травлю, всячески издеваться над ней.
Оля всё пережила. Со временем она научилась давать отпор обидчикам, стала немного смелее и решительнее. Но чувство одиночества, ненужности никуда не делось, а потому всё равно страдала излишней доверчивостью и наивностью.
Оля училась в колледже, когда ей исполнилось восемнадцать лет. Квартиру сирота получила быстро, без бюрократических проволо́чек - в городе за этим тщательно следили. И началась самостоятельная жизнь.
Девушке казалось, что её буквально выкинуло в жизнь - настолько всё было чуждо и непривычно. И одиноко. Конечно, были друзья, подруги - но по-прежнему не было рядом никого родного и близкого. А потому она словно родилась заново, когда в её жизни появился Костя - простой деревенский парень, который учился в параллельной группе с Олей.
У ребят довольно быстро всё закрутилось и через некоторое время они поняли, что не смогут жить друг без друга. Уже спустя пару месяцев от начала отношений Костя переехал к Оле в ту самую квартиру, которую она получила от государства.
***
Жизнь текла своим чередом. Уже почти год молодые люди жили вместе и в один прекрасный вечер Костя пришёл домой с огромным букетом роз.
Оля даже растерялась. С деньгами у двух студентов было не очень хорошо, но они не унывали. Очень хорошо помогали Костины родители, которые приняли Олю, как родную дочь, Костя иногда таксовал на своей старенькой десятке, а Оля писала тексты на заказ. Так и жили.
- А что за повод? - спросила Оля, расплываясь в улыбке.
Она уткнулась носом в букет, вдыхая благородный аромат роз.
- Оль, я тут подумал, что нам надо узаконить отношения. В общем, я делаю тебе предложение...
Оля растерялась и обрадовалась. И даже то, что купить кольцо Костя не смог, вовсе не расстроило её. Она сказала "да". Утром - был выходной день - Костя позвонил родителям и они договорились устроить праздник по случаю помолвки. А в понедельник решили идти в ЗАГС, чтобы подать заявление.
Но этим мечтам не суждено было сбыться. Вечером Костя не вернулся с подработки. Вначале трубку никто не брал, а потом с телефона Кости позвонил следователь и сообщил Оле, что Костю убили. Пьяные хулиганы обиделись, что Костя отказался везти их и избили его до смерти.
Мир рухнул. Снова. Неизвестно, кому было тяжелее - Оле или родителям Кости. Конечно же, нет ничего страшнее, чем когда родитель хоронит своё дитя. Но у мамы и папы Кости осталось ещё двое детей, а у Оли теперь вновь не осталось никого.
Похороны прошли, как в тумане. Родители Кости уехали, наказав звонить, если что, и девушка осталась одна. Одна в стенах, где всё напоминало счастливые моменты вместе с Костей. В колледже было не легче - в коридорах она невольно искала глазами любимого, и когда осознавала, что не найдёт, накатывала всепоглощающая тоска, а сердце сжималось от боли.
Шли дни, но лучше не становилось. Олю накрыла депрессия, а из поддержки была только подруга Аня, при виде которой Оле становилось только хуже: ведь Анин парень жив и они собирались пожениться, а Кости нет и больше не будет.
- Оль, ты сходи в церковь хотя бы, если к психологу не хочешь, - настаивала Аня, глядя на осунувшуюся подругу, - Ты же себя погубишь так. Хочешь, я пойду с тобой?
Оля покачала головой:
- Нет, я сама.
В голове созрел план. Там, рядом с церковью в их микрорайоне, протекала речка с быстрым течением. Она сходит в храм, заранее покается в будущем поступке и с помощью этой реки уйдёт к Косте. Отойдёт подальше от людских глаз и прыгнет с обрыва... Всё равно она одна в этом мире. Никто не вспомнит и грустить не станет...
***
Оля задумала осуществить это страшное дело тем же вечером. Она вышла из дома, то и дело оглядываясь по сторонам, словно опасалась, что кто-то раскроет её страшную тайну и помешает осуществить задуманное.
Церковь, красивое, величественное здание с тремя золотыми куполами, располагалась в десяти минутах ходьбы от дома Оли, сразу за мостом.
Пошла Оля через старый парк. Она шла, опустив голову и не замечая никого вокруг. Дойдя до середины моста, сразу за которым расположились ворота в храм, она на секунду остановилась.
Внезапно налетел сильный ветер, сгустились мрачные, сизые тучи, хотя ещё секунду назад на небе не было ни облачка. И всё резко как-то посерело, поблёкло, будто кто-то неизвестный выкрал у мира все краски. По земле, словно невесомая зыбка, стелился прозрачный туман. Оля удивилась такому резкому изменению погоды, но отмахнулась, решив, что так будет даже проще.
Она решительно направилась к храму. Зайдя внутрь, она с удивлением отменила, что храм был пустым, хотя обычно такого не бывало: это была единственная церковь на весь микрорайон, а потому она никогда не пустовала. Оля растерянно уселась на скамейку и задумалась. Ни батюшки, ни работниц, ни прихожан - будто вымерли все. Из глаз потекли слёзы. Оля рыдала долго, громко, не сдерживая себя - навзрыд. Она отчаянно бормотала горькие слова о своей несчастной судьбе, сетовала на несправедливость и отчаяние. И вдруг почувствовала, как рядом кто-то присел.
Оля обернулась. Рядом сидела, загадочно улыбаясь, миловидная женщина средних лет. Её блёклые серые глаза были чуть прищурены, волосы заплетены в густую косу.
- Да, милая, жизнь - это испытание, - вдруг заговорила женщина. Её голос звучал, словно эхо, - Порой очень тяжёлое, кажущееся невыносимым. Большое горе у тебя, вижу. Огромное. Кажется, что не обойти его, не облететь, оно всё собой закрыло. Тяжкое бремя, правда?
- Кто вы? - всхлипывая, спросила Оля.
- Человек, - пожала плечами странная собеседница, - Такой же, как ты. У меня тоже было горе. И я поступила так же, как ты. Ты уже заранее тут оказалась, ещё не осуществив задуманное, а значит ты уже почти не живёшь. Ты существуешь.
Голос её звучал всё глуше, как из трубы.
- Но тебе нельзя тут быть, - продолжала она, - Нельзя. Зря ты позволяешь тоске есть твою душу, разрушая её.
Оля хотела было встать и уйти подальше от сумасшедшей женщины. Что ж, видимо, не судьба помолиться напоследок...
- Ты думаешь, что ты одна. Но это не так. Ты просто ещё не знаешь... А потому - уходи! И не смей делать то, что ты хочешь! Не повторяй моих ошибок!!!
Вдруг взгляд женщины стал злым, глаза ещё сильнее прищурились. Губы сложились в ниточку, а лицо приобрело сероватый оттенок.
Она схватила Олю за шею и надавила пальцами на сонную артерию, отчего в глазах сразу же потемнело и Оля потеряла сознание...
***
Очнулась Оля от того, что кто-то брызнул на неё водой. Она открыла глаза и увидела над собой яркое, голубое небо, а также склонившуюся над ней взволнованную пожилую женщину в платке.
- Ну слава Богу! - воскликнула женщина, - Как ты, доченька? Вон бледная какая! Разве можно в твоём положении так плохо питаться?
Оля нахмурилась:
- Что случилось?
Подошёл молодой мужчина с собакой:
- Вы сознание потеряли. Хорошо, что тётя Рая рядом оказалась, она вас поймала, а то бы вы расшиблись вся.
- Дочка, ты в храм шла?
- Да-а-а-а, - растерянно протянула Оля.
- Ну придётся отложить, я скорую вызвала, - улыбнулась Раиса, - Нельзя так легкомысленно относиться к своему здоровью беременной женщине.
- С чего вы взяли, что я беременна? - нахмурилась Оля.
Раиса засмеялась:
- Дочка, у меня семеро детей, шестнадцать внуков, и уже три правнука, я это состояние определяю лучше любого теста! Так, скорая вон приехала... Тебя есть, кому сопроводить? Нет? Тогда я с тобой поеду. Я матушка этого храма. Миш, зайди к отцу Серафиму, скажи, что я с болящей на скорой уехала.
- Тёть Рай, я же с собакой! С собакой в храм нельзя! - возмутился молодой мужчина.
- Бог простит ради благого дела, - отмахнулась матушка Раиса.
***
Уже в скорой Оля, плача, выдала матушке всё, что с ней произошло. И внезапно стало как-то легче, словно груз с плеч свалился. Хотя врач скорой и сказал, что у Оли истощение, поэтому она и потеряла сознание.
- Матушка, а что ж это за сон был? И кто эта странная женщина во сне?
Раиса погрустнела.
- Это, Олечка, некогда была наша прихожанка, Людмила. У неё так же, как у тебя, в один миг случилось много горя и она не выдержала. Ушла так, как ты хотела уйти. И вот видишь, застряла где-то между жизнью и смертью, в ещё большем одиночестве, чем при жизни. Потому что то, что ты задумала - страшный грех. Самый страшный. Жизнь даёт Господь, и только ему виднее, когда её забрать. Тем более ты не одна. Вот увидишь, я права.
Раиса улыбнулась и подмигнула Оле.
А уже в больнице выяснилось, что действительно, Оля ждёт ребёнка - уже почти восемь недель. И девушка испугалась. Ведь не случись этого внезапного провала между мирами у ворот храма - она скорее всего совершила бы задуманное, убив тем самым и себя, и частичку погибшего любимого человека.
Когда Олю выписали, всё пошло по-другому. Девушка сообщила родителям Кости, что они станут бабушкой и дедушкой, и те невероятно обрадовались. Когда родился Витя, она продолжила учиться - родители Кости помогали с внуком. А потом уже и всё остальное наладилось. Нечасто, но Оля посещала храм, который стал переломным моментом в жизни. Как-то в парке она вновь встретила Михаила, того самого мужчину с собакой, что стал свидетелем её обморока на мосту. Постепенно они сблизились и создали семью. Оля больше не была одинокой.
Желающим материально поддержать автора:
Карта Сбербанк:
5469 6100 1290 1160
Карта Тинькофф:
5536 9141 3110 9575
Почитать ещё: