Статья из серии - "Исправляем ошибки в мемуарах"
Известно, что в военных мемуарах допущено немало ошибок и неточностей. По разным причинам. Некоторые - на совести литературных обработчиков, писавших эти мемуары. Где-то цензура подчистила. Действовала и самоцензура генералов и маршалов. Надо также учитывать, что любой автор в той или иной мере субъективен: что-то подзабыл, что-то перепутал. А о чем-то умышленно умолчал.
Это - статья 14. В этой рубрике также можно прочесть:
Генерал-майор юстиции Николай Порфирьевич Афанасьев, бывший в октябре 1941 г. заместителем Главного военного прокурора, едва успел на служебном автомобиле проскочить по шоссе в направлении Курска за несколько минут до того как немцы его перерезали. Он вспоминал, что главную роль в захвате Орла «сыграла паника, как результат неожиданности и внезапности нападения"...
Читаем в мемуарах Николая Порфирьевича Афанасьева:
«Словом, немцы не только взяли Орёл голыми руками, но и сломали Брянский фронт, который неожиданно оказался в окружении. Много военнослужащих в Орле погибло, в частности работники штаба округа, но командующий его генерал А.А. Тюрин прорвался в Ливны. По приказу Ставки военной прокуратурой было произведено тщательное расследование об обстоятельствах, при которых был потерян город Орел и наступило резкое ухудшение на фронте. Генерал Тюрин за беспечность, непринятие нужных мер и халатность был предан суду, которым был лишен звания "генерал-майор", приговорен к расстрелу. Эта мера была заменена отправкой на фронт в штрафную часть. Через несколько месяцев Тюрин был восстановлен в звании, хорошо воевал и получил ряд наград» (Фронт военных прокуроров, М, 2000, с. 95).
Н.П. Афанасьева подвела память. Генерала Тюрина суд к расстрелу не приговаривал. Хотя следствие и суд по его делу действительно были. И не только в отношении А.А. Тюрина...
3 октября 1941 года головные части 2-й танковой группы Гудериана (с 6 октября - танковой армии) прорвались к г. Орлу и с ходу захватили город. Это явилось полной неожиданностью для командования Брянского фронта и Орловского военного округа. Командующий этим округом генерал-лейтенант Александр Алексеевич Тюрин ничего не смог предпринять для организации отпора врагу. В Орле в то время дислоцировались около 5 артполков, запасная стрелковая бригада и бронетанковая школа.
Маршал бронетанковых войск М.Е. Катуков в своих мемуарах привел воспоминания Гудериана о том, что «захват города произошел для противника настолько неожиданно, что, когда наши танки вступили в Орел, в городе еще ходили трамваи». А затем Катуков заметил, что сам Тюрин чудом избежал плена, уехав на грузовой машине с частью офицеров штаба из уже занятого немцами города, гитлеровские же механизированные армады беспрепятственно вырвались на дорогу, ведущую через Тулу к Москве[1].
Генерал Тюрин принял Орловский округ под свое командование в марте 1941 г., до этого был командующим 8-й Армией в Ленинградском военном округе.
В первые же дни Орловско-Брянской операции немцы взломали нашу оборону и прорвались в глубокий тыл (на 250 км). Атака на город была неожиданной и действительно вызвала панику, подготовленные оборонительные сооружения даже не успели занять советские подразделения, эвакуацию промышленных предприятий также не успели произвести...
Генерал А.А. Тюрин обвинялся в том, что «проявил преступное бездействие в обороне города Орла, не сосредоточив имевшихся в его распоряжении крупных вооружённых сил и не обеспечил заблаговременного оборонного строительства на подступах к г. Орлу, в результате чего немцами был захвачен г. Орёл с оставленными в нём больными и раненными военнослужащими в числе 576 человек, воинским имуществом и продовольствием на сумму до 10 миллионов рублей воинского имущества и продовольствия»[2].
Насчет "крупных вооружённых сил" в распоряжении генерала, это, конечно, преувеличение. Но в целом картина верная. Его действия были квалифицированы по ст. 193-17 п. «а» УК РСФСР и 20 января 1942 года Военной коллегией Верховного Суда Союза ССР генерал А.А. Тюрин был осужден. Но не к расстрелу, а к 7 годам лишения свободы и лишению воинского звания «генерал-лейтенант».
24 января 1942 года Президиум Верховного совета СССР рассмотрел заявление осужденного Тюрина о помиловании и освободил его от отбывания наказания со снятием судимости. Одновременно Тюрин был понижен в звании на одну ступень и лишён наград.
«За преступную сдачу Орла» были также арестованы и осуждены начальник штаба Орловского военного округа генерал-майор Глинский Петр Евстигнеевич и военный комиссар штаба округа бригадный комиссар Ефимов Николай Ефимович. Обвинение по их делу было сформулировано так: не приняли мер «к вызову в Орел крупных вооруженных сил из Воронежа, Мичуринска и Тамбова…, не обеспечили эвакуацию Орла»[3].
Дело Глинского и Ефимова Военная коллегия рассматривала в г. Чкалове (ныне - г. Оренбург) 8 апреля 1942 года. Подсудимые были приговорены по той же статье, что и Тюрин, на 5 лет лишения свободы каждый, с поражением в правах и применением отсрочки исполнения приговора.
В марте 1943 года судимость с них была снята.
Для организации отпора врагу, занявшему Орел, Ставка вынуждена была спешно сформировать 1-й особый гвардейский стрелковый корпус под командованием генерал-майора Д. Д. Лелюшенко. Корпус формировался в районе г. Мценска. Этот городок на Орловщине был родиной генерал-лейтенанта Аркадия Николаевича Ермакова, командовавшего тогда подвижной группой войск фронта. 23 октября 1941 года его назначили командующим 50-й армии. Большинство частей этой самой крупной армии Брянского фронта были обескровлены в ходе октябрьских боев. Но Ставка Верховного Главнокомандования не имела под Тулой других сил и средств, и именно на Ермакова возложила оборону города. Генерал в целом достойно справлялся с невероятно трудной задачей. Но через месяц после назначения на должность, 22 ноября 1941 года, его неожиданно сняли с этой должности, а 19 декабря - арестовали.
Ермакову было предъявлено обвинение по ст. 193-21 п. «б» УК РСФСР. Формулировка обвинения - за самовольное отступление от данных для боя распоряжений и непринятие мер вопреки приказам командования для приостановления наступления противника, в результате чего 22 ноября 1941 года немецкие войска заняли г. Сталиногорск.
29 января 1942 года А.Н. Ермаков предстал перед судом Военной коллегии и был приговорен на 5 лет лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора, а также лишен генеральского звания и наград. Правда, через несколько дней Президиум Верховного Совета СССР освободил его от отбытия наказания и направил на фронт.
После помилования Аркадий Николаевич Ермаков был заместителем командующего Брянским фронтом, командовал корпусами, 20-й армией. Награжден 4 боевыми орденами. Был представлен к геройскому званию, однако вышестоящее руководство понизило статус награды до ордена Ленина.
Александр Алексеевич Тюрин в июне 1942 года был назначен на должность заместителя командующего войсками 50-й армии, позже командовал стрелковым корпусом, был удостоен 7 боевых орденов.
Генерал-майор Пётр Евстигнеевич Глинский продолжил службу на различных штабных должностях, удостоен 3 боевых орденов и медалей
Гвардии полковник Николай Ефимович Ефимов воевал заместителем командира полка по политчасти, удостоен 3 боевых орденов и медалей.
Полная реабилитация генерала А.Н. Ермакова состоялась только в 2007 году. По надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации - Главного военного прокурора Верховный суд России прекратил дело за отсутствием состава преступления.
[1] М.Е. Катуков. На острие главного удара, М, Воениздат, 1974, с. 27-30.
[2] Надзорное производство Главной военной прокуратуры №10370-42 по делу А.А. Тюрина.
[3] Там же, с. 6.