Работал я как-то на танкере. Ничего себе такой танкер был, большой. Возили сырую нефть из Африки в Америку. Трансатлантический танкер получается. И назывался он соответственно: «Caribean star»( название изменено), и ходил он под флагом одного из государств Карибского бассейна. Нормальная была работа, нормальные условия и хорошая зарплата. И не важно, что приходилось иметь дело с мафией. Там, в этой нефтедобывающей стране Африки не всё в порядке с властью, а вернее порядка-то почти и нет. Всем правят криминальные кланы. Так вот нефтью там заправляли военные, а по сути обычные «братки». Только в форме и чернокожие. Поэтому жутковато поначалу было смотреть, как на твой пароход вваливают вооружённые до зубов негры и с ними офицер.
Я как старпом, отвечаю за погрузку. Но спорить с ними даже не моги. Если что-то не так, если обнаружил несоответствие между документами и фактическим количеством груза в танках, лучше молчи. Тем более, что принимающая сторона, ничем не лучше, и между ними свои разборки. А мы просто перевозчики. И портовые власти у них прикормлены, так, что особенно никто к нам с проверками не лез. Конечно, потом к этому привыкаешь, и это не так раздражает.
Но дело не в этом. Случился на борту прикольный случай. Капитаном у нас был немец. Очень аккуратный и пунктуальный человек. Остальной командный состав тоже были европейцы. А вот рядовые, сплошь представители негроидной расы. Не то чтобы полные олухи, а с ленцой ребята. Постоянно приходилось их подгонять. Это тебе не наши, у этих лень в генетическом коде заложена.
И вот однажды прибегает ко мне на вахту боцман. Настоящее его имя я выговорить не могу, но оно чем-то похоже на «Максимка», вот я его так и звал. Он тоже охотно отзывался.
Так вот, прибегает он на мостик, так как из рядовых только ему было разрешено подниматься на ходовой мостик, и, выпучив огромные глаза, докладывает, что у них в кубрике замечена крыса. А они почему-то очень боятся крыс. Ну и что, говорю, поймали бы, да и всех делов-то. А он в ответ, мол, боимся мы, да и нет в нашем контракте такого пункта – крыс ловить. Надо бы, говорит, в порту заказать дератизацию. Ладно, отвечаю, разберёмся.
После вахты зашёл к капитану и рассказал ему о крысе. Повторился примерно тот же диалог. Дератизацию проводить он отказался, так как нет лишних средств на повторную дератизацию. Недавно ведь проводили. Но крысу на своём пароходе он терпеть тоже не собирался, и приказал мне возглавить операцию по ликвидации мерзкого грызуна. Ведь старпом ещё и за санитарное состояние отвечает. Вот те раз, как же я её ловить-то стану. Ни капканов, ни даже мышеловки на судне нет, да и отравы никакой не предусмотрено. Ладно, думаю, где наша не пропадала, изловим и уничтожим.
Вызвал Максимку и приказал собрать весь рядовой состав. По-английски изъясняться более-менее мог только он, потому всё общение с ними велось через него, или жестами, ну ещё иногда матом. Кстати, мат понимают все, независимо от цвета кожи и вероисповедания. Итак, устраиваем облаву. Наша цель загнать животное в ахтерпик. Кормовое помещение очень маленькое, а выход только один. Там мы крысу и изничтожим. Когда Максимка перевёл собратьям мой приказ, они возбуждённо загалдели. Я сначала подумал, что возмущаются, но потом понял, им эта идея понравилась. Пошуметь, погорланить – это они могут, это им по душе. Тем более толпой, как на охоте. Вот и начали мы охотничий загон. Выстроились цепочкой, и от бака погнали к корме. Шум подняли неимоверный. Неграм это так понравилось, что они вошли в раж. С настоящим охотничьим азартом носились по всем помещениям, выгоняя несчастную крысу на корму. Ахтерпик предусмотрительно открыли, а другие помещения закрывали по мере проверки. Долго шумели, часа полтора все стояли на ушах, но не зря. Некуда ей было деваться. Шмыгнула она в люк, и крышка за ней захлопнулась. Дикий вопль восторга победителей огласил палубу. Дети африканских саванн и джунглей плясали и улюлюкали на палубе, как их далёкие предки после охоты на диких носорогов.
Поймать-то поймали, но это ещё полдела, надо ведь её убить. А как? Руками же её не поймаешь. И кто пойдёт на такое? Бывшие загонщики отказались сразу, и охотничий пыл их быстро угас. Они стояли вокруг и смотрели на меня. И во взглядах их читалось: «А самому-то слабо?» Вообще-то я недолюбливаю крыс, и, мягко говоря, опасаюсь, но что поделаешь, придётся заканчивать дело самому. Не мог же я уронить свой престиж. Белый человек, начальник, и вдруг испугался какой-то крысы. Они же потом смеяться будут за моей спиной. Но как я это сделаю?
Подумали немного, поворочали мозгами, и я послал боцмана за аэрозолем против насекомых. Другого яда всё равно нет, устрою ей газовую атаку. Помещение маленькое и герметичное, может и подействует. Надел я на себя дыхательный аппарат из комплекта пожарного, рукавицы и сапоги резиновые. Мало ли кинется от отчаяния, так чтоб сразу не прокусила. Рассовал за пояс пять баллончиков и полез в люк.
Спустился вниз, и крышка закрылась за мной. Свет хоть и был включен, но всё же как-то жутковато стало. Сразу обнаружить зверя не удалось. Забилась она в какой-то угол. Ну, я и стал поливать отравой все углы. Крыса наконец-то выскочила из своего укрытия, и забралась под подволок на кабельную трассу. В этом углу темновато было, но разглядеть две блестящие бусинки глаз я смог. Смотрел я на них через стекло маски и думал: «Ну, какого хрена ты тут забыла? Сидела бы себе на берегу, жива бы была. А теперь подыхать придётся». И жаль мне её как-то стало. Но с другой-то стороны, если посмотреть, не нужна она здесь. Если бы я один оказался среди диких зверей, они бы, не задумываясь меня бы сожрали. А потому, что я чужой им и лишний. Вот и она чужая и лишняя. Так что не обессудь, сердешная, и прими смертушку свою достойно. Похоже, и крыса тоже поняла, что пришёл её смертный час. Она сидела неподвижно, и уже не пыталась метаться по помещению. А может просто начал действовать аэрозоль. Я направил в её укрытие сразу две струи, и чёрные бусинки заволокло пеленой распылённого яда.
В последний момент она всё же прыгнула. Но прыжок не получился. Инсектицидный аэрозоль не убил крысу, но, похоже, затормозил её реакцию. Рывок вышел вялый, и не достиг цели. Она упала на палубу, и попыталась уползти. Но ей не удалось уйти от безжалостного крысиного киллера. Придавленная ногой, и облитая отравой, крыса совсем потеряла способность к сопротивлению.
Я взял её за хвост и полез по трапу наверх. Стукнул в крышку люка, и она открылась. Выбравшись на палубу, швырнул полудохлое животное под ноги ожидавшей финала толпе. Они сначала шарахнулись в стороны, но потом закатили новый шквал восторженных воплей над поверженным врагом.
Меня же не радовала эта победа. Мокрый от пота и вонючий от аэрозоля, я сбросил дыхательный аппарат, сапоги и рукавицы. Приказал Максимке убрать на место пожарное имущество, и пошлёпал в каюту смывать с себя грех убийства.