Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Дом. Еда. Семья

Какой неудачный старший сын 20-1

Вера с улыбкой слушала рассказ Димы о суде, о людях. Когда он рассказывал про родителей, легко погладила его по руке. Этот жест поддержки был необходим и приятен ему. Много лет обруч нелюбви, равнодушия, холода стискивал его сердце, вымораживал его. Маленький Дима не понимал, почему брату позволяется больше, достается больше любви, заботы и внимания, а ему нет. Вроде и учится лучше, и по дому проблем не доставляет. Но родителями это воспринималось как должное: - Ты же старший, ты обязан. Уже будучи взрослым, вернувшись из армии, Дмитрий снимал квартиру, жил отдельно, работал, купил квартиру, сделал ремонт, чтобы привести туда любимую. Но, как оказалось, в глазах родителей и самой любимой, Дима был «должен и обязан», а все плюшки – толь его брату, в том числе и жена-красавица. И это родителями принималось как само собой разумеющееся. То, что Дима взбрыкнул, ушел, перестал общаться, было обидно. И не из-за того, что не общался. Мама ворчала: - Ну чего он выделывается. Любят Вася со Свет

Вера с улыбкой слушала рассказ Димы о суде, о людях. Когда он рассказывал про родителей, легко погладила его по руке. Этот жест поддержки был необходим и приятен ему. Много лет обруч нелюбви, равнодушия, холода стискивал его сердце, вымораживал его. Маленький Дима не понимал, почему брату позволяется больше, достается больше любви, заботы и внимания, а ему нет. Вроде и учится лучше, и по дому проблем не доставляет. Но родителями это воспринималось как должное:

- Ты же старший, ты обязан.

Уже будучи взрослым, вернувшись из армии, Дмитрий снимал квартиру, жил отдельно, работал, купил квартиру, сделал ремонт, чтобы привести туда любимую. Но, как оказалось, в глазах родителей и самой любимой, Дима был «должен и обязан», а все плюшки – толь его брату, в том числе и жена-красавица. И это родителями принималось как само собой разумеющееся. То, что Дима взбрыкнул, ушел, перестал общаться, было обидно. И не из-за того, что не общался.

Мама ворчала:

- Ну чего он выделывается. Любят Вася со Светочкой друг друга, так смирись уже, а то все строит обиженку.

Отец ее поддерживал:

- Еще и отвечать на звонки не хочет. Коммуналка какая дорогая, да и удочку я хотел новую к Новому году. И вот как теперь? Нет, мы растили его, все ему дали, а он выделывается.

***
Про Василину

Начало первой части можно посмотреть тут

Начало второй части тут

Начало третьей части тут

***

И еще больший шок у родителей вызвала новость от Светы и Василия:

- Димка-то в суд подал, чтобы квартиру оставить себе, а Светочку выселить.

- Не имеет права, квартира в браке приобреталась. Надо сходить к адвокату, есть у меня хорошая женщина.

Мама вместе с Васей и Светочкой явились на консультацию:

- Надо сделать все, чтобы квартира осталась у Светочки и Васи. Они там живут, квартира только для них предназначена.

Адвокат, дама средних лет, посмотрела исковое заявление, копии документов. Выслушала стороны с непроницаемым лицом, а потом сказала:

-Я не вижу перспектив, квартира приобретена Вашим старшим сыном, оснований для того, чтобы она осталась у младшего и бывшей супруги – нет. В самом худшем случае Дмитрий получит половину квартиры. И вы можете ее у него выкупить, либо он вправе ее продать третьим лицам при вашем отказе выкупать.

Мама ушла раздраженная:

- Много она понимает, мы у других спросим.

Были юристы, которые говорили:

- Да мы все отсудим, все останется у бывшей жены. Стоимость услуг – такая-то, предоплата сто процентов.

Но этих персонаже отклоняла Светочка:

- А какие гарантии?

- Ну какие гарантии могут быть в суде, кроме моего слова? – удивлялся юрист.

- Если проиграете, Вы нам деньги вернете?

- Моя работа, мой труд всегда оплачивается. Нет деньги не верну.

Так и вышло, что в суде Света была с Васей и его родителями, но без адвоката. Поведением Дмитрия все возмущались:

- Нет, Вася, ты представляешь, он женился, оказывается. И уже ребенка ждет. Обманывает, наверное, - говорила мама.

Света молчала, а потом сказала:

- Скорее всего не обманывает. Зачем это ему?

Света была уверена, что Дмитрий блефовал, притворялся, что равнодушен.

- Такая любовь просто так не проходит. Надо раздуть угольки былого, вспомнить хорошее в нашей жизни. Он должен просто уйти в те воспоминания, а уж дальше он никуда от меня не денется. И клушу свою бросит, и квартирку перепишет. После этого я его отправлю куда подальше вместе с Васенькой и их родителями, а то надоели.

Все это думала Светлана, при этом мило улыбаясь и хлопая наивными глазами.

Через день она купила левую сим-карту и позвонила Дмитрию:

- Дима, нам надо поговорить, как выселяться, и по суду.

Дима согласился на встречу, но предварительно поговорил с Верочкой и Ольгой, при разговоре и Георгий присутствовал:

- Не знаю, что она задумала.

Георгий хмыкнул:

- Понятно что. Обаять, вспомнить былое, вызвать чувство былой любви, раздуть огонек. А потом уговорить переписать квартиру на нее. Думаю, после этого ты будешь отправлен куда подальше. Твой брат и родители так же, если она, конечно, не найдет, что у них еще можно взять.

Дмитрий удивленно посмотрел на Георгия:

- Какой пожар? Какая любовь?

- Я подстрахую тебя, с камерами. Чует мое сердце, что-то она еще может вытворить.

Тихое место, кафе, столик Светлана заказала именно там, где она смотрелась бы таинственно и выигрышно. Дмитрий пришел минут на пять раньше, удобно устроился, попросил принести кофе:

- Дама все равно задержится. Принесите мне американо, пока я ее жду. А заказ мы уже сделаем вдвоем.

Светлана всегда опаздывала, и Дмитрий подозревал, что и сегодня опоздание составит не менее двадцати минут. В опоздании не было необходимости, Светлана умышленно выдерживала время, считая, что ее подождут, будут рады видеть.

Тихо звучала живая музыка, был такой приятный полумрак в ресторане.

Дмитрий отхлебнул кофе, рассматривая немногочисленных посетителей. В основном, пары, шептавшиеся о чем-то своем, сокровенном. За дальним столиком расположилась компания, отмечавшая, судя по всему, день рождения. Дмитрий машинально отметил, что неплохо бы и самому выбраться куда-нибудь, развеяться. Работа, дом, снова работа – круговорот, из которого сложно вырваться.