Амазонка повела нас по дорожке, которая петляла между раскидистыми соснами. Она шла позади и периодически подталкивала то меня, то Яшку рукояткой своего меча. Это было довольно неприятно, но мы терпели, потому что лезть на рожон именно сейчас не стоило. Женщина привела нас на какой-то пятачок у небольшого каменного строения и подтолкнула к сидящей на деревянном кресле тётке. Она выглядела как нечто среднее между гориллой и Дэнни Трехо из фильма «Мачете».
На незнакомке была надета короткая туника, открывающая мощные ножища и сандалии сорок пятого растоптанного размера. Тётка задумчиво пялила в небо, покачивая огромной ступнёй с задубевшей пяткой. Под мясистым носом решительно топорщились очаровательные усы.
- Кларина, вот этих я нашла в роще! Отдыхали в тени, развалившись на прохладной травке!
Сидящая в кресле женщина медленно повернула голову. Её густые брови сошлись на переносице.
- Как это отдыхали? А кто позволил?
Я струхнула, наблюдая за тем, как она поднимается. Вот это громила! Тётка подошла к нам, почёсывая руку, поросшую чёрными волосами и склонилась над Яшкой.
- Хм… какой хороший хитон… дорогой. Сандалии из мягкой кожи, диадема из золота…
Вот же Аид! Мог бы нас во что-нибудь попроще приодеть!
- Не привыкли работать, значит? – продолжала тем временем та, которую назвали «кларина». – Из богатых домов? Так, так, так… Наверное, нужно избавить вас от труда? Ручки-то нежные…
- Так точно! Не привыкли мы работать, - сразу подтвердила Яшка. – Ни еду готовить не умеем, ни уборку делать! Мы вообще никчёмные!
Я же видела в насмешливом вопросе плохо скрытый подвох.
- Ну, раз вы не можете заниматься хозяйством, значит, придётся проявить другие способности, - тётка ласково похлопала Афродитовну по плечу, и мне даже показалось, что подруга на несколько сантиметров углубилась в землю. Кларина перевела взгляд на бабищу, которая привела нас и сказала: - Гипатия, отведи-ка этих белоручек на площадку, где женщины тренируются с пелектусами. Пусть молодые на вот этих мягкопупых учатся.
Бабища в дурацком шлеме загоготала, а я покрылась холодным потом. Что значит «пусть на этих мягкопупых учатся»? Мама дорогая…
Сергеевна тоже побледнела. Я покосилась на неё. Ну, разве подойдёт эта булка сдобная для битья? Тем более я даже примерно не представляла, что такое «пелектус». Палка какая-то?
Но всё оказалось куда страшнее. Это была не палка, а топор с двойным лезвием.
Нас привели на тренировочную площадку и амазонки, которые размахивали там топорами, удивлённо уставились на нас.
- Гипатия, а что это за козьи шарики? – пробасила мордатая девица с красными щеками. – Зачем они здесь?
- Кларина приказала. Эти пленницы не хотели работать, поэтому закончат свои дни здесь. Молодняк! Оттачивайте на них новые приёмы.
Амазонки принялись ржать, когда нас повели в небольшое строение без окон. Кто-то даже подставил Яшке подножку. Афродитовна грохнулась на землю и, поднявшись, провела большим пальцем по горлу. При этом её взгляд, обращённый на обидчицу, грозил всеми адскими муками.
- Переодевайтесь! – Гипатия швырнула нам какое-то тряпьё. – И побыстрее!
Мы с подругой послушно облачились в еле прикрывающие наши зады туники и напялили на голову кожаные шлемы.
- И зачем они? – фыркнула Янина Сергеевна. – Один хрен топором башку снесут…
Мне же было страшно так, что отказывали ноги.
- Хватит языками чесать! Вперёд на тренировку! – рявкнула бабища, примеряя Яшкину золотую диадему. – Титьки коровьи!
Две совсем юные, но уже довольно крупные девицы, вывели нас на усыпанный песком пятачок и, посмеиваясь, стали ходить вокруг, да около.
Единственное, что меня немного успокоило, так это то, что в руках амазонок были не топоры, как у их старших подруг, а действительно палки. Скорее всего, первые удары, они отрабатывали именно ними. Нам тоже сунули в руки палки, видимо надеясь, что мы начнём ими размахивать.
В общем, радовалась я отсутствию топоров рано… Наверное, было бы куда легче если бы эти мужебабы отрубили нам головы. От первого удара палкой у меня потемнело в глазах. Зад загорелся адским огнём, а потом начал терять чувствительность. Рядом взвыла Афродитовна, похоже, её фисташка тоже получила славный прилёт.
Потом её ткнули в поясницу, и Яшка грохнулась на песок. Дальше всё происходило как в замедленной съёмке. Сергеевна издала рык такой силы, что по сравнению с ним, рёв Минотавра казался писком обиженной девочки. Она вдруг вскочила на ноги и под ошалелыми взглядами молодых амазонок, рванула к подставке для топоров. Она стояла у ограждения, и мощные лезвия красиво поблёскивали под лучами жаркого древнегреческого солнца. Сергеевна схватилась за древко топора, несколько секунд дёргала его, пока не догадалась чуть-чуть приподнять и бросила мне. Схватив второй, она рванула обратно.
- Танька-а-а-а! Гаси этих томбоев!
Девицы явно не ожидали такого выверта. Одна из них подняла палку, но Яшка рубанула по ней со всей своей наеденной дури, и та раскололась напополам. Вторая бросилась было к подставке для топоров, но я перегородила ей дорогу.
- Куда?! А ну стоять, бульдозер! Покромсаю на шашлык!
Меня трясло от страха, но уж лучше так, чем подставлять своё уже не столь юное тело под удары.
- Таня-я-я-я! За мной!
Я развернулась и, увидев, что Афродитовна уже вышибла в ограждении дыру своими телесами, ринулась за ней. Мы выскочили на площадку, где упражнялись в стрельбе из лука. Бабы, находящиеся там, замерли, раскрыв рты. Яшка с диким воем размолотила мишени топором, а я прорубила дыру в очередном ограждении.
- Тело вам моё, кремушком умащенное, испоганить захотелось?! Не выйдет! – орала Сергеевна во всю глотку, топоча за мной. – Халчихи поганые!
Задыхаясь от быстрого бега и адреналина, мы выскочили на площадку, где амазонки упражнялись на лошадях. От воя Афродитовны бедные животные заволновались. Они вставали на дыбы, испуганно ржали, некоторые принялись сбрасывать с себя наездниц. Это был настоящий хаос. В организованной нами «каше-какаше», мы чувствовали себя как рыбы в воде. Особенно Янина Сергеевна. Она размахивала пелектусом, рычала на лошадей и стремительно двигалась к распахнутым воротам. Я еле поспевала за ней. Какуль натренировал подругу знатно. Ей в лёгкую можно было участвовать в забеге с кенийскими легкоатлетами.
Когда желанная свобода была так близко, и мы уже выскочили за территорию, перед нами появилась тётка-кларина с густыми усами. Она точно не ожидала такой встречи и на секунду застыла. Яшка неслась на неё со скоростью локомотива, голося своей луженой глоткой:
- Не зря в судьбе алеет знамя,
Не зря на нас надеется страна.
Священные слова "Москва за нами!"
Мы помним со времен Бородина!
Короткая туника подруги весело трепетала, демонстрируя алую от удара палки «фисташку».
Кларина не удержалась на ногах, когда в неё впечатался этот гном в шлеме и они покатились вниз с холма прямо к морю.