Чтобы как-то отвлечься от сложной тропы, я напевал себе под нос песню Владимира Высоцкого, слова которой словно были написаны в этом самом месте – настоящем заколдованном лесу, через который надо было пройти.
Решив не идти в горный монастырь, о чем писал еще в первой части истории, мы свернули на узкую горную тропу, названную мной "Верхний Путь", что служила дорогой паломников, решивших пройти настоящий маршрут до монастыря, каким он был исторически: трудный, опасный и невероятно красивый своими пейзажами.
Тропа петляла между маленьких деревьев и кустарника, местами шла через каменные завалы и смытые селевыми потоками участки, но большей частью представляла собой красивейшую тропинку по краю каньона, откуда часто открывались невероятные виды. И уж точно не возникало сожалений о выборе именно этой настоящей исторической дороги, пусть и для возвращения.
Чтобы как-то отвлечься от сложной тропы, я напевал себе под нос песню Владимира Высоцкого, слова которой словно были написаны в этом самом месте – настоящем заколдованном лесу, через который надо было пройти. Мертвый зимний лес, обнимаемый столетними мхами, из которых словно руки заколдованных людей торчали почерневшие ветви, вполне сгодился бы и для иллюстрации к песне Владимира Семеновича и в качестве декораций для фильма "После дождичка в четверг". Оставалось бы только вспомнить вторую песенку: "Колечко колечко, возьми человечка, сплети его руки…".
Экватором подъема была большая выступающая скала, которую надо было аккуратно обойти и начать спуск вниз. Где-то вдали виднелся край ущелья. Там заканчивался Путь, но до его завершения было еще ой как неблизко. Только открывающиеся виды радовали глаза и сердце, которое колотилось непонятно от чего: то ли от нагрузки, то ли от увиденного.
Опасных мест на Верхнем Пути нет, но идти по нему лучше в треккинговой обуви и не забыть скандинавские палочки, а лучше надежный крепкий посох, на который можно полноценно опираться на сложных участках. Такие посохи часто можно встретить у самого начала пути. Я тоже изготовил посох из попавшейся в реке палки, а после окончания похода оставил его в начале, чтобы кто-то смог воспользоваться. Правда на Пути у меня посох быстро отобрали, чтобы "не мешал мне снимать" (с).
Тропа все сильнее забирала вниз. Самые опасные и крутые участки остались позади. Накатывала усталость и желание опрокинуть чарку вина на ужин, поэтому философские размышления уже отошли на второй план, а ты стал биомеханизмом: вдох-шаг-шаг-выдох-шаг-шаг. И казалось, что Путь пройден, но сейчас понимаешь, что с удовольствием прошел бы его еще раз. И не раз...
Настоящей наградой стал родник, построенный в честь какого-то Андреаса близкими. Вот уж настоящая память о человеке. Мы не знали его и не думали знакомиться, но обмывшись и испив ледяной воды помянули добрым словом. Наверное он был хорошим человеком, если для его памяти кто-то вот так оформил тоненький родничок на Пути в горный монастырь.
Тем временем мы вышли на "променад" и до оставленного около османского моста автодома оставалось всего ничего. Там уже был ужин и упомянутый бокал вина в честь завершения не самого простого, но интересного маршрута, пройденного нижним и верхним Путями. И пусть мы увидели монастырь лишь издалека, решив не идти вовнутрь, это уже совершенно не важно...
***
Первую часть рассказа читайте в предыдущей публикации >>>