Пронзительный звук будильника вырвал Марину из объятий сна, когда она заканчивала утреннюю разминку. Она присела, а затем резко встала, а будильник продолжал звенеть, словно отгонял от неё тревожные мысли.
«С этим нужно что-то делать», — размышляла она, направляясь в ванную комнату. «Всё когда-нибудь проходит, плохое забывается, и только хорошее остаётся, вытесняя даже то, что простить невозможно».
Стоя перед зеркалом и намыливая руки, она рассматривала своё лицо с тёмными кругами под глазами. «С этим нужно что-то делать», — повторила она и принялась полоскать рот.
«Олег никогда не будет насыщенным», — подумалось ей. «И окончит свою земную жизнь в одиночестве, в тоске и печальных думах. А я? Теперь моей спутницей будет пустота, то, чего я больше всего боялась с детства».
Закончив с утренним туалетом, Марина в халате направилась на кухню. Как только она открыла дверь, её губы растянулись в улыбке — аромат кофе и тостов заполнил всё пространство комнаты.
— Здравствуй, мамочка, — весело прощебетала она, подходя к родному человеку, обняла её, прижала к себе и поцеловала в щёку. — Я тебя так люблю.
— Доброе утро, — ответила мама и поставила на стол любимую чашку дочери, наполнив её горячим кофе. — Присаживайся, моя драгоценная. Про настроение не спрашиваю, вижу, что не очень. Ты хоть спала сегодня?
— Только благодаря тебе и твоим ласковым ручкам, мамочка, — прошептала она и добавила. — Не переживай за меня, мама, всё будет хорошо. Я тебе обещаю.
— Помирись с Серёжей, — попросила мама. — Мы с папой всю ночь не спали…
— Знали бы вы, из-за чего я сегодня ночевала в доме своего детства.
— Серёжа у тебя хороший, прямо как твой папа. — продолжала мама, не дождавшись ответа от Марины.
— Обязательно помирюсь, обещаю.
— Давай мы с отцом поговорим с Серёжей, — предложила мама.
— Нет, мама, я сама разберусь, — замотав головой, ответила дочь.
— Хорошо, — ответила мама, — правда погода сегодня не радует.
— Даже не хочется на улице показываться, — ответила дочь. — Но работа, никуда от неё не денешься.
— Ты снова весь день на работе будешь, — с горечью в голосе сказала мама. — Обещала ещё на той неделе привезти внуков. Если тебе некогда, мы с дедом сами за ними приедем.
— Мама, не надо, я сама, дайте мне время, — подавив вздох, ответила дочь. - У меня сегодня весь день расписан по минутам. Я никуда не успеваю. А ты меня тормошишь. Привезу, мамочка, обязательно привезу.
— Ладно, как скажешь, — после короткой паузы ответила мама. — Знаешь, Мариночка, это не жизнь.
— Почему? — спросила потеряно она.
— Нехорошо это, дочь. — Заявила мама. — Ты практически не занимаешься своими детьми. У тебя на первом месте работа, но никак не семья. Ты что-то от нас скрываешь?
— Что, мама?
— Ты сама знаешь.
— Откуда? — подумала она и закрыла от обиды на саму себя глаза. — Если вы с папой всё знаете, то подскажите мне, что мне делать? Ведь мне надо как-то дальше жить, о чём-то мечтать.
— Молчишь?
— Мама, я тебе обещаю, что с сегодняшнего дня буду больше думать о своей семье и меньше буду работать.
— Я тебе не верю, — мягко, без злобы заявила мама и кончиком полотенца смахнула с глаз подкатывающиеся слезинки. — Ты только и знаешь, как обещаниями родителей кормить.
Мама, подошла к окну и стала наблюдать как дождевые капли скатываются по стеклу, соединяясь в один поток непрекращающийся поток.
— Мариночка.
— Да, мама, слушаю.
— Может, вам с Серёжей купить путёвки, съездить отдохнуть? — предложила мама. — А за внуками мы присмотрим.
— Хорошо, мама, в следующем месяце обязательно съезжу отдохну, — пообещала дочь, выдавив из себя вымученную улыбку.
— Не поняла, почему съезжу, а не съездим. — Забеспокоилась мама. — Вот и папа отметил, что ты последнее время рассуждаешь только о себе, а не о вас с Сергеем. Что, так сильно поссорились? Не держи в себе, расскажи.
— Мама, — посмотрев на часы на стене, — я сейчас опаздываю на работу. Всё вечером, хорошо моя хорошая.
Марина вошла в лифт, створки захлопнулись, а в голове у неё до сих пор были слышны слова мамы: «Ты сама знаешь!»
— Всё-таки хорошо, что у меня есть такие хорошие родители, — подумала она. — Чтобы я без них делала? Так на душе погано, хоть в петлю лезь…
Уже сидя в трамвае, прислонившись головой к оконному стеклу, она вспомнила, почему решилась на столь рискованный шаг, ответив на поцелуй Олега.
— Я была на сто процентов уверена в том, что наша с Олегом мимолётная связь не превратится в нечто большее, чем моё любопытство и быстротечное желание моего партнёра. — Мыслила она. — И ни в коем случае не подвергнет публичному позору моего достойного супруга.
На повороте трамвай качнуло, и она больно ударилась головой об стекло. Мысленно выругавшись, она потёрла ушибленное место.