-А зачем ты ко мне идёшь? – ровным тоном поинтересовалась Марина.
ТРИ ЧАСТИ! Уважаемые читатели! Внимание! Сегодня ТРИ части! Не пропустите!
-Да-ты-что… - протянула Марина. – А что так?
Тут бы уважаемому профессору подумать, а почему, собственно, жена так сухо с ним говорит, но куда там… Антона понесло!
-Он просто выжил из ума! Ты знала, что он хочет передать патент на сверхпрочные пластики Ирине к свадьбе? Нет, ты представляешь? Из-за того, что я решил проверить того мелкого бизнесменчика, которого она привела в дом, и который явно просто прослышал из какой Ирка семьи, отец на меня обозлился так, что выгнал!
Иногда больше уже просто невозможно… и это «иногда» на всех парах неслось к Антону.
-И почему я вообще всё это терпела-то? – призадумалась Марина Леонидовна.
А всё было очень просто – она, Марина, как никто понимала Антона. Она тоже была дочерью одарённых химиков, и сама особо талантами не блистала, по крайней мере, родителей не превзошла.
Сколько лет она оправдывала его тем, что… что у него такой отец – это же всё из-за него, правда?
Но через какое-то время она хочешь – не хочешь, стала замечать, что это именно академики Вяземские забоятся о том, чтобы у её детей всегда была и качественная еда, и хорошая одежда, и достойное образование, и всё прочее, а вот мужа это словно бы и не касалось. Словно с ближайших ёлок падают на них блага цивилизации.
Марина преотлично помнила, какие были тогда времена… и сколько они получали помнила, и как зарплату задерживали, и как она судорожно считала, на что хватит денег, а потом приходила свекровь и приносила сумки с едой, а свекр… да-да, тот самый, который во всём виноват, потихоньку подкладывал ей деньги для детей. И это при том, что они жили в их доме!
Сколько раз она говорила Антону, что так неловко… что пора бы вернуться к себе, но муж только отмахивался, мол… чего тебе не хватает-то? Живём хорошо вот и дальше будем жить!
Потихоньку отваливались кусочки с её монолитного убеждения в том, что это Игорь Вадимович виновен в том, что Антон стал таким. Может, потому что сам академик никогда таким не был. А может, потому что медленно, но верно приходило убеждение, что оправдывать человека за его проступки неверным родительским воспитанием можно только до определённого предела, а дальше всё-таки наступает ответственность самого человека.
Ну, правда, сложно говорить о том, что взрослый дяденька не виноват в том, что безразличен к своей семье, потому что его так воспитали, когда видишь, что воспитывали-то его абсолютно иначе, да и вообще, мужчина-то уже настолько взрослый, что уже скоро дедушкой будет.
-И вот он стал дедушкой, но ничего к лучшему не изменилось! – пробормотала Марина. – Более того, у меня какое-то подозрение, что даже когда он станет трижды дедушкой, всё будет по-прежнему!
Первая часть этой книги доступна по ссылке ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото и картинки взяты из сети интернет для иллюстрации.
-МАРИНА! Да убери же ты этих отвратительных птиц! – завопил профессор, окончательно выведенный из себя. – Я не могу к тебе пройти!
-А я тебя разве звала? – резонно уточнила Марина Леонидовна.
-Ты – моя жена! Не забыла?
-Я-то? Я столько лет про это помнила, даже когда ты забывал, что уже устала от этого!
-Марина, что за ерунда! Убери гусей! Я к тебе сегодня же перееду! Не буду же я терпеть такое отношение! И от кого? От родного отца! И из-за чего? Всего-то из-за того, что я правду, чистую правду сказал!
-Антон, а с чего ты взял, что имеешь право что-то про дочь высказывать? – с нехорошим прищуром уточнила Марина. – И не собирался ты никого проверять, а просто надеялся, что Александр смутится и как-то не так себя проявит, что Игорь Вадимович сходу в нём разочаруется и патент Ирине не передаст, раз она привела ненадёжного жениха. Так?
Гуси, пока она говорила, уважительно примолкли, зато, когда Антон начал возмущенно доказывать, что всё это не так, завопили с такой интенсивностью, что коза Скола решила – там, где такой интересный шум, есть место и приличной козе! Она языком привычно сдвинула задвижку на двери и потрусила на звук, выпуская на свободу петуха, всех кур и цесарок, и, если куры остались в загончике, то Скола и петух Арсений форсировали перегородку, особенно даже не задержавшись на ней.
На поле «битвы» снова возникло гусезатишье – говорила Марина, а гуси явно придерживались правила – когда хозяйка говорит, хорошо воспитанный гусь молчит в тряпочку! А, между тем, её высказывания были крайне неожиданны для Антона.
-Ты говоришь, что собрался ко мне переехать? Но ты по привычке запамятовал спросить у меня, а я-то этого хочу?
-Марина, но я же твой муж!
-Ты забыл, что я собираюсь с тобой развестись?
Пренебрежительный взмах рукой и фырканье Антона гусям не понравилось, впрочем, Марине тоже – удивительное у них получилось единодушие!
-Да ты уж столько времени собиралась!
-Мне времени было жалко на это тратить, только и всего…
-Знаешь, я такие глупости и слушать не собираюсь! И, кстати, чтоб ты знала, отец сказал, что трёшку я должен подарить Ирине к свадьбе! Так что, если ты действительно соберёшься разводиться, на неё ты претендовать не сможешь! – позлорадничал Антон.
-Да я и не собиралась на неё претендовать – она же подарена тебе отцом, - равнодушно пожала плечами Марина, - А Игорь Вадимович молодец! Знал, чем тебя пронять!
-Марина, моё терпение закончилось! – напыжился Антон, - Хватит этих шуток!
-Да я и не шучу… - Марина краем глаза заметила, как справа в глубоком тылу у Антона мелькнуло рыжее оперение, а слева – кралась Скола.
– Вот кто-то другой, может, и пошутит! – подумала она, отслеживая перемещения главных «Антонолюбителей» и «Антоноценителей».
-Ты всё настаиваешь на этой ерунде с разводом? И какой же, позволь спросить, у тебя будет повод для этого? Или будешь в суде рассказывать про то, как Ирина стреляла в отца, а я просто правду сказал?
-Нет, если спросят, расскажу о твоих интрижках, а то и просто скажу, что надоел ты мне хуже горькой редьки! – призналась Марина, а потом улыбнулась так, что у Антона возникло ощущение острой и откровенной угрозы:
-А если ты посмеешь кому-то, ну, хоть кому-то ещё рассказать про Ирину и тот случай, ты очень, просто ОЧЕНЬ сильно пожалеешь об этом! Понял? Я уж не говорю о том, что доказательств-то никаких нет, а вот имя Вяземских ты этим замараешь!
-Я? Я замараю, а не твоя доченька ненаглядная?