За минуту до их нежданного появления…
- «Лять»! - шёпотом воскликнула излишне любопытная бестия, сосредоточенно наблюдавшая за при́бывшими громилами; одновременно, неторопливо и пятясь задом, она осторожно продвигалась назад. - Кажется, к нам подтягиваются нежеланные, совсем нежданные, гости, - приблизившись к новоиспечённой подруге, взволнованная красавица, легонько подрагивавшая, продолжая перемещаться «гусиным шагом», еле заметно её подтолкнула да предложила, особо не раздумывая, следовать за собой: - Бежим, а то как бы нам не попасть впросак и не оказаться в чудовищных неприятностях, смертельной опасности.
Молодые и юные, ловкие и умелые, они бесшумно переместились до выходного отверстия, поочередно перебра́лись на деревянную лестницу, приставленную чуть раньше снаружи, затем, практически не касаясь ступенек, съехали вниз, а впоследствии, раскрасневшиеся и встревоженные, бегом засеменили вдоль приусадебного участка. Пробежали промеж частично возделанных грядок, пока не переместились на вообще нетронутое пространство, заросшее невысокой, по-майски весенней, травкой. Хорошо ещё назади не имелось никакого заборного ограждения – именно туда и побежали две отчаянные, до дрожи лихие, плутовки. Благополучно миновав придомовое пространство, обе юркие девчушки очутились в глухом прогоне Второго фабричного переулка (злополучный домишко, заинтересовавший их сокровенные, скорее греховные, мысли располагался на Третьем); одним концом он упирался в искусственный водоём, или вырытый пруд, а другим выходил на проезжую часть, соединявшую центральную автотрассу и полицейский участок (она же простиралась вплоть до деревни Мучино, ставшей и роковой, и таинственной, и предвещавшей необъяснимые сложности). Обе приятельницы, не сговариваясь, повернули направо, после чего, удаляясь от людной автодороги, приблизились к небольшому водохранилищу, изрядно заросшему тиной; ещё он окружался ветвистыми, густо кустистыми, насаждениями. И та и другая как раз скрывались среди ненасыщенной майской зелени, когда местный авторитет, посланный с подробной проверкой, выглядывал в верхний дверной проём и когда он изучающе осматривался по прилегавшим боковым сторонам. Если бы криминальный лидер был чуть-чуть проницательнее, то его настороженное внимание непременно б привлекла неровная свежая тропка; она еле-еле различалась и проторялась в невысокой придомовой растительности. Однако (о, чудо!), раз на неё взглянув, он не придал новоявленной дорожке особенного значения – списал её на хаотичные перемещения рачительного хозяина, по его же личной, по-мужски доброй, воле заселённого в непривлекательную избёнку (по его мнению, тот проводил накануне сельскохозяйственные, посевные работы).
Тем временем, пока несообразительный, сплошь нерадивый, посланец с успокоенной совестью закрывал наружную дверцу да запирал её на приколоченный шпингалет, две проворные юные леди торопливо (но и стараясь поменьше шуметь) успешно обогнули береговую местность и вышли на переулок Первый фабричный; он казался, по сравнению с остальными двумя, намного «цивильнее». Они остановились, перевели встревоженное дыхание, а заодно и наметили ближние планы; первой, конечно, заговорила лукавая, по-боевому озорная, плутовка.
- Как считаешь, - как и вторая девушка, пониже согнувшись и уперев ладони в коленки, она рассуждала, глазами заглядывая в глаза, - оценивая по голосу, это твой знакомый дядька сейчас вернулся, да ещё и с собою кого-то привёл?
- Нет, не похоже, - возразила рыжеватая спутница, отлично запомнившая бархатистый, отчасти певучий, голос; она неплохо отличила его от грубого, явно прокуренного, - у того тембры мелодичные, дюже приятные. Нам же послышались переливы жуткие и гадкие, безобразные и скрипучие. Нет! Паши среди пришедших дядек я, точно, не различила.
- Странно, а кто мог появиться в запертой избушке в его отсутствие, да ещё и спокойненько отомкнуть амбарный «замочище»? - принимая обычную позу и начиная двигаться к центральной части посёлка, Лисина задавалась и справедливым, и правильным, и очевидным вопросом.
- Мне кажется, - осторожничая, Палина выдвинула наиболее правдоподобную версию; она пристроилась справа и семенила теперь рядом, ни много ни мало не отставая, - хотя, нет, я, скорее, уверена, - дальше, в силу сложившейся привычки, она тараторила чисто без умолку, - один из голосов мне показался знакомым… По-моему, он принадлежит неждановскому «смотрящему»… Кста-а-ти! - она озарилась истинно плутоватой улыбкой. - Тот невзрачный домик является его личной собственностью, и раньше, до приобретения новой квартиры, он ютился именно в нём. Сама я те времена, разумеется, не застала, но неплохо осведомлена о положении дел по поселковым слухам. Поговаривают, прежний житель использует его для тайных сходов, бандитских мероприятий. Если стараться быть краткой, захолустный домишко соизволил посетить его истинный, то есть настоящий, хозяин, который явно чего-то замыслил, не очень хорошее, сто процентов противоправное, преступно плохое. Уф! - она принуждённо выдохнула. - Вроде бы отчиталась.
- Принято, - приветливо улыбнувшись, дотошная бестия оценила простую иронию, а следом нахмурившись, предположила, что пора уж переключиться к насущным проблемам: - Ладно, хватит пустых, не подкреплённых конкретикой, разговоров – лучше давай возвращаться к нашим баранам. На улице Чёрченская я видела приличный магазин продуктов… Надо туда прогуляться, закупиться чем-нибудь вкусненьким, легонько перекусить; затем направляться к школе, чтобы возвратить утраченное тобою весомое положение и чтобы восстановить несправедливо попранное достоинство.
