Прежде чем я успела ответить, все телевизоры на вокзале разом включились. За ними ожили радиоприемники у людей в руках. Все настроились на одну волну. В телефоне пришло уведомление со ссылкой. На экране появился мужчина в очках, закутанный в несколько шуб. Он сидел в сарае, и его слова эхом разносились по вокзалу:
– Сограждане! Нам всё это время врали! Меня зовут Алексей Яблоков, я академик международной погодной спасательной службы. Ее основали десять лет назад, когда стало известно о феномене: Замерзание.
Я слушала, затаив дыхание. Игорь стоял рядом, с каменным лицом. Мужчина с рацией тоже замер, прислушиваясь к словам академика.
Яблоков пространно расписывал причины происходящего, тыкая в экран какими-то схемами, нарисованными красным карандашом на старых чертежах.
– В общем, друзья! Граждане! Я не знаю, как заставить вас поверить, но верхушка давно знала об этом и подготовила места для эвакуации. Они учредили нашу службу, и корпорации построили большие термогенераторы по всей Земле, но до них предстоит добраться! Поверьте, это единственная возможность выжить! У нас есть всего несколько недель до того, как температура упадет критически. Сейчас тут холоднее, но это единственное место выхода природных источников магмы. Мы отправили всем на телефон ссылку с геопозицией генераторов. Мест хватит, если потеснимся, но надо спешить! Просто доберитесь до нас. Очень прошу. Человечество должно выжить!
С этими словами экран погас. В телефоне появилась ссылка с геопозицией. На вокзале воцарилась тишина. Люди переваривали услышанное.
Термогенераторы… Яблоков… Что за бред? - пронеслось у меня в голове. Но в глубине души зародилось зерно сомнения. А вдруг он прав?
– Что думаешь? – спросил Игорь, нарушив тишину.
– Не знаю, – ответила я. – Звучит как безумие. Но… а вдруг это правда?
Я посмотрела на мужчину с рацией. Он смотрел на меня в упор.
– Что вы будете делать? – спросил он.
Я задумалась. Верить или нет? Поехать в Вологду, как планировали, или искать термогенераторы? Рискнуть всем и довериться незнакомому академику, вещающему из сарая?
Валера… Он обещал помощь. Но что, если Яблоков прав?
– Игорь, – сказала я, – нам нужно поговорить.
Мы отошли в сторону, подальше от толпы.
– Я не знаю, что думать, – сказала я. – Но мне кажется, мы должны рассмотреть все варианты. Может быть, стоит проверить информацию о термогенераторах?
Игорь нахмурился.
– Ты серьезно? – спросил он. – Ты веришь этому сумасшедшему?
– Я не знаю, верить или нет, – ответила я. – Но я не хочу упустить шанс на спасение. А что, если Валера ничего не знает о термогенераторах? Что, если Вологда – это не выход?
Игорь молчал. Я видела, что он сомневается.
– Ладно, – сказал он наконец. – Давай посмотрим, что это за термогенераторы. Но я все равно считаю, что Вологду стоит иметь в виду как запасной вариант.
Я облегченно вздохнула.
– Хорошо, – сказала я. – Тогда давай попробуем связаться с Валерой и узнать, что он думает об этом. И посмотрим карту с термогенераторами.
Я снова попыталась дозвониться до Валеры. Безрезультатно. Связи по-прежнему не было.
Тогда я открыла ссылку с геопозицией термогенераторов. На карте отобразилось несколько точек, разбросанных по всему миру. Ближайший к нам находился в… Тверской области. Недалеко от дедовой деревни.
– Игорь… – прошептала я. – Ближайший термогенератор – в Тверской области.
Игорь посмотрел на карту. В его глазах читалось удивление.
– Это… это меняет дело, – сказал он.
Мужчина с рацией все еще ждал нашего решения.
– Что вы решили? – спросил он.
Я посмотрела на него. В его глазах не было ни злобы, ни сочувствия. Только ожидание.
– Мы… мы решили ехать в Тверскую область, – ответила я. – К термогенератору.
Мужчина кивнул.
– Хорошо, – сказал он. – Я могу вам помочь добраться до ближайшей станции техобслуживания. Там вы сможете найти топливо и инструменты.
Он развернулся и пошел прочь, не сказав больше ни слова.
Игорь посмотрел на меня.
– Ты уверена? – спросил он.
– Нет, – ответила я. – Но у нас нет другого выбора.
Оставаться на вокзале – верная смерть. Ехать в Вологду – неизвестность. Ехать к термогенератору – шанс. Пусть и безумный.
Я посмотрела в замерзшее окно. На улице по-прежнему царил хаос. Но в моей душе забрезжила надежда. Надежда на то, что мы сможем выжить. Завтра обещают -23 ночью, а если верить этому Яблокову - будет только хуже… Надо спешить.
Валера, прости, но кажется, наши планы меняются…