Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Издательство "Гангут"

На броненосце «Ретвизан» с Балтики до Средиземногоморя

Броненосец «Ретвизан». Либава, 21 октября 1902 года <…> Только что по полудню сегодня пришли в Либаву. Тебя, вероятно, удивляет, что так поздно мы попали на якорь, но в море встречаются всевозможные казусы. В субботу утром мы подошли к Либаве, но было так бурно и свежо, что в либавский канал нельзя было войти с такой большой осадкой, какую имеет «Ретвизан». И вот мы, две богини «Паллада» и «Диана», и «Ретвизан» шатались по бурному морю и качались в виду города Либавы еще двое суток. Ну и выстроили же порт, куда нельзя войти при свежей погоде, и на постройку порта пошло уже 75 миллионов. Валяло нас порядочно. «Диана» и «Паллада» поломались и еле тащились. Плавать с эскортом — одно горе. Половину офицеров укачало. Оставили мы Кронштадт в час дня; был [вице-]адмирал [C.О.] Макаров с прощальным визитом... Но мне все не верится, и я остаюсь до сих пор с тем впечатлением, что скоро буду у себя дома в кругу моих дорогих! Я уже составил даже и форму рапорта о моем списании по домашним обстояте
Эскадренный броненосец «Ретвизан» и крейсер I ранга «Диана», включенные в отряд
контр-адмирала Э.А. Штакельберга для перехода с Балтики в Порт-Артур
Эскадренный броненосец «Ретвизан» и крейсер I ранга «Диана», включенные в отряд контр-адмирала Э.А. Штакельберга для перехода с Балтики в Порт-Артур

Броненосец «Ретвизан». Либава, 21 октября 1902 года

<…>

Только что по полудню сегодня пришли в Либаву. Тебя, вероятно, удивляет, что так поздно мы попали на якорь, но в море встречаются всевозможные казусы. В субботу утром мы подошли к Либаве, но было так бурно и свежо, что в либавский канал нельзя было войти с такой большой осадкой, какую имеет «Ретвизан». И вот мы, две богини «Паллада» и «Диана», и «Ретвизан» шатались по бурному морю и качались в виду города Либавы еще двое суток.

Ну и выстроили же порт, куда нельзя войти при свежей погоде, и на постройку порта пошло уже 75 миллионов. Валяло нас порядочно. «Диана» и «Паллада» поломались и еле тащились. Плавать с эскортом — одно горе. Половину офицеров укачало.

Оставили мы Кронштадт в час дня; был [вице-]адмирал [C.О.] Макаров с прощальным визитом... Но мне все не верится, и я остаюсь до сих пор с тем впечатлением, что скоро буду у себя дома в кругу моих дорогих! Я уже составил даже и форму рапорта о моем списании по домашним обстоятельствам, и как только войдем в Средиземное море, так я его и подам. Сейчас стали на якорь. Ничего еще не определилось относительно нашего ухода отсюда. Завтра или послезавтра, когда узнаю подробно ход /нрзб./, напишу тебе наш маршрут.

Здесь будем, конечно, ждать другие суда из Кронштадта, и когда они придут, неизвестно.

<…>

Броненосец «Ретвизан». Либава, 23 октября 1902 года

<…>

Вчера в полдень, получил твое письмо, и прежде чем на него ответить по поводу твоей поездки в Либаву, пришлось взвесить все обстоятельства нашей стоянки здесь, т. к. здесь совершенно обычное явление в это время года, что суда находятся без всякого [сообщения] с берегом по три и более дней... Днем я занят все время, т. к. надо приготовить машину к дальнейшему плаванию, и адмирал* собирает различные сведения и постоянно меня спрашивают...

Остальные суда нашей эскадры ожидаются здесь 27 октября, и сейчас уже все и уйдем отсюда.

Когда будет окончательно известно число ухода их из Либавы, то ты приблизительно можешь рассчитать время прихода в следующий порт и время ухода из него. Если все пойдет, как по писаному, то мы в Греции будем около 20 декабря, и, может быть, на Рождество вернусь домой. Дай-то Бог счастливо покончить с этим плаванием… После этого плавания мне можно будет устроиться лучше и спокойнее на постоянном

береговом месте, и начальство не будет косо смотреть.

<…>

Все время большой ветер и сообщение очень затруднительно, и совсем нельзя рассчитывать, что в этот день можно будет добраться до берега. Провизии забрали на несколько дней, чтобы не остаться в один прекрасный день на сухарях. Кают-компания полна офицерами. Большею частью играют в шашки и читают. С судна видны постройки порта и вдали виднеется самый город. Говорят, что порт хорошо устроен, и не забыли служащих относительно жилья. Хорошо бы занять здесь местечко. Надо похлопотать.

<…>

Броненосец «Ретвизан». 26 октября 1902 года

<…>

Я и сам не свой, работа не идет на ум, и кое-как подбадриваю себя тем, что скоро покину броненосец и скоро буду у себя дома. Время пройдет быстро, только бы хватило сил... Ух! Как погано служить на судне. Но чтобы в будущем, которое все-таки наше, обставить себя мало-мальски сносно, надо совершить это последнее плавание.

Наберемся оба терпения на короткую разлуку. Если обстоятельства сложатся хорошо, то я приеду к тебе, если худо, — то ты приедешь ко мне.

<…>

К нам приехал Лукьянов и поселился на броненосце, и пошли теперь комиссии за комиссиями, потому что много кораблей, и в таком большом хозяйстве много разных поломок, особенно после переходов. Пришли еще два миноносца, остальные суда дожидаются 29-го числа. Смотря по тому, в каком виде они придут в это бурное время, и будет решен наш уход из Либавы.

________________________________________

Перед Вами отрывок из статьи А.И. Францкевича "На броненосце «Ретвизан» с Балтики до Средиземного моря", "Гангут" №60.

Приобрести и прочитать "Гангут" №60 полностью Вы можете, написав нам в личные сообщения нашей группы в ВКонтакте - https://vk.com/ipkgangut

Друзья, если статья вам понравилась - поддержите нас лайком и/или репостом, напишите комментарий.